Ляна Зелинская – Чёрная королева: Опасная игра (страница 11)
– Магнус!
– …потому что иначе всё это и правда выглядит достаточно паршиво.
В седельных сумках её нового коня почти ничего полезного не оказалось: баночка мази от ран, кусок чистого полотна, нож и деревянная фигурка лошади, у которой законченной была только голова. Но голова была вырезана искусно.
Кэтриона присела на нагретую солнцем каменную скамью во внутреннем дворе, разложила рядом вещи, долго глядела на море, а потом взяла в руки баночку мази и закрыла глаза. Опустила щиты и провалилась в серую дымку чужой памяти…
– Интересно, – Кэтриона отложила баночку и взяла кусок полотна…
–
– Даже очень интересно, – пробормотала Кэтриона, понимая, что в этих вещах есть чья угодно память, только не того, кто ей нужен. – А ты умеешь прятать следы.
И, не открывая глаз, нащупала деревянную лошадь.
От неожиданности она выронила фигурку и закашлялась, хватаясь руками за горло.
– Боги милосердные! Это что ещё такое! – Кэтриона откинулась на спинку скамьи, глубоко дыша, еле справившись со спазмами в горле.
Такое с ней было впервые. Память вещей редко хранит запахи и ощущения, только звуки и картинки. Но это было ни на что не похоже. Не было ни звуков, ни картинки, были только ощущения и запахи, словно она вдруг влезла в кожу того, кто всё это чувствовал, а не просто смотрела со стороны.
Снова взяла лошадь в руки. В этот раз она будет осторожнее…
–
–
–
Кэтриона открыла глаза. Сложила вещи в сумку и пошла на конюшню. Осмотрела седло, упряжь и плащ, но они не сказали ей ровным счетом ничего.
Кто бы он ни был – убийца Крэда – он точно знает, как не оставлять следов, даже таких, как память вещей, к которым прикасался. Она вспомнила медальон Гайры, который хранил в себе так много всего. А этот убийца – не обычный пёс, не из тех, кто умеет только выбивать долги из селян да махать мечом. Похоже на то, что он знал, кто такой Крэд на самом деле, иначе не был бы так осторожен. Аптекарь называл его «милорд», у него есть слуга – таврак, и он умеет прятаться от таких, как Кэтриона. А ещё карточный турнир, но сам он не играл…
В Рокне не так много аптек, так что она легко найдет аптекаря, да и баночка деревянная подскажет. Ещё таверна, где проходил турнир. Бордель и Гильдия оружейников, главное – не нарваться на Гайру.
Она закрыла глаза, положив руку на шею лошади, попыталась вспомнить, как же он выглядел…
Он на полголовы выше неё, ловкий, вёрткий, сильный, худой. Волосы чёрные. Глаз в темноте она не рассмотрела. Ещё есть его конь. Довольно приметный. Бордельный пёс может его узнать, если, конечно, не вспомнит её удар в пах.
Она найдет его. Найдет обязательно. Найдет и убьет.
– Кто же ты такой? – прошептала Кэтриона, держа ладони на седле и пытаясь вытащить из вещей ещё хоть какие-то крохи памяти, но в ответ только конь отозвался ржанием.
Он ведь с лёгкостью убил бы её, если бы не этот конь, который спутал его планы.
– Ты меня спас, дружок. Спасибо тебе за это. Ну и как мне тебя называть? – она открыла глаза и похлопала коня по гриве.
Когда она собралась просмотреть бумаги Крэда, её вызвали к Магнусу.
Старший аладир стоял у окна в библиотеке, разглядывая тающие в дымке скалы одного из островов. Он повернулся, услышав её шаги, и Кэтриона сразу всё поняла. Никогда ещё лицо Магнуса не было таким мрачным.
– Значит, всё правда? – спросила она, остановившись у стола со свитками.
– Не то чтобы всё, но мне кажется, в чём-то ты была права. Идем.
Они шли к башне длинными коридорами, затем преодолели триста пятьдесят восемь ступеней наверх, и дальше – через самый прекрасный сад в мире, вскормленный тысячи душ послушников Ордена.
Кэтриона никогда не бывала здесь – доступ внутрь только избранным. И воображение рисовало разное, но внутри башня оказалась обычной библиотекой. Кругом лежали тубы и кофры со свитками, вдоль стен – сундуки и полки с книгами в переплетах из толстой кожи. На большом столе – астролябия и планисфера, а на стенах – карты. Вверх уходила лестница, по которой астролог поднимался к маяку и следил за звездами. Они прошли сквозь большой зал и открыли потайную дверь.
Кэтриона видела печать впервые. Она была большой, наверное, с две ладони, и похожа на лист клевера с четырьмя лепестками. Но она никогда бы не подумала, что печать, которая держит запертыми двери в другой мир, будет выглядеть так обыденно.
– Ты знаешь историю этой печати? – спросил Магнус, став рядом с постаментом, на котором она лежала.
– Нет.
– Чуть позже я тебе её расскажу. А пока смотри, – он провёл рукой над лепестками, – вот это – четыре Стража, а в центре должно быть Сердце. Посмотри внимательно, ничего не кажется тебе странным?
Он успел перехватить руку Кэтрионы и воскликнул:
– Не трогай! В них столько памяти, что это может тебя убить. Просто поднеси руку, не касаясь.
От лепестков шла сила, и Кэтриона закрыла глаза.
– Что ты чувствуешь? Расскажи.
– Ветер… Морской бриз… Песчаная буря… Метель…
– Всё верно. Это Страж Востока. Дальше.
– Тепло. Солнце… Горит огонь, течет лава…
– Да. Это Страж Юга. Дальше.
– Гроза над морем. Водопады…
– Это страж Запада. Дальше.
Кэтриона открыла глаза. Её рука над четвертым лепестком печати ничего не чувствовала.
– Ничего. От этого лепестка – ничего.
– Уверена?
– Да.
Магнус дотронулся до лепестка и вынул его из углубления.
– Она не цельная? – спросила Кэтриона удивленно.
– Печать? Нет, её скрепляет Сердце. Соединяет все силы вместе.
– А что такое Сердце?