Любовь Чаро – Танго с врагом (страница 5)

– Это ужасно! На нас все смотрят!

– На нас все смотрят, и это прекрасно! – парировала я. – Чем больше парней будут о тебе говорить, тем ценнее ты будешь для всех. Мужчины замечают лишь то, что кто-то заметил до них. Чем больше народу в АТЧ будет желать загнать тебя в постель, тем интереснее ты станешь для своей будущей жертвы.

Пока Камелия подвисала от моих слов, видимо, решая, кто именно тот заяц, за которым идёт охота, я отложила мел и оглянулась.

 Абсолютно все смотрели на нас. Ася по дружбе рассказала, что вместе с нами будут учиться ещё четыре девочки. Все они из простых рабочих семей. Те, кто был побогаче, предпочитал платить штрафы за своих дочерей за несанкционированное поднятие нежити, чем отправить их в АТЧ. В этом закостенелом мире магия считалась прерогативой мужчин, а девочек стали брать в академию только год назад.

Народ, судя по всему, обалдевал от внешнего вида Камелии. Дабы не отвлекать внимание от неё, я постаралась создать ничем не примечательный образ. Красоту, конечно, не скроешь, но можно же и не выпячивать. Ради дела поиграю дурную подружку.

В двери вошёл собранный и хмурый Ильмир. Он направился прямо к нам и, обращаясь к Камелии, отчётливо произнёс:

– Тихенсу, пошли выйдем. Надо поговорить.

Если до этого кто-то ещё и был занят делами, то теперь точно бросил всё и внимательно следил за нами. Я пошла к двери и махнула подруге, чтобы следовала за мной.

Ильмир бросил на меня хмурый взгляд, но комментировать никак не стал, и мы втроём вышли в коридор, а затем пошли туда, куда указала будущая жертва женской мести.

Мы пришли в столовую. Поскольку занятия вот-вот должны были начаться, помещение пустовало, даже работников не было видно. Только я успела запаниковать, как Ильмир взмахнул рукой, и мы с Камелией оказались в прозрачном ледяном домике. Куда ни шагни – стена, а над головой – хрустальный ледяной купол.

– Не дёргайтесь, скоро отпущу, – спокойным тоном сообщил племянник короля.

– Это щит, он собирается колдовать. А это, – подруга ткнула в прозрачную преграду, – должно нас защитить.

Адепт Фальшиари вальяжно прошёл к ближайшему столу и опустил свой величественный зад на стул, предварительно подвинув его поближе к нам.

– Я хочу раз и навсегда объяснить тебе, моя драгоценная, – последнее слово он сопровождал кривой ухмылкой, – что никогда не собирался встречаться с тобой. Если ты сразу не сумеешь дойти своим скудным умом до этой простой истины, то, надеюсь, твоя подруга тебе разъяснит. По глазам вижу, что она понимает, кто я на самом деле.

О да! Я понимала, отлично понимала! А потому решила, что одна белобрысая сволочь прямо сейчас обязана понести наказание.

– Да чтоб тебя, – я запнулась, не зная, какое бы ему восстание нежити устроить, – кошки драли!

Щит пошёл рябью, но почти сразу вновь стал спокойным.

Ильмир покачал головой:

– Тебе, девочка, мою защиту не пробить.

“Ну ладно, я терпеливая, подожду, пока ты её уберёшь, – мстительно подумала.

Даже не представляла, как нежить реализует мои послания, но так много образных выражений по отношению к одному человеку ещё не употребляла. Осталось только дождаться, когда он опустит щиты.

– Камелия, с тобой было занимательно общаться по устройству связи, – продолжал гнуть свою линию Фальшиари, – а потом вместе с пацанами смотреть запись и ржать над провинциальной идиоткой. Когда же ты явилась в АТЧ, то вся прелесть общения пропала. Поэтому требую тебя не домогаться меня и забыть о том, что мы были знакомы до поступления сюда.

У меня пропал дар речи. Ну и сволочь же! А вот у Камелии, напротив, в критические моменты начинался неконтролируемый словесный поток.

– А как же то, что ты мне говорил?! Ты же был такой убедительный!.. Нет, я не верю тебе! Ты другой! Ильмир, я не понимаю, зачем ты сейчас, когда я так близко, отталкиваешь меня!

Камелия продолжала что-то ещё говорить в том же духе, но я перестала концентрироваться на смысле её слов, поскольку моим вниманием полностью завладели происходящие за пределами щита изменения.

Всё от пола до потолка стало покрываться изморозью. Она тянула свои завитки от того места, где каменным изваянием сидел Фальшиари, и распространялась по пространству вокруг. Это было как морозный узор на окнах, только ещё красивее и намного страшнее. Толщина белого кружева росла прямо на глазах. Она уже поднялась Ильмиру по щиколотку, когда я поняла, что тот не в себе. Его зелёные глаза зловеще блестели, тонкие губы побелели, и по щекам мага, словно татуировка, зазмеился белый морозный узор. Щиты не пускали холод к нам, но сколько они продержатся, проверять не хотелось.

– Камелия, да заткнись ты! – прикрикнула я на соседку и для пущего эффекта встряхнула её за плечи.

Та тихо ойкнула и прильнула носом к щиту.

– Вот именно, что ой! – передразнила я её. – Мне кажется, Фальшиари не выносит женских истерик. Поэтому, если не хочешь оказаться хорошо промороженной скульптурой, придержи свой язык.

Зелёные глаза в момент оттаявшего мага посмотрели на меня с уважением. И в звенящей тишине, в насквозь промороженном помещении, больше всего сейчас напоминавшем гигантскую холодильную камеру, эхом разнёсся приказ Ильмира:

– Пошли вон!

Щит растворился в воздухе, и у меня дыхание перехватило от холода. Камелия вцепилась в мою руку и рванула прочь из этого морозильника. Снежно-льдистый пол характерно поскрипывал под нашими совершенно домашними туфельками. Выбежав в коридор, мы, не сговариваясь, закрыли дверь в столовую, отрезая путь морозу, а потом бросились в аудиторию, где занятие должно было быть в самом разгаре.

От быстрого бега я согрелась и затормозила перед входом в наш лекторий.

– Слушай, а что нужно тут говорить, когда опаздываешь?

Мой вопрос застал соседку врасплох.

– Ничего не скажем, пока не спросят.

Я возражать не стала и пошла следом за Камелией. Когда мы молча открыли дверь и пошли внутрь, на нас все отвлеклись. Пока мы шли к единственным свободным местам на первом ряду – пауза продолжалась, но как только мы сели, Рэй Гралан заправил за ухо упавшую ему на глаза бронзовую прядь и продолжил рассказывать, никак не прокомментировав наше появление.

– Как я говорил ранее, – прохаживаясь вдоль доски, читал лекцию Гралан, –  нет никакой существенной разницы между некромантией, творимой женщиной, и некромантией, творимой мужчиной. Вы будете учиться бок о бок с представителями противоположного пола и наглядно в этом убедитесь.

Дверь распахнулась и впустила Ильмира. Он выглядел безупречно, никаких следов неконтролируемого буйства ледяной стихии. Преподаватель снова прервался. В полной тишине Ильмир уселся на единственное свободное место с краю рядом с Камелией, и лекция продолжилась. Интересно, что он забыл у первогодок? Или мозги себе отморозил, пока изволил нас пугать?.

Я ожидала, что подруга стушуется и просидит всю пару, уткнувшись в конспект, но, как оказалось, недооценила её решимость. Девушка стреляла в соседа по парте глазками, как заправская кокетка. Ильмир делал вид, что безмерно увлечён лекцией. Он так явственно переигрывал, что я окончательно убедилась – ох, не устоит парень перед чарами красотки, ох, не устоит. Пропадёт! А потом получит отворот-поворот! Так ему и надо! Потому что не фиг! Потому что все мужики – враги и животные парнокопытные! Вот!

Первое занятие прошло прекрасно. Подкачало только его окончание, когда Рэй Гралан, объявляя о том, что лекция закончена, попросил опоздавших остаться.

Когда я, Камелия и Ильмир подошли к кафедре, то услышали, что я и Камелия получаем первое предупреждение. Если опоздаем второй раз, то получим отработку, а у отмороженного поинтересовался, что тот забыл на чужой лекции? Ильмир не стушевался и ответил, что решил освежить знания. После чего отпустил всех, кроме меня.

– Адептка Фиалкова, мне кажется, вы не совсем ясно понимаете, где оказались, – грозно начал отповедь Гралан. Я отметила, что обращение резало слух. Странно было слышать рядом иномирное слово адептка и мою земную фамилию Фиалкова.

– Отчего же. Понимаю, что теперь оказалась в АТЧ, – я не полезла за словом в карман, – и каждый, кто носит штаны, а не юбку, не упустит возможности насолить мне.

– Именно. И я прошу вас, держитесь подальше от адепта Ильмира Фальшиари.

“А это ещё почему” – мысленно возмутилась я, а Гралан поспешил объяснить:

– Понимаете, его отец, господин Улис Фальшиари, преподаёт в нашей академии. Есть лояльные к нововведениям некроманты, а есть и такие, как Улис. Он не смирился с тем, что некромантии теперь обучаются девушки. И ещё он особенно не доверяет иномирянам.

Преподаватель сверлил меня недовольным взглядом синих глаз – похоже, слишком явно на моём лице читался скепсис и желание попробовать, а что будет, если… Он начертил в воздухе руну открытия портала на небольшие расстояния. Его отличали компактные формы: “хвост” был всего на метр. А вот цвет меня удивил. Вместо привычного синего тут присутствовала целая радуга цветов. Она вращалась вокруг плоской зеркальной поверхности с завораживающей неспешностью.

– Адептка Фиалкова, позвольте вам кое-что показать, – Гралан протянул ко мне руку, предлагая вложить в неё свою. – Держитесь, я перенесу вас в преподавательские апартаменты Улиса.

“О! Интересненько, как живут местные преподы? Может, я тоже закончу академию и пойду в АТЧ работать”.