Любовь Черникова – Генерал черных драконов. Попаданка с довеском для Хозяина Запределья (страница 6)
– Так и есть. Доставщик – тот самый покупатель, которого я догнал и допросил, рассказал, как у них все устроено: ловцы выслеживают и похищают одиноких оборотней в городе, подливая в питье особое зелье. Оно без вкуса и запаха, так что даже в воде его не распознать при всем желании.
Мне это совершенно не понравилось.
– Очень предусмотрительно! Таким средством можно любого одурманить!
– Верно! Иначе с оборотнями у них ничего бы не получилось. Мы тонко чувствуем запахи. Малейшие оттенки. Сразу можем понять, если с пищей что-то не так.
– Скажи, ты действительно применил пытки, чтобы он все это тебе поведал?
– Не пришлось. Двинул пару раз по дых, и он запел как птичка. Разве что…
– Что?
– Этот урод был настолько самоуверенным, что даже не считал нужным запираться!
Я лишь покачала головой. Рассказ Ульриха и свежий воздух из открытого окна согнали остатки сна. Я зябко поежилась, и оборотень накинул мне на плечи плед, который лежал на подоконнике.
– Спасибо! – поблагодарила я и попросила его продолжить рассказ.
– Ловцы действуют по хитрой схеме. Поймав очередную жертву, они просят продавцов живности на рынке присмотреть за товаром, пока покупатель не приедет. Якобы срочно нужно уехать, а за волком вот-вот придет покупатель. Предлагают хорошую плату, но не слишком большую, чтобы выглядеть подозрительной. Кто откажется от такой пустяковой просьбы? Никаких затрат на содержание. Нужно лишь присмотреть за зверем час или два, передать покупателю и получить остаток гонорара. Снадобье, которым ловцы меня усыпили, действует довольно долго, а клетка с виду используется самая обычная. Если зверь не проснется, продавец и не заподозрит, что присматривает за оборотнем.
– А если даже и догадывается, то ему все равно… – заметила я, вспомнив того самого мужика, который продавал «кошаков».
Мне показалось, что он прекрасно понимал, что ввязался во что-то дурно пахнущее, но деньги ароматами не обладали.
– Даже если и заподозрит что-то, то будет поздно дергаться. Ловцов уже след простыл, а опасный товар нужно сбыть с рук во что бы то ни стало. Сбыть и забыть об этом побыстрей, – подтвердил оборотень.
– Ну да, выпустить тоже страшно. Вдруг ловцы явятся потом с разборками к нему домой. У каждого дети, жена…
Ульрих согласно покивал.
– За «товаром» приезжал тот самый человек, которого, я… Ну, того… Шею свернул.
– Всегда только он?
– Других он не знает, даже если они есть, но подозревает, что не один. У нас ведь не единственное поселение, где живут оборотни. Так что мы не знаем, сколько всего похищенных.
Я задумалась. Похищение оборотней приобрело массовый характер. Интересно, а конечный потребитель товара один, или они разные? И кто он? Маньяк какой-то? Или все прозаичнее?
– Ульрих, а этот самый «доставщик» знал, кому он должен был тебя передать?
На лицо оборотня легла тень.
– К сожалению, нет. Заказчик получает товар в условленном месте. Они с доставщиком никогда не встречаются. А, может, оборотня там забирает очередной посредник. Этого тот мужик не знал.
Я задумалась, пытаясь осмыслить схему.
– Умно у них все устроено. Посредник не знает в глаза ловцов. А те – посредника. Временные продавцы постоянно меняются, рынки тоже? – уточнила я.
– Уверен, что так и есть. Из нашего с доставщиком напряженного, но содержательного разговора я понял, что оборотней не всегда продавали там же, где они были пойманы. Все устроено таким образом, что звенья цепочки не контактируют между собой напрямую. Так что след Хельги здесь теряется. Как и остальных несчастных…
Мне стало не по себе, и я обхватила себя за плечи.
– Жаль, что тебе не удалось больше ничего выяснить.
– Да… Но все равно теперь я знаю намного больше, чем раньше. Я смог убедить отца, что это не выдумки влюбленного Бриана, и Хельга никуда не сбегала. Она была очень своенравной волчицей и доставляла проблемы. Вот все так и решили. Но теперь точно известно, что похищенных было больше. Возможно, намного больше!
– Ульрих, я искренне тебе сочувствую и Бриану тоже. Неизвестность – это ужасно. Надеюсь, теперь получится выйти на этих заказчиков и найти пропавших. Но… Больше не действуй в одиночку, ладно? Твоя мама очень беспокоится за тебя. Ты у нее один.
Я дотянулась и тронула оборотня за локоть. Он согласно опустил голову.
– Да. Я был чересчур самонадеянным, это правда. Думал, что уж меня-то им не обмануть, а вышло как вышло…
Мы замолчали, погрузившись каждый в собственные мысли. Ситуация мне не нравилась, и я решила поговорить об этом с Данте. Если он собирается здесь править, ему все равно придется с этим разбираться рано или поздно. Но как оборотень отнесется к тому, что я его выдам?
Я взяла парня за руку и сжала его пальцы.
– Ульрих, нужно рассказать об это генералу ар Шахгару. Уверена, он сможет что-то посоветовать, – попыталась я его уговорить.
Реакция превзошла ожидания. Ульрих стиснул мою руку и, опустившись передо мной на одно колено, заглянул мне в глаза.
– Спасибо вам, лейра Эления! Я сам собирался попросить вас об этой услуге. Если бы не вы, не знаю, где бы я сейчас был, а генерал, он… Отец запретил его беспокоить, и тогда я решил…
Оборотень не успел закончить мысль. Дверь спальни отворилась, и на пороге возник Данте собственной персоной.
– Ульрих? Эления? Что здесь происходит?
– Э-э… К-хм! Генерал, я… – Оборотень поспешно выпустил мою руку и поднялся. Он походил на мальчишку, застигнутого за просмотром сайтов с неподходящим возрастным рейтингом. – Пожалуй, мне пора.
Ульрих попытался ретироваться тем же путем, которым попал сюда – через окно. Ухватила его за запястье, не позволяя улизнуть.
– Останься! – сказала твердо и тоже поднялась из кресла. – Данте, тебе стоит послушать историю Ульриха, – обратилась я к генералу. – Поверь, это очень интересно.
Дракон молча буравил меня потемневшими глазами, и я видела, что он едва справляется с собой.
Его взгляд медленно сместился на мою руку, все еще сжимающую запястье волчонка.
Очень красноречиво! Неужели ревнует?
Ревность – плохое чувство. Следовало убить его на корню. Выпустив Ульриха, которой, кажется, передумал, убегать, я подошла к Данте и взяла его руки в свои. Стиснув пальцы, попросила шепотом, чтобы не разбудить Сашку:
– Идемте, поговорим в гостиной. – И потянула дракона за собой.
Мягко ступая, мы все покинули спальню, а я мысленно смирилась с тем, что выспаться мне сегодня не удастся. Сынок вот-вот проснется и потребует его накормить.
Ульрих, у которого в голове все сложилось после нашей беседы, смог куда более сжато и коротко поведать о том, что он успел узнать о похищениях оборотней. Данте слушал, не перебивая. Лишь потом задал несколько уточняющих вопросов.
– С этим нужно разобраться, – согласился он. – Я не позволю никому бесчинствовать на своих территориях.
– Уверен, отец предоставит любую помощь. Сейчас его возможности ограничены. Оборотни не могут действовать законно на территории, которая нам не принадлежит.
– Я обладаю определенными полномочиями во всех княжествах Морейна и меня пока никто не лишал этого права. Завтра я поговорю с Райдом, и мы подумаем, с чего можно начать расследование. После того, как ты улизнул из лап ловцов, они могут затаиться на какое-то время.
– И верно… – расстроился Ульрих.
– Не переживай, зато ты выжил и смог рассказать о том, что произошло. – Поддержала его я и добавила, глядя на Данте. – А у нас пока будет время устроиться.
Ульрих ушел, еще раз извинившись за столь поздний визит. Повисла тишина. Я не считала, что в чем-то виновата, потому не торопилась оправдываться. А о чем думал генерал, я не знала. Но определенно он был чем-то взбудоражен. И это точно была не пропажа оборотней.
Генерал обвел взглядом комнату, а затем уставился прямо на меня.
– Эления… – выдохнул он с такими интонациями, что у приятная вибрация по всему организму прошла.
Смутившись, я неожиданно для себя довольно улыбнулась и спросила:
– Что?
Генерал вдруг схватил меня и притянул к себе. Обнял, крепко прижав. С усилием гладя и растирая мне спину. Его ладонь обжигала через тонкую ткань ночной сорочки и такого же тонкого халата. Волны жара расходились по телу. Бежали маленькими молниями по коже, выстреливая в кончики пальцев. Грудь тут же напряглась, дыхание участилось. Желание, острое, точно кайенский перец, и такое же пряное, прокатилось по моим венам. Сводя с ума, лишая лишних мыслей…
Я затаилась, наслаждаясь ощущениями. Полной грудью вдыхая запах такого желанного мужчины и пытаясь понять, что со мной происходит и почему? Пытаясь не сорваться в пучину.
Почему столь острая реакция? Как это, вообще, возможно? Или это тело Элении так реагирует. Хотя… Теперь оно мое. И мысли тоже мои. И реакции…
– Эления, я… Когда увидел его рядом с тобой… Я едва сдержался. Думал, оторву голову на месте. Я никогда… Потерял контроль…
– Не потерял, Данте, – выдохнула я на какой-то неожиданно мягкой ноте. – Ты прекрасно держался. Но не надо меня ревновать, пожалуйста…
– Не могу!