Любовь Черникова – Тень дракона. Хозяйка (страница 34)
Почти романтично, если бы горел обычный костер, а не труп вонючего монстра…
От дыма и правда уже глаза слезились, и, кажется, мы рисковали отравиться.
— Он мертв?
— Окончательно и бесповоротно, — Редж вдруг подхватил меня на руки. — Идем отсюда. — Так мы и вышли в коридор. — Проследите, чтобы не начался пожар. Золу соберите в мешки и сбросьте в море. Затем заприте комнату, и пусть никто без моего разрешения туда не входит, — приказал он людям, а сам развернулся и понес меня к себе.
Отпустил только в спальне.
— Ты переезжаешь в мои покои, там оставаться опасно, — сообщил хмуро драклорд, словно ожидал сопротивления.
— Хорошо, — покладисто кивнула я, с интересом осматриваясь.
Здесь навели порядок, и стало очень уютно, да еще и пахло приятно, не то что у меня сейчас. Честно, я даже обрадовалась, что не придется искать место для ночлега посреди ночи. Вот только…
— Я воспользуюсь ванной?
— Конечно.
— И… Можно взять что-нибудь из одежды?
— Все, что хочешь. Все здесь в полном твоем распоряжении, — Редж направился к выходу из спальни.
— Ты куда? — насторожилась я, осознав, что не хочу оставаться одна.
— Проверю замок. Вдруг где-то еще появилась подобная напасть.
— Будь осторожен, — шепнула драклорду вслед и положила кинжал, который все еще держала в руках, на камин.
Я успела как следует вымыться. Подумав, решительно улеглась на большущую — куда больше моей, кровать. Вертелась какое-то время, прислушиваясь к каждому шороху. Вставала несколько раз, курсируя то к двери, то к окну. Из покоев драклорда море было видно намного лучше. Снова разыгрался сильный шторм, и чудовищные волны то и дело били о берег.
Поежившись, вернулась в кровать и накрылась с головой так, чтобы наружу выглядывало только лицо — как в детстве. Не помню, когда уснула, но в какой-то момент почувствовала, как меня бережно обнимает кто-то сильный. Целует в висок, поправляет волосы…
А, может, мне все приснилось, потому что проснулась я снова одна. Реджинхарда в спальне не было. Не оказалось его и в гостиной — планировка покоев драклорда зеркалила мою, — ни в ванной комнате, ни в кабинете. Воспользовавшись моментом, быстро привела себя в порядок и, накинув на себя что пришлось, вышла в коридор.
Первым делом я посетила свои покои.
— Ох, как же тут воняет! — сморщилась и закашлялась, стоило сунуться внутрь.
— Ньера, без повязки тут дышать невозможно, — ответила Роса.
Она и еще две уже знакомые мне девушки отмывали гостиную от жирной копоти, замотав лица влажными тряпками.
— Кошмар! — кривясь от отвращения и стараясь дышать пореже, пробралась мимо них в спальню.
Здесь тоже царили разгром и вонища. Такое чувство, что чудище успело не только разметать все вещи, но и нагадить сверху.
Вот же тварь! Когда только успела? Оживила бы и заново сожгла!
Надежды на то, что в гардеробной порядок, почти не было, но, как ни странно, мне повезло. Тут даже не разило мерзкой гарью, не иначе вещи защищала магия. Сначала я решила все перенести, но передумала. Пусть пока тут полежат.
Одежда Реджа была мне слегка не по размеру, и я с удовольствием переоделась в свое. Да и не стоило расхаживать в столь неоднозначном виде. Я ведь заметила, как пялились на мое облачение девушки. Наверное, навыдумывали себе лишнего, а к вечеру такого насплетничают, что я окажусь беременной от драклорда.
Знали бы они, что Редж даже не ночевал в своих покоях… А все-таки ночевал, или нет? Я так и не могла до конца решить сон это был, или не сон.
Возвращаясь, заметила многострадальный портрет, который небрежно валялся в самом углу спальни драклородом вниз. Это меня крайне возмутило. Рама треснула, но, к счастью, полотно осталось чистым и невредимым. Негоже было оставлять произведение искусства в этом бардаке, и я, протерев раму и заднюю поверхность краем шторы, чтобы не испачкаться, забрала его с собой.
Так с портретом подмышкой я и поспешила на воздух, а на лестнице столкнулась с болезным ньером Шатолье. И, кто бы мог подумать, бодрый и на удивление веселый Нож, чистенько наряженный и причесанный скакал по ступенькам так, словно и не валялся вчера трупом. Отчего-то эта его блистательная и довольная внешность привела меня в ярость. Но как же быстро он от любой напасти оправляется!
Определенно я сегодня была не в духе, так люто мне вдруг захотелось всадить Ножу пинка, чтобы скакал он исключительно носом по ступенькам.
«Магия — это больно!» — произнес в моем воображение разбойник и, приложив руку ко лбу, закатил глаза, готовясь упасть в обморок.
Барышня блин! Магия святого пинкаря — тоже больно.
— Ньера Лина, — обернулся вдруг разбойник и расплылся в приветливой улыбке, перекрывая мне проход. — Это утро воистину прекрасно, раз я лицезрею вас.
Чего?! Он что, головой ударился, когда в отключку падал? Так странно разговаривает!
— Доброго утра, ньер Шатолье, — Нож раздражал меня все больше, и я с трудом заставила себя вежливо поздороваться. — Как себя чувствуете?
— Просто прекрасно!
— Хорошо ли выспались? — яд так и капал, когда я задавала очередной вопрос.
— Давно не спал так сладко, как в эту чудесную ночь.
У меня аж в глазах потемнело.
— Чудесная ночь, говорите? Позвольте с вами не согласиться, ньерррр! — в конце я уже не сдержалась и сорвалась на драконье рычание.
Жалобно хрустнула треснутая рама портрета у меня подмышкой.
— Лина, что-то случилось? — искренне встревожился мой собеседник и даже вернулся на пару ступеней выше. — Позволь помогу отнести эту тяжесть… на помойку? — сделал он неверные выводы, судя по плачевному состоянию рамы.
— Нет! — отдернула я портрет Реджа, не давая Ножу к нему прикоснуться.
Эх, надо было занести картину в покои к драклорду, но не тащиться же туда прямо сейчас, отбиваясь от внимания Ножа. Реджинхард и так что-то не то про нас думает. То ревнует, то меня обвинят в причинении вреда этому наглому блондину. Не поймешь, как его в следующий раз накроет, так что лучше и рядом мне с ним не находиться.
— Лина, ты определенно не в духе, — сделал выводы самодовольный гад. — что-то произошло этой ночью?
— Какой ты догадливый! Меня чуть не сожрало неведомое чудище, а в моих покоях погром и вонища…
— То-то мне показалось, что у тебя какие-то странные духи, — перебил меня этот смертник.
Я не удержалась и пихнула его, но бесполезно. Такую тушу только исподтишка можно свалить. Жаль не воспользовалась моментом, когда еще можно было.
— Прости-прости, я просто пошутил. Настроение прекрасное… — скалился во всю белоснежную пасть говнюк.
— Да-да, я уже поняла. Когда у других все плохо, у ньера Шатолье — хорошо. Меня, меж прочим, вчера едва ли не в твоем убийстве обвинили. Чтоб ты и правда окочурился, разбойничья твоя морда! Знала, что тебе доверять нельзя, а пустила козла в огород… Жук колорадский, вот ты кто!
Нет, кажется, у меня жестокий ПМС. Я вообще не могу себя в руках держать.
Прикрыла глаза. Вдохнула-выдохнула.
— Послушай, иди-ка ты своей дорогой, ньер. А ко мне не приближайся, а то не факт, что в следующий раз выживешь. Уж я постараюсь, чтобы не просто так быть крайней. Ценность, блин!
Пихнув его плечом, добилась-таки, чтобы он меня пропустил.
— Лина, да с чего ты на меня так взъелась? — не выдержал Нож.
Кажется, я умудрилась-таки подпортить ему прекрасное утреннее настроение. Чудесно!
Осененная одной недоброй мыслью, обернулась к нему. Смерила взглядом.
— А не ты ли причина появления той твари в моей комнате, дружок?
— Я?! Стой! О каком еще чудовище ты все время твердишь? — наконец сообразил этот тугодум, что и правда произошло неладное.
— Ну уж не о Реджинхарде Берлиане! — огрызнулась я.
Хотя все они, мужики, те еще чудовища в отдельные моменты жизни.
— Но замок защищен. В него невозможно проникнуть извне.
— Я тоже так полагала. И уж точно не ждала, что меня начнут жрать прямо в собственной кровати. Спасибо Реджу, что пришел вовремя и выхватил меня буквально из пасти.
Эйрен всерьез побелел.