Lusy Westenra – Я хочу выбраться из этого мира (страница 26)
Лука, зажав пальцами перо, выдернул его из крыла Онисама.
– Немножко потерпи… – пробормотал он.
Онисама едва заметно дёрнулся, но, как всегда, сдержался.
Лука разглядывал перо, чуть покатывая его между пальцами.
На кончике – крошечная капля алой крови.
И в этот момент внутри него что-то резко вспыхнуло.
Жажда.
После того как сам стал подобным, Лука всё чаще чувствовал её.
Но именно кровь его подопытного… была для него несравненной.
Лучше, слаще, чем у любого другого.
Он видел, как Поль иногда облизывается, стоя в стороне, но Лука жадно охранял своё право пить её лично.
Он сжал перо чуть крепче – и тут…
Оно рассыпалось у него в ладони.
Словно испарилось, превратилось в черноватую пыль.
Лука резко отдёрнул руку:
– Что?..
Он взглянул на мальчика, который смотрел на него вопросительно.
Лука усмехнулся, склонил голову:
– Прости, но мне придётся… ещё раз.
Он схватил следующее перо, рванул – и снова то же самое.
Как только перо оказалось вне тела, оно тут же рассыпалось, исчезало.
Лука в изумлении смотрел на свои пальцы, потом перевёл взгляд на Онисаму:
– Это… невероятно. Эти крылья живут только с тобой… вне тебя они ничто. Это новое свойство, которого я не встречал.
Он быстро выпрямился, глаза заблестели:
– Немедленно оставайся здесь. Я принесу материалы для экспериментов. Мы выясним, что они из себя представляют. Возможно… ткань, которую нельзя сохранить.
Онисама сидел молча, прижимая крылья к спине.
Внутри у него смешивались напряжение и тихий страх: что ещё Лука решит с ним сделать?
Но снаружи он, как всегда, хранил лицо спокойного, покорного ученика.
В кабинете Луки мерцали лампы, рассыпая на стены длинные тени.
На операционном столе Онисама спокойно сидел, расправив чёрные, как смола, крылья.
На полу валялись черноватые перья – или, точнее, их остатки: едва Лука выдёргивал их, они превращались в чёрную пыль.
Лука с азартом в глазах поднимал очередной инструмент: то скальпель, то тонкий лазерный резак.
Он проводил линию по краю крыла – и прямо на глазах срезанный кусочек ткани исчезал, испарялся, словно не существовал вовсе.
– Феноменально… – бормотал Лука, делая пометки.
Он переглядывался с ассистентами, которые робко стояли в стороне, а потом снова склонялся к мальчику.
– Ты понимаешь, какой ты редкий экземпляр? Это живая ткань, которая существует только в тебе. Только с тобой. Без тебя – ничто.
Онисама терпеливо сидел. Он уже научился за эти годы: терпи – и всё закончится.
Где-то внутри он чувствовал лёгкое жжение на спине, но на лице – только лёгкая сосредоточенность.
Лука это радовало: «Смотри, какой послушный.»
Под вечер Лука вытер лоб.
Он снова посмотрел на спину Онисамы – и тут… замер.
На месте вырванных перьев уже прорастали новые.
Ещё утром этих пустых пятен было полно, а теперь крылья выглядели почти так же идеально, как в начале.
– Вот это да… – тихо выдохнул Лука. – Ускоренная регенерация. Ещё быстрее, чем я предполагал…
Он посмотрел на пробирки крови: количество потребляемой крови Онисамы за последние дни увеличилось в шесть раз.
Лука облизнул губы, глаза загорелись азартом.
– Ты… просто… совершенство.
Он сделал шаг ближе, наклонился и тихо добавил:
– Но пока ты будешь сидеть здесь. Ещё слишком рано показывать твои крылья другим. Слишком рано…
Онисама смотрел на Луку с молчаливой покорностью
В кабинете Луки горели все лампы.
Стол был завален бумагами, распечатками, графиками, ампулами с кровью Они-самы.
Лука нервно шагал взад-вперёд, сжимая в руке последние распечатки анализов.
– Гормоны… – бормотал он. – Всё дело в гормональном скачке…
Он опустился на стул, схватил одну из распечаток: уровень тестостерона Онисамы резко возрос за последние два месяца.
Следом – эстрадиол, мелатонин, гормон роста… всё в пике.
– Ты вошёл в фазу пубертата… – сказал он вслух, даже не замечая, что никого вокруг нет. —
И именно с этим связано пробуждение крыльев. Не просто магия. Не просто особенность генов. Это… это биология! Биология высшего порядка!
Первое утро экспериментов. Проверка пиков.
Лука торопливо открыл дверь палаты Онисамы.
– Подъём, мой дорогой чистый! – ухмыльнулся он, заходя внутрь с планшетом в руке.
Но что он увидел, заставило его на мгновение замереть.
На кровати Онисама потянулся, расправил руки – и…
Никаких крыльев.
Ни следа.