Ляна Вечер – Дракон и его человечка (страница 15)

— Идём, — встал из-за стола и направился к выходу. За спиной застучали каблуки — твёрдый шаг, уверенный.

Не оглядываясь, прошёл по узкой улочке, вышел на парковку, где оставил машину. Сигнализация пискнула, я нырнул в салон, достал из бардачка ключи и повернулся к бывшей. Вид у неё торжествующий, на щеках игривый румянец, а в глазах — готовность нагнуть меня раком. А вот хер тебе, гражданка пока ещё Кощеева.

— «Орфей», — она скользнула ладошкой по чёрному глянцевому капоту. — Я скучала.

— Он твой, — брелок сигнализации грохнулся рядом с её рукой. — Пентхаус тоже, — следом отправилась связка ключей от квартиры в центре Крылатска.

— Аккуратнее! Поцарапаешь малыша.

— Наш брак аннулируют через неделю. Потом получишь три миллиона.

Щедрое предложение, я считаю. По большому счёту, мне ничего не стоило затаскать жёнушку по судам и, в конце концов, оставить с голой жопой. Но на это нужно время, а его у меня нет. Давид ждёт в Вивернограде, и я не могу позволить себе отвлекаться на мелочи вроде делёжки имущества при разводе. Дешевле дать стерве, что хочет.

— Аннуляции не будет, — она стянула лямку с изящного плечика. — Иди ко мне, Кирюш…

Бывшая скользнула на сиденье «Орфея», откинулась в призывной позе и, вообще не парясь по поводу прохожих, развела ноги, демонстрируя мне отсутствие трусов. Жалкое зрелище, глупое. Не знаю, что стало с приворотом, но он не работал.

— Условия ты слышала. Не согласишься — оставлю ни с чем.

Закинул стройные девичьи конечности в спорткар, захлопнул дверь и зашагал прочь от ожившего прошлого, вскрывшейся правды — от всего, что мне давно не нужно. Встреча, о которой я мечтал, грезил, молился, не оставила ничего, кроме лёгкого общего сожаления — было и было… «хорошо, что привело сюда, не привело в могилу».

Проснулась я рано, Катя вовсю дрыхла. По пути к себе заглянула к Киру — он тоже спал. Искушение нырнуть к моему неандертальцу под одеяло и почти нечаянно нарваться на утренний секс большое, но я придумала себе другой квест. Убогий салат, которым я недавно пыталась накормить дракона, не давал покоя совести. Потом стейки пожарила… С помощью магии, ага. Глупо, но мне хотелось доказать Кощееву, что я неплохо готовлю. По крайней мере, одно блюдо — почти «короночка» по бабушкиному рецепту.

Приняв душ, нацепила удобную для прогулки одежду и вышла из дома. Утро-то какое! Свежее, по-осеннему прохладное, золотое. Цель — черника. Она точно есть в окрестном лесу. Собиратель из меня так себе — часа два я самозабвенно ползала по поляне и, по ходу, больше потоптала, чем собрала, но добытой ягоды хватит. Сжимая в руке сотейник с черникой, до ужаса гордая собой, я направилась домой. Машины Кира во дворе не было. Уехал?

— Кать, а куда Кир делся? — зашла в кухню и обнаружила там недовольную подругу.

Хмурая, она хлестнула меня взглядом и снова нырнула в кулинарию.

— Не докладывал, — фыркнула.

Понятно — не стой под стрелой, у Катюхи откат. С ней такое частенько случалось — переживёт неприятность, а потом пару дней ходит злющая. Пока подруга у плиты, мне в кухне лучше не мельтешить. Маме пока звякнуть? Чёрт… Телефон я благополучно посеяла в шоу-молле, когда платье стало футболкой.

— Кать, дай позвонить, а? — я решилась на смертельный трюк.

Проворчав что-то про «своего нет» и «достала», подруга вытащила из кармана свой кирпич-звонилку. Не убила — уже шикарно! Прихватив с собой допотопный гаджет, я выскользнула из кухни.

— Мамуль, привет, — плюхнувшись на диван в гостиной, заулыбалась.

— Жень, почему не звонишь? У тебя телефон отключен. Я переживала.

— Мам, я тебе кое-что скажу, обещай не злиться…

Сил моих нет врать. Выдала ей всё как есть про свой «перевод в Подмосковье», и стало немного легче. Правда, ненадолго. Пришлось пережить гневную речь, нравоучения и кучу жизненных примеров. Вздыхала, но слушала — заслужила.

— Ты точно горничной работаешь? — мама подытожила монолог странным вопросом.

— Точно. Меня сюда в командировку отправили. Что за вопрос, вообще?!

— Жень, ну… Девочки в Империю в основном за одним едут…

— Зачем?

— Ты не обижайся, но вот у Марии Игнатьевны из шестой квартиры дочь уехала, а потом оказалось…

Я убрала телефон от уха. Знаю я, что там у Марии Игнатьевны «оказалось». Точнее, у её дочери, которая и в нашем славном «Пердянске» шлялась по мужикам, но бесплатно.

— Тебе Вадик напел? — мысль о том, что мама про Вадима не знает, догнала меня слишком поздно.

— Та-а-ак! Какой ещё Вадик?!

— Мамуль, мне пора бежать, я перезвоню.

Сбросила вызов и замерла с глазами-блюдцами. За два года отношений я так и не собралась поставить её в известность. Наверное, подсознательно понимала — ничего у меня с Вадей не выгорит, а сейчас уже поздно — незачем.

— Чего сидим? — Катя вошла в гостиную с пятном муки на щеке.

Подруга притащила с собой запах горелого. Похоже, блинчикам кранты.

— Кать, хочешь я сегодня на готовке?

— Хочу, — она сдула с лица выбившийся из причёски локон. — В форму переоденься и шуруй.

Глава 13

Я устала считать ступеньки на крыльце, выглядывать в окно. И вообще устала. Время перешагнуло за полдень, а Кир не появился. Черничный пирог уже на столе, и котлеты по маминому секретному рецепту почти готовы…

Два часа дня. Смотрела на чудо кулинарной мысли собственного приготовления, гоняя пальцем по столешнице капсулу с магией. Не воспользовалась таблеткой с волшебством — смотри, не лопни от гордости, Василевская. Было бы чем гордиться… В мире драконов всё держится на чудесах. Взять пузотёрку Кощеева — обычный спортивный автомобиль никогда не проедет по лесному бездорожью, а «Орфей» может. Бытовая магия, перемещения в пространстве для Кира — повседневность, а я чуть из трусов не выскакиваю.

Дура.

Психанула, сгребла котлеты с блюда в пластиковый контейнер и зашвырнула в холодильник. Хотела выбросить пирог, но рука не поднялась. Пусть сам себе разогревает, когда придёт. Если придёт… С улицы послышалось рычание мотора. Я бегом бросилась к входной двери — только тапок в зубах не хватало. По фиг! Выскочила на крыльцо и, схватившись за перилла, резко затормозила: из тёмного поюзаного седана на улицу вышел мужчина с пятном чешуи на шее, в сильно несвежей рубашке. Без лишних «здрасти» метис поднялся по лестнице, окинул меня внимательным взглядом.

— Евгения Василевская?

— Да, — неуверенно кивнула. — А вы?

— Миграционная служба Империи. Проедемте.

— В смысле? Куда? Зачем?

На вопросы мужик отвечать не стал — схватил меня за руку и потащил к машине. Я взвыла от боли — хватка у него, что надо.

— Эй! Отпустите её! — из дома выбежала Катюха.

Быстро пересчитав ногами ступеньки, она отважно бросилась мне на помощь. Для полукровного это проблемой не стало… От нехилого такого удара метиса подруга улетела обратно к лестнице.

— Пусти! — я от души укусила гада за предплечье.

Ноль реакции, фунт презрения. Катя, кажется, без сознания. У неё кровь. Ох… Вероломное поведение мужика никак не вязалось с почти милыми сотрудниками миграционной службы, которых я уже видела в Крылатске. Смотрят они на тебя как на говно, но рук не распускают. Метис запихнул меня в седан и хлопнул автомобильной дверью. Я запрыгала обезьянкой по салону — полная блокировка всего. Приплыли. Сиденье под мной уверенно завибрировало — гул снаружи. Кир! Холодное стекло плавилось под ладонями — я пыталась рассмотреть за облаками драконий силуэт. Громадный крылатый зверь появился в небе, а у меня стихло сердце — перестало ломать рёбра, заткнулось. Дракон приземлился с тяжёлым грохотом в нескольких метрах от офигевшего полукровного. Мужик, похоже, наложил в штаны — вместо того чтобы попытаться бежать, он смотрел на чудовище с золотой чешуёй и не шевелился. Киру понадобилось мгновение, чтобы оценить ситуацию, и всё снова задрожало — зверь превращался в человека. Зрелище не для слабонервных. Я зажмурилась.

— Жень, ты в порядке? — мне в лицо ударил порыв осеннего ветра. — Женя!

Открыла глаза, отпихнула от себя Кира и бегом к крыльцу. Там Катя, у неё кровь…

Гостиная плясала. На пальцах красное, липкое… Вообще-то я ужасно боюсь крови. Надо смыть, наверное. Тело, словно каменное, и диван подо мной похож на болото. В доме тихо, а за окном солнечно — закрыла глаза, открыла…

Вечер. Вокруг люди с автоматами. Один из них у меня за спиной создал иллюзию стены, способной защитить хоть от беспредельщика метиса, хоть от самого дьявола. Пальцы у меня чистые, рядом — упаковка влажных салфеток, на столе — стакан с водой… Катя! Моё тело действовало отдельно от разума, и попытка встать закончилась печально. Мат — отборный, многоэтажный. Кир очень зол… Или очень взволнован. Секунда — и я у него на руках, но даже за шею обнять не получилось, так и повисла тряпочкой. В ванную меня принёс, умыл.

— Женя… — по моёму лицу пронеслась стайка невозможно горячих поцелуев.

Шикнув, дёрнулась, и этот долбанный рывок отнял последние силы. Нежности закончились. Струя ледяной воды ударила по затылку, забралась в уши, и тело мобилизовалось. Я заколотила ладошкой по краю раковины — хватит. Мягкое полотенце на голове, вертикальное положение. Кир… зараза лысая.

— Катя… — язык ворочался плохо. — Где Катя?

— У себя в комнате, с ней доктор. Успокойся.

После холодного купания стучали зубы. А может, это откат… Я очень боюсь вида крови. Во дворе на сером гравии целая лужа была. От воспоминания мутило.