Ляна Вечер – Мед (страница 27)

Она садится, а я наливаю чай. Себе.

— Мне не нравится твоё поведение, дочь.

— Мне тоже много что не нравится, поэтому теперь всё будет по-другому.

— Так… Я завтра же пойду в твой универ. Прямиком к ректору, — мамочка забирает у меня чашку с чаем, отхлёбывает нервно.

— Взятку предложишь, чтобы меня восстановили? — догадаться несложно.

— Именно, — кивает. — С тобой сплошные траты, Диана, — пытается упрекнуть, думая, что я подчинюсь, как обычно — без сопротивления.

— Делай, что хочешь, но я пока в универ возвращаться не собираюсь.

— Что значит — не собираюсь? — бровь мамули изгибается домиком. — Дина, я сказала…

— И я сказала, — встаю из-за стола. — Надо подумать. Юристом я быть точно не хочу.

Я никогда не видела мою маму с таким выражением на лице — у неё шок. Обычно приказы не обсуждались, а тут опа — бунт на корабле.

— Диана, ты пьяна? — у неё трясётся подбородок.

— Считаешь, трезвая я не решусь тебе перечить? — хмыкаю. — Нет, мам, я не пьяная. Просто задолбало. Профессию ты мне выбрала, парня — ты. Я что-то могу сама решить?

— Упрекаешь мать? — у неё глаза на мокром месте. — Я хочу, чтобы у тебя в жизни всё сложилось.

— Уже сложилось, ага, — даю яда в тон, — как карточный домик. Хватит, — допиваю чай, ставлю чашку на стол. — Годик поработаю у тёть Марины, а там решу на кого пойти учиться.

Смотрю на ошалевшую маму несколько секунд и выхожу из кухни.

Я намеренно промолчала о Мёде и планах на переезд из «гнезда» на отдельную жилплощадь. Пусть мама для начала переварит эту информацию. Думаю, для этого ей понадобится не один день и не один скандал.

Переживу как-нибудь… В любом случае — это надо сделать.

Глава 18

— Куда Дианка рванула?

Басистый голос моей феи-крёстной застаёт врасплох. Я оборачиваю и молча смотрю на Иваныча. Су-ка…

— С какой целью интересуешься? — включаю гопника, чтобы быть с расписным на одной волне.

— Без цели, — Михаил светит золотым зубом. — Думал, она останется до вечера.

— Я тоже так думал, — задумчиво смотрю на задницу уезжающего авто.

— Значит, ты теперь на ферме работаешь? — не унимается Иваныч.

— Что-то вопросов до фига, — я перевожу взгляд на него.

— Пытаюсь наладить общение. Я здесь со всеми в ладах.

— Пойдём шашлыка пожрём? — тоже делаю шаг в сторону позитивного общения.

— Пойдём, — с добродушной улыбкой соглашается Иваныч.

Шагаем к проходной конефермы, и я украдкой поглядываю на него — походняк вразвалочку… мать твою.

— Слушай, мы с тобой точно раньше не встречались? — я встаю у ворот.

— Встречались, конечно. Неделю назад, — Иваныч достаёт сигарету из кармана куртки, прикуривает. — Снова память отшибло?

— Я не об этом, — он начинает меня подбешивать. — В той жизни, которую я не помню, мы были знакомы?

— Вроде нет, — пожимает плечами, выдыхает густой дым. — Ты уже спрашивал.

— Лицо мне твоё кажется знакомым.

— Да мало ли где ты мог меня видеть. Я депутат и харей свечу часто.

А харя эта на мою похожа.

— Аппетит пропал, — не оборачиваясь, я шагаю в сторону моего нового дома.

Походу, придётся цеплять стерву-Машку и брать её за жабры. Но это явно не сегодня…

Ловлю себя на мысли, что и завтра мне это делать не хочется. Настоящее вполне меня устраивает, а в прошлом наверняка ни хрена хорошего не было. Я в этом почти уверен.

В домике для персонала тесно, но уютно. Два спальных места, шкафчики для одежды и отдельная комната отдыха, больше похожая на кухню. Жить можно и очень даже комфортно. Только душ на улице. Но мне не привыкать. Я пока «барашэк рэзал» мылся под открытым небом. Нормально.

Разваливаюсь на диване — это теперь моя койка — и закрываю глаза.

Твою мать! Забыл стрельнуть у булочки номер телефона… Пойти у Феди спросить? Он точно знает. Но соваться в коллектив, где сейчас Иваныч, не хочется. Подожду. Второе спальное место Федино — сам придёт, никуда не денется.

Лежу, гоняю мысли. И они не нормальные. С какой-то радости мне приходит в голову, что Диана сорвалась не домой. Может, мама у неё не приезжала? Вдруг соврала мне? Метнулась на встречу с Костиком этим…

Да ну на фиг!

Башкой понимаю, что это паранойя, но грудь разрывается от ноющей боли.

Рывком встаю с дивана и пру на улицу. Слава богам, встречаю Федю у конюшни — до веселящихся коллег идти не приходится.

Все тут видели, что у нас с булочкой далеко не рабочие отношения, и не иметь в телефоне её цифр — это как-то… тупо.

— Федь, у меня телефон глючит. Не вижу в контактах номер Дианы, — придумываю отмазку, чтобы не выглядеть полным придурком.

— Щас-щас, — Фёдор-добрая душа даже не думает меня подкалывать. — Пиши…

Он диктует, а я жму кнопки на своём допотопном телефоне так, что он трещит.

— Спасибо, — улыбаюсь конюху через силу и бреду в сторону ограды.

Лучше бы не звонил булочке — телефон у неё почему-то выключен. Почему-почему?.. Потому что с Костей развлекается!

В висках молотит пульс. Крепко сжав зубы, я закрываю глаза. Не знаю, был ли я ревнивым, но то, что сейчас чувствую, ревностью назвать сложно. Это концентрированная ярость, желание убивать и бессилие одновременно.

Сую руку в карман куртки, ищу рецепт, где записан номер ветеринарши. Баба в оборотнях шарит…

— Слушаю, — отвечает мне Тамара.

— Доброго, — здороваюсь, — это… — и затыкаюсь.

А как представиться?

— Не напрягайся, я тебя узнала, — заявляет ветеринарша. — Что случилось?

— Крыша едет, — выдыхаю, а зубы клацают — меня трясёт. — Кукуху рвёт.

— Можно поподробнее?

Можно, мать твою! Собрав моральные силы, описываю Тамаре всё, что со мной происходит.

— Поздравляю, — выдаёт она.

— С чем?! — я едва держусь, выть хочется.

— Судя по симптомам, ты нашёл пару, мишка, — ветеринарша хихикает.

Какую пару?!