Любовь Черникова – Академия ветра и штормов (страница 2)
Грымза, директриса пансиона, страшная во всех смыслах женщина – и ликом, и характером – ворвалась в нашу спальню в сопровождении нескольких наставниц и куратора. Обвела строгим взглядом присутствующих и поинтересовалась:
– Это что еще за сборище? Как вы допустили?
Второй вопрос был обращен к нашему куратору, эшшери Тикс – пожилой трепетной даме, которая всегда всего боялась и особенно гнева директрисы.
– Эшшери, почему не в своих комнатах? – Засуетилась та, всем своим видом выказывая рвение.
– Девочки пришли проводить Миррэ. Она ведь рано уезжает, – попыталась прикрыть всех простодушная Саманта.
Вечно она так – принимает огонь на себя, а потом ее наказывают. И никогда ни от кого ни слова благодарности, кроме меня, пожалуй. Наверное, поэтому мы и сдружились с первых дней.
Но на этот раз Саманту выручила глупышка Генриетта, сама того не желая:
– А Миррэ выбросила в окно мусор! Нарочно решила нас подставить, потому что уезжает!
Низенькая светловолосая красавица с детским кукольным личиком и пышными ресницами говорила, противно растягивая слова, чем портила все впечатление от своей внешности.
Мать Всего Сущего, какая же она все-таки дура! Вот кто ее тянул за язык?
Я была уверена, что глупышка просто озвучила мысль, высказанную змеюкой Ашшэр. И точно! Брюнетка с острым носом подленько сощурилась, старательно скрывая улыбку. Хотела нагадить мне напоследок? Ну-ну…
Эшшери Тикс тут же подскочила к окну и выглянула наружу. Я даже не шелохнулась, надеясь, что Симка все уладил.
Грымза пристально посмотрела на меня и поинтересовалась:
– Воспитанница Блэкрок, это правда?
– Я не бросала в окно мусор, эшшери директор!
Да у меня бы язык не повернулся назвать письмо любимой сестре мусором, так что я не соврала ни капельки.
– Под окном ничего нет, – подтвердила мои слова эшшери Тикс.
Я не выдержала и тоже обернулась, заметив белое пятнышко в кустах поодаль. Мелькнул пушистый хвост и тут же спрятался. Опять краска с Симки смылась! Пора обновлять.
– А что это у вас за книга, Миррэ?
Эшшери Тикс взяла с подоконника учебник по основам стихийных заклинаний, который я использовала как подложку.
– О, простите за беспорядок, эшшери. Я просто освежала знания перед отъездом. Взять учебник с собой не позволено, а в Академии ветра и штормов учатся самые сильные стихийные маги и драконы. Не хочется ударить в грязь лицом перед тамошними адептами и опозорить славное имя нашего пансиона.
Все это я проговорила, смущаясь, и таким елейным голосом, что аж самой стало тошно. Ашшэр и вовсе перекосило, но больше от того, как ловко мне удалось выкрутиться.
– Похвально, воспитанница Блэкрок, похвально. – Мои слова Грымзе польстили. – Остальным дополнительное задание на вечер, раз, кроме сплетен, больше нечем заняться. Выучите параграфы по теории послушания с тринадцатого по двадцать восьмой. Проведем дополнительный урок.
– Да, эшшери директор! – мысленно взвыв, хором ответили воспитанницы.
Не было ничего унизительнее этой дрянной книженции. Была бы воля, и каждая воспитанница сожгла бы ее, а пепел скормила Грымзе и ее прихвостням маленькой ложечкой без соли и перца.
– Блэкрок, за мной! – скомандовала директриса, прервав поток моих мыслей.
Подхватив свой полупустой саквояж и пальто, которые уже ждали на кровати, я радостно покинула комнату, надеясь, что больше никогда сюда не вернусь.
И все же меня кое-что смущало. Например, время выхода. Выезжать планировалось только утром, а сейчас хоть и вечер, но еще даже не стемнело! Однако я не решалась поинтересоваться, почему так. Лишний раз к Грымзе лучше не обращаться первой – плохая примета. И дело было не в суевериях, а в ее дурном характере. Сейчас я больше всего боялась спугнуть удачу, потому и молчала, пока мы не вышли на заднее крыльцо, рядом с которым на подъездной дороге уже ждала двуколка с откинутым фаэтоном, на козлах сидел Батмор – штатный возница пансиона.
Осень в этом году пришла раньше времени, и стоило солнцу склониться к горизонту, становилось зябко, а ночью и вовсе откровенно холодно, поэтому я, мгновенно продрогнув, принялась торопливо натягивать пальто.
– Батмор отвезет тебя на Южную станцию «Бюро путешествий», – соизволила сообщить эшшери директор, снисходительно наблюдая за моими неловкими попытками попасть в рукав.
От растерянности у меня никак не получалось его поймать, к тому же мешал висящий на сгибе локтя саквояж.
– Прямо сейчас? Но ведь дилижанс академии прибудет только утром!
Мысль о ночевке прямо на станции мне сильно не понравилась.
– Дилижанс уже ждет на станции «Бюро путешествий». Мне сообщили чуть меньше получаса назад, поэтому я и пришла тебя поторопить. Ты готова?
Вопрос Грымзы сбил меня с толку. Обычно ее не интересовали такие мелочи, как готовность воспитанниц.
– Д-да… – ответила я, наконец совладав с рукавом, и принялась застегивать пуговицы. Но застегнув две, остановилась. – Точнее, нет! Эшшери директор, все так внезапно! Я не успела подготовиться к выходу… – Видя, что брови Грымзы сходятся к переносице, торопливо пояснила шепотом: – Можно мне в уборную перед дорогой?
Лицо женщины, возраст которой застыл где-то между шестым и седьмым десятками уже лет на тридцать, разгладилось.
– Конечно. Но поторопись.
– Спасибо, эшшери директор!
Я поставила саквояж прямо на крыльцо и рванула обратно к двери.
– Блэкрок, что за походка? Почему несешься как оголтелая? Где достоинство? – свистнуло кнутом сзади.
– Простите!
Я выпрямилась, развернула плечи и торопливо засеменила, как того требовали приличия. На бег сорвалась снова, когда мое неподобающее поведение скрыла дверь. В туалет я все-таки заглянула. Дело и правда было нужное, но главная цель отлучки и выбор места заключались в другом. Забравшись на широкий подоконник, я распахнула створку окна, выходящего в парк и, выглянув наружу, позвала негромко:
– Симка!
Симка – это мой фамильяр симуран. Вообще-то, у стихийников таких фамильяров не бывает, но я не совсем нормальный стихийник. Я родилась пустышкой, и дар получила всего каких-то два года назад. В шестнадцать лет, а не в двенадцать-тринадцать, как полагается. Да и то получила его не совсем обычным способом, но это совсем другая история*.
Симку мне подарила моя старшая сестра Талария. Она спасла маленького симуранчика со сломанным крылом. Пока его лечили, мать малыша куда-то делась, и пришлось его оставить. Но Симка рос таким хулиганом, что его охотно сбагрили мне, чему я несказанно обрадовалась, ведь у меня появился питомец и настоящий друг, о котором я всегда мечтала.
У нас с Симкой случилась любовь с первого взгляда, а вот мама еле пережила его пребывание в поместье Блэкрок. Мало того что волчонок портил вещи, так еще и пугал ее нарочно, из-за чего мы все пережили много неприятных моментов. Но я смогла настоять на своем и усмирила обоих – и симурана, и маму тоже. Удивительно, но отец только посмеивался, наблюдая за нашими баталиями, и наотрез отказывался вставать на чью-либо сторону.
– Симка? – позвала я снова, услышав какое-то шуршание в пышных зарослях садового бересклета.
На этот раз ждать долго не пришлось, и из самого большого куста, выглянула улыбающаяся волчья морда, белая в зеленых пятнышках и полосах.
– Ты здесь! – Я выдохнула с облегчением и, легко перемахнув через подоконник, обняла симурана, который высунулся из кустов не полностью, а только по шею. – Мне кажется, или ты снова подрос?
Симка лизнул меня в нос, заставив морщиться и вытираться. Говорить с ним мысленно я не могла, зато симуран прекрасно меня понимал, да и я его тоже.
Когда меня отправили в пансион, Симка последовал за мной и жил тайком здесь же на территории обширного парка. Как он умудрялся добывать еду, я так и не выяснила. Наверное, охотился по ночам на кур в окрестных деревнях. Или на кроликов и птиц в горах, благо его крыло давно срослось, и он прекрасно летал. Но скорее я бы поверила, что Симка тырит еду на местной кухне. Слышала, как ругалась экономка на повара, а тот на неизвестного воришку.
Чтобы Симку не поймали, ведь он у меня такой чистенький и беленький весь из себя, я регулярно подкрашивала его шерстку зеленым пигментом, который меня научила готовить сестра. Благо, ингредиенты там были пустяковые. Сейчас краска с шерсти симурана уже почти слезла, и он веселил меня пятнистой расцветкой, которая так хорошо скрывала его среди бело-зеленых листьев и придавала моему крылатому волку какой-то особенно хулиганистый вид воина на задании. Они, порой, тоже вот так красят лица, чтобы быть незаметней. Как говорит Талария: «На магию надейся, а сам не плошай!»
– Симка, письмо у тебя? – спросила я.
Голова нырнула в кусты, а затем выглянула обратно, и симуран положил на землю смятый в комок лист, выброшенный мной в окно ранее. Я разгладила его, свернула аккуратным четырехугольником и сунула в особый кармашек на магическом ошейнике, который был виден только мне и Тали, а еще совершенно не мешал Симке.
– Передай письмо Таларии и возвращайся. Да! Я уезжаю прямо сейчас, а не утром. Сначала на станцию «Бюро путешествий», помнишь? Мы туда приехали с отцом, а ты меня нашел.
Симуран утвердительно рыкнул.
– Вот. Оттуда меня заберет дилижанс из академии. Уверена, ты быстро нас нагонишь, тем более что дорога тебе уже знакома. Все. Лети, не задерживайся. Хочу скорее порадовать сестру новостями.