Луций Сенека – Сенека. Собрание сочинений (страница 127)

Они – меня. Где мера преступленью?

Атрей

Есть мера преступленью, но для мести

Пределов нет. И этого мне мало.

Я должен был прижать твои уста

К их свежим ранам, чтоб живых детей

Ты выпил кровь. Поторопился

В чрезмерном гневе. Раны я нанес

Железом, заколол у алтаря.

Умилостивил жертвою пенатов

И, члены отрубив у мертвых тел,

Их растерзал на мелкие куски.

Одни из них в кипящие котлы

Я погрузил, другим же дал сочиться

На медленном огне. Я у живых

Отрезал сочленения и жилы,

Я видел, как на вертеле трепещут

Их мускулы, и собственной рукой

Приблизил их к огню. Все б это мог

Отец с успехом сделать. Дал я промах.

Он грыз детей, не зная, как не знали

Того и дети.

Тиэст

Сжатые скалами

Моря, внемлите! И куда бы вы

От этих мест ни убежали, боги,

Внемлите! Преисподняя, внемли!

Внемлите, земли! Черная, внемли,

Ночь Тартара беззвездная! Одна

Несчастного ты видишь. Я к тебе

Не обращу молитвы нечестивой.

Не за себя прошу. Что мне осталось?

Для вас самих звучат мои мольбы.

Ты, царь небес, воздушного дворца

Могучий властелин, окутай мир

Покровом туч, ветров войнолюбивых

Собравши рати, яростно греми!

Рази не тем огнем, что поражает

Дома невинных смертных, но рази

Перунами, от ярости которых

Трехглавая обрушилась громада

И исполины, равные горам.

Отмсти за день, покинувший природу,

И солнца свет, украденный у неба,

Наполни молниями. Не колеблясь,

Обоих нас карай, иль одного

Меня рази, и пламенным перуном

Испепели мне грудь. Коль я хочу

Детей предать огню и погребенью,

Я должен быть сожжен. Когда ж ничто

Не трогает небесных и ничья

Стрела не настигает нечестивых,

Пусть вечная пребудет ночь и мраком

Безмерное покроет преступленье.

Я ни на что не жалуюсь, о, Солнце,

Упорное в затмении своем!

Атрей

Теперь себя не грех и похвалить.

Я победил! Какой в злодействе прок,

Когда б страдал ты менее? Теперь

Мне кажется, что дети у меня

Родились вновь, и мне возвращено

Изменой незапятнанное ложе.

Тиэст

Чем дети виноваты?