Ляна Вечер – Дракон и его человечка (страница 14)

— Смело, — Максим задумчиво кивнул.

Ещё как! По сути, Давид плюёт на законы Империи, которые запрещают делиться достижениями драконьей науки и магическим потенциалом с людьми. И, чёрт возьми, он может себе это позволить. Виверноград давно не простой автономный город — отдельное государство, с армией, воздушным флотом и грандиозным экономическим потенциалом. Давид Рустамович умело вербует ценные кадры: переманивает к себе бизнесменов, учёных, толковых политиков из Империи. Хранители скрипят зубами, но молчат. Пока молчат. Не факт, что они проглотят смелую попытку Дахана, поделиться с людьми лекарством драконьего производства. Конкретно ему они вряд ли что-то сделают, а вот нам с Максом лучше действовать быстро. Ну или тихо. Мне больше нравился второй вариант.

— Несмотря на риски, предложение очень заманчивое. — Я принял решение, оставалось утянуть за собой Макса Леонидыча. — Ну и сегодняшнее приключение в шоу-молле… Короче, надо валить. Ты в деле? — отхлебнув горячий кофе, посмотрел на друга.

— Сомневался? — он широко улыбнулся.

Узнаю авантюриста. Красавчик!

— Давид предложил оформить Жене вид на жительство в Вивернограде. Возможно, для твоей человечки тоже есть вариант.

— Нет, — отрезал Макс. — Катя не хочет быть со мной.

— Через плечо и в пещеру?

— Не с ней, — ухмыльнулся. — Мне не плевать, чего хочет Катя. К сожалению. — У него крышу повело конкретно. Если покорный оленёнок смогла заявить полукровному о своих «нежеланиях» настолько ультимативно, то я умываю руки. Помочь нечем. — А ты, значит, присмотрелся к Евгении, — друг технично срулил с темы. — Быстро она согласилась уехать с тобой на край света.

— Я не спрашивал.

— Это зря, — Макс вздохнул. — Человечки не испытывают зов. Они свободны. Понимаешь, о чём я?

— Завязывай.

Не стоит мне рассказывать, как поступить со своей бабой.

— Всё, я домой.

Через минуту во дворе затарахтела машина Макса Леонидовича. Сука… Кинул соли в сахар и свинтил. Но он прав, Женя — не драконья самка в зове, у неё нет инстинктивной потребности во мне, зато есть левые якоря. «Заюшу» я нагнул дистанционно — о нём Женя долго не услышит, но есть ещё мама, учёба и хрен его знает что ещё. Столкнуться с её сомнениями или, не дай драконий бог, с отказом я не готов.

Достал из кармана телефон, зашел на сайт госуслуг Империи и задумчиво уставился в экран. Я давно загрузил сканы всех необходимых документов, но так и не смог коснуться пальцем зелёного поля с надписью «Признать брак недействительным». Тысячу раз сидел вот так, гипнотизируя гаджет. Тупо и больно. Одно касание — и через неделю я официально стану свободным вдовцом… Зачем? Буквально пару дней назад я не видел в этом смысла, а теперь есть Женька, и что-то ёкало в груди от одной мысли о ней. Мы из разных миров, даже из разных вселенных, для нас время течёт по-разному. Для неё — целая жизнь, для меня — всего лишь отрезок, но сколько бы там ни было — всё наше. Она — моя человечка. «Признать брак недействительным» — нажал без нервов.

Всё.

Глава 12

Ночь я провёл в одиночестве и, как ни странно, это пошло мне на пользу. Женя застряла в комнате Кати, а я решил прощупать свой дискомфорт от уединения. Он был. Забрать моё сокровище, утащить в берлогу и любить до утра — требовал организм, но штука в другом — я мог контролировать желание. Со Стеллой не мог, а с Женькой — запросто. Это совсем не безумие зова, заставляющее выть от безысходности, если пара не рядом, и, роняя слюни, мчать хоть к чёрту на рога, лишь бы почесать хер об истинную. Я адекватный дракон, в своём уме, при памяти — важно. Утром валялся на кровати, размышляя, чем сегодня займусь с Женей. Понятно чем, конечно, но общий антураж должен быть на уровне.

Мать его… Дахан. Дела из головы вылетели абсолютно. Телефон на столе в десятый раз тренькнул, оповещая об смс. Вставать я откровенно ленился, но дела. Дела!

Отодрал себя от койки, добрёл до пиликающего гаджета — девять тридцать утра. Нормально полежал. Провёл пальцем по экрану, ожидая увидеть сообщение от Макса…

«Наша кофейня, третий столик, в десять».

Здоровый мужик, а сердце прихватило, как у деда… Я никогда не получал смс с того света, а это, судя по набору слов, оттуда. У нас со Стелой была «наша кофейня» и третий столик по субботам утром там железно за нами. Номер незнакомый. Набрал — абонент не абонент. Первая мысль — глюк сотовой связи. Бывает, сообщения доходят позже… Но, блять, не на пять лет! Вторая мысль — чья-то тупая шутка. На этой реалистичной ноте я, наконец, унял мотор в груди, плеснул холодной водой на рожу и, одевшись, вышел из спальни. У меня двадцать минут, чтобы добраться до города. Махать крыльями отменяется — потрачу кучу времени на покупку одежды после обращения. Снова за руль. Хрен с ним, переживу. Отыграюсь на шутнике в кофейне. От души попрыгаю на мрази.

— Женя где? — по пути заглянул в кухню, но обнаружил там только пассию Макса.

— А-а… Тут где-то. Я сейчас позову.

Катя таращилась на меня испуганными глазами. Подозревал, вид у меня не самый дружелюбный.

— Не надо, — рыкнул. — Я уехал.

Гнал спорткар по трассе, еле сдерживая нервы в узде. Кто мог на такое решиться? Никто не мог. Некому. Зайду в тихую уютную кофейню и встречусь с той, которой давно нет? Бред, бред, бред! Долбанул по баранке, зарычал, выдохнул. Прежде всего надо добраться до Крылатска живым, а не расхлестаться на машине. Взять ситуацию под контроль помогло фантомное ощущение тёплой Жениной ладошки на бедре. Медленно, но уверенно меня отпускало. Наверное, рядом с моей человечкой я никогда не перестану удивляться простым мелочам.

Припарковался неподалёку от узкой улочки, где находилось кафе, и глянул на часы — без трёх минут десять. Я добрался в несколько раз быстрее, чем позволяют законы физики. Ну что, шутник? Дошутился, считай.

Толкнув потёртую дверь, шагнул в зал. Поворот головы — обзор посетителей, неспешно попивавших субботний кофе… Тут варят лучший кофе в Крылатске. Стелла любила местный Мокко. Развернулся к третьему столику, поскользнулся взглядом и…

…улетел в глубокую холодную пустоту.

Нет никакого шутника, это вообще не шутка, и совсем не смешно. Сердце в груди хлестало глубоко, густо, в висках долбила горячая кровь. Роскошные золотые кудри до плеч — пять лет назад они были длиннее, неизменно красная помада на чувственных губах и лёгкое белое платье — дорогое. Она любит дорогие вещи. Любила.

Подался вперёд. У меня галлюцинация?

— Привет, Кирюш.

Улыбка у видения вышла едкая — пробила броню, которой я обрастал пять грёбаных лет, пока привыкал к мысли — она мертва.

— Здравствуй, — сел напротив.

Дурное состояние какое-то — ненормальное. Она жива, а я… Ни хрена этому не рад.

— Заказала тебе кофе. Чёрный…

Мощное дежавю. Всё так, словно мы не расставались. Суббота, моя пара прошлась по магазинам, пока я был в парке на пробежке, а потом мы встретились здесь, чтобы позавтракать. Она в новом белом платье, а я… А я уже на дне холодной пустоты, со сломанным хребтом. Невозможно встать, выпрямиться, вдохнуть.

Принесли один мокко и один чёрный.

— …Ты почти не изменился.

— Ничего не хочешь рассказать? — я сделал глоток чёрного горького без сахара.

— Ты в шоке, — Стелла наигранно вздохнула, — понимаю.

Понимает? Пять лет назад она умерла у меня на руках.

— Как ты это провернула?

— Пришлось заплатить врачам, — выдала цинично. — Плюс немного актёрского мастерства.

А ведь я не был на похоронах — нажрался в тот день до полусмерти. Облегчил приме задачу. Я даже не знаю, кто там вообще был…

— Стелла, зачем?

— Чтобы ты в узел завязался, — серые глаза сузились. — Мирхан Палашов — знакомое имя?

Часть своей жизни я выдернул, словно исписанный корявыми строчками лист блокнота, и уничтожил. Стартовый капитал для бизнеса я заработал на ринге — бои без правил. Мирхан Палашов — мой «стоп» в нелегальном спорте. Дракон умер в бою… В нашем с ним бою. Тогда я решил — хватит, заплатил отступные и навсегда покинул ринг.

— Ты его знала? — слова царапали горло.

— Он был моим истинным, а ты его убил.

— Мы дрались честно.

С учётом того, насколько вообще могут быть честными бои на подпольном ринге. Я не зверствовал. Палашов умер не от моих когтей или зубов. Он перекинулся в звериную ипостась, развернулся, чтобы достать меня, но приложился виском об острый угол здания рядом с местом, где был ринг. Слишком длинная шея, неловкое движение — и привет. Глупая смерть для бойца такого уровня.

Стоп. Если Мирхан — истинный Стеллы, то кто я?

— Приворот — крутая штука, Кирюш, — она улыбнулась широко и гадко.

Она не моя истинная и никогда ею не была. Приворот… Сука, приворот! Я не почуял. Даже мысли не возникло.

— Зачем вернулась? — я отпихнул от себя чашку с кофе, на белой скатерти расползлось пятно.

— Ты неплохо поднялся в бизнесе.

— Денег хочешь?

— Я твоя законная жена, Кирюш. Твои деньги — мои деньги, и приворот всё ещё работает.

Мокко… На её губах осталась воздушная сливочно-кофейная пенка — прошлась языком, собрала, улыбнулась. Вдох. Грудь под тоненькой тканью без белья. Закинув ногу на ногу, Стелла потянула юбку вверх, обнажая колени. Раньше мне нравилось их целовать. Стройные ножки возбуждали, особенно если упаковать эту красоту в чулки… Залип, разглядывая кружевную подвязку. На Женьке вчера чулки смотрелись классно. С кедами. В паху всё поджалось — горячо, жарко, но не из-за картонных манипуляций Стеллы.