Любовь Антоненко – Из хроник Фламианты: «Эхо прошлого» (страница 2)

– Договорились.

– Ну и прекрасно. А ты, – Сэлиронд вернул громкость голосу и перевел вдумчивый взгляд на Мэлиронда, – для моей души так же дорог, как и твоя сестра.

– Неужели до сих пор не понял? – вклинился Лагоронд, состряпав удивленную гримасу.

– Чего? – парировал удивлением Сэлиронд.

– Сын на меня почти во всем похож, но вот язык любви его, как и у тебя, очень тактилен. Ты ему любовь словами и действиями заверяешь, а его душе объятий хочется. Мисурия сама тебе под мышку прыгает, а сын горделив, хотя тоже не прочь в хвате твоих могучих рук оказаться.

– Папа, – прервал Мэлиронд откровенность отца.

– Что папа? Ты, чем возмущаться, с сестры пример возьми и душу восполни, а то пока твой дядя распознает, как именно тебя любить надо, ты состариться успеешь. Да и второй племяшкой обзаведется, ты и в старости от него объятий не дождешься.

– Второй племяшкой? – уточнил Сэлиронд.

– Ага, – подтвердил Лагоронд, блеснув довольным горделивым оскалом.

– Тогда сентиментальность твоя понятна, – Сэлиронд через Мисурию и Лагоронда дотянулся до Лавидель и аккуратно хлопнул ее по мундиру. – Как пришли, от муженька не отлипаешь, будто только поженились, а, оказывается, из-за будущей дочурки душа нежности требует.

Лавидель звучно улыбнулась в ответ.

– Ну сиди, нежься, – подытожил Сэлиронд и переключил внимание на Мэлиронда. – Гордость, значит, к дядьке жаться не дает? А ну ка, пусти меня, – игриво шепнул он Мисурии, – до старости ждать не будем, братца твоего сейчас восполним, – он вновь поднялся на ноги и добрел до соседнего диванчика. Рухнув рядом с Мэлирондом, он силой прижал его к груди. – И от меня немного взял, я очень доволен. Но, брат прав, мне не всегда тонкости вашего устройства считывать удается, оттого прошу, чтобы сами обнажали. Ладно?

– Ладно, – буркнул в ответ Мэлиронд. С удовольствием изжив дядино объятие, он отпрянул от груди и блеснул белоснежным оскалом. – Тебе отцом быть очень подойдет, дядя.

– Согласен, – безмятежно ответил Сэлиронд. – Но раз своих нет, буду вами пользоваться, так что терпите.

– Почти любая свободная женщина нашего королевства тебе в этом с большим желанием согласится помощью быть. Может, пока Мисурия и Флалиминь здесь, мы тебя к нам заберём. Того и гляди кому-нибудь всё же удастся в любовных водах твою душонку потопить.

– Какой, а, – Сэлиронд на широкой улыбке воздал племяннику за подтрунивающее намерение легким подзатыльником.

– Боюсь, душонку твоего дяди сложно потопить, ведь нрав его тоже, что необузданный трил королевской масти: горделив, упрям, да еще и брыкается при любой возможности, – по-доброму высмеял одиночество брата Лагоронд. Он, наверное, единственный в этой комнате, кто понимал, что Сэлиронд нисколько не высвободился от любви к Лавидель. Он ум и душу старательно убедил в ином, и о ней совершенно не думает, но сердце молчаливо знает правду, оттого от других привязанностей наглухо закрыто. Лагоронд не хотел бередить душу брата, потому использовал ироничную издевку, зная, что Велогор за короля вступится, и тогда появится возможность незаметно утянуть разговор от этой темы.

– И это вы говорите, король? – тут же восполнил ожидания Лагоронда Велогор. Его тон, как и полагается, дышал глубоким уважением. – Мой король сложно устроен, но не в сравнение с вами. Вас любовь, насколько помнится, без труда в стойло поставила, оттого с моим королем ей страдать не придется.

– Велогор, – аккуратно одернула мужа Флалиминь, ведь ее слух до сих пор резали подобные бесцеремонные обращения в адрес королевских персон.

– Я же как есть говорю, – оправдался Велогор, – да и король при нарушении границ дозволенного исправит. Так ведь? – он перевел взгляд на Лагоронда.

– Чего спрашиваешь, если ответ известен? – ухмыльнулся Лагоронд, прекрасно понимая, что Велогор пытается добиться от него одобрительных речей. – Вы мне лучше скажите, почему до сих пор без младшего стира? Стилим ваш браслет носит, но его положение старшего стира в Леондиле дает вам право по уставу еще одного тэльва к положению привлечь. Поди и здесь характер брата – причина?

– Ну, вы посмотрите на него, – с еле уловимой нотой игривого возмущения ответила Лавидель. Она мягко пришлепнула мужа по груди.

– Что? – удивился Лагоронд.

– Ты чего брата щипаешь, а?

– Ну так он столько поводов дает, грех не пользоваться.

– Он, – Лавидель обратилась к Сэлиронду, показательно ткнув ладонью в грудь мужа, – не меньше Мэлиронда по тебе заскучал, ведь несколько месяцев из-за дел не виделись. Внимания твоего желает, а прямо говорить не хочется, вод и подкусывает.

– Какой я популярный, – довольно протянул Сэлиронд. Его польщённая душа вырвалась наружу широкой улыбкой. – Вы у меня несколько дней пробудете, так что всем восполнить постараюсь. Тем более к вечеру я нам время вне городской суеты запланировал. И развлечься, и пообщаться сможем.

– По-моему, до вечера уже дошагали, – вставил Лагоронд, – тогда чего здесь сидим?

Сэлиронд вместо ответа перевел уточняющий взгляд на Флалиминь. Распорядительница поняла контекст взора и поднялась на ноги.

– Вы мне полчаса дайте, я работу некоторых ведущих тэльвов проверю, и можно выдвигаться, – предупредила она короля. По тяжести ее вздоха было понятно, что именно этими тэльвами последнее время сильно треплется душа.

– Я с тобой, – тут же среагировала Мисурия. Она и план дяди в отношении Флалиминь желала начать реализовывать, и от распорядительницы Маландруима взамен перенимать манеру поведения.

– Я в сложности иду, с которыми пока не нашла как совладать, – вслух призналась Флалиминь. – Вряд ли достойным примером буду.

– Тогда тем более вместе пойдем. Там, где твоя доброта упрется в стену, повлияем на колючесть дядиных тэльвов моим королевским положением. Вопрос решим, а уже после я тебе полностью сдамся, начнешь меня в нечто более мягкое лепить.

– Хорошо, госпожа Мисурия, – одобрила порыв Флалиминь. Дождавшись, когда дочь королей окажется рядом, она горделиво зашагала вместе с ней к выходу.

– Вам помощь нужна? – крикнул вслед Стилим.

– Полагаю, должны сами справиться, – ответила Флалиминь и шагнула вместе с Мисурией за порог.

– Пока необходимые полчаса выжидаем, – вновь стянул внимание Сэлиронд, – поясните-ка мне, что произошло с вашим эпицентром болтливости? – несмотря на то, что он обращался ко всем, его задумчивый взгляд вонзился в Алимина и Андиль, что притаились на дальнем диванчике. – По-моему, я с утра от этой парочки ни слова не услышал. Они даже поздоровались молчаливым жестом.

– Эти крепкие нравы старательно ищут компромисс в личных вопросах, – ответила Лавидель. Она видела, что ее стиры сильно увязли в собственных мыслях и после вопроса короля не вышагнули из отстраненности, потому пояснение взяла в собственные руки.

– Такая глубокая отстраненность от реальности опасна, – почти шепотом подметил Сэлиронд.

– Сейчас время позволило им отойти от ответственности положения, ведь здесь куча охраны, Велогор со Стилимом имеются, да и от нас позволение получили, потому сразу шагнули во внутренний поиск ответов, но в остальное время, они от требований положения не отступают.

– По-моему, с серьезной проблемой столкнулись, а не просто с легко разрешимыми разногласиями.

– Возможно, но пока правом не наделят, вмешиваться не можем. Мы с Лагорондом к их душам подшагнуть постарались несколько раз с помощью, но дальше порога нас не пустили.

– Хотите сказать, что этим удовлетворились? – Сэлиронд смешливой гримасой прошелся по лицам брата и Лавидель.

– Нет, конечно, – вместо королей буркнул Стилим. – Они очень хитро и информацию выведывают, и помощь им подсовывают.

– Не хитро, а рассудительно, – ухмыльнулся Лагоронд, чуть подтолкнув подсевшего к ним стира в плечо.

– Как по мне, всё-таки хитрецой больше попахивает, – не отступил Стилим. – Алимин и Андиль думают, что до некоторых шагов в личных сложностях сами доперли, а на самом деле их король и королева, как собачонок, за поводок от болота оттягивают. Здесь якобы невзначай болтнут, там будто случайно собственные отношения обнажат, в другой раз на чьем-нибудь постороннем примере схожую проблему рассмотрят, а Алиминчик с сестрицей подсознательно, как губка всё впитывают, к себе примеряют и потихоньку с проблемой разбираются. Видели бы вы их месяц назад, совсем тяжелые были, а сейчас уже ничего.

– Не уж-то леондильская кровь в тебе нисколько красноречия не сыщет, – тихо рассмеялся Сэлиронд, подтрунивая над сленгом Стилима.

– И не надо, – защитил своего старшего стира Лагоронд, в моменте горделиво вздернув подбородок к верху.

– Смотри, как гордится, – Сэлиронд подмигнул Стилиму. Запечатлев улыбку стира, он перевел взгляд на Лагоронда. – И ты ведь у нас без младшего ходишь. Это Стилим настолько хорош, или всё же и твой нрав чересчур капризен?

– Стилим очень хорош, – вместо мужа взялась за ответ Лавидель. – Лагоронду с лихвой необходимость в опоре покрывает. Да и время сейчас спокойное, ни у меня, ни у Мэлиронда больших сложностей не возникает, оттого и Алимином с Андиль иногда пользуется.

– Но эта парочка, если всё же опомнится, в большей степени тебе и Мэлиронду опора, а значит, братцу пора бы вопросом заняться.

– Негоже, чтобы младший брат вперед старшего шагал, – усмехнулся Лагоронд.