Лунэль – Магия для двоих (СИ) (страница 69)

Эдмунд отшвырнул от себя Деймона и подлетел к Елене, девушка взвизгнула когда он схватил ее за волосы, намереваясь вонзить свои клыки в ее шею.

— Елена!!!! — закричал Деймон.

— А вот это уже не прикольно! — среагировал Клаус, откидывая Эдмунда от своего драгоценного двойника. — Хватит беситься! — рыкнул гибрид, демонстрируя клыки.

Деймон очутился возле Елены, поддерживая напуганную девушку. Сердце ее бешено колотилось, такого Эдмунда она не знала.

Клаус еле удерживал разозленного Деймоном вампира, пришлось подключиться и Элайдже.

— У него сдвиг по фазе! — прошипел Клаус.

— А у вампиров бывает бешенство? — спросил Джереми у Анны.

Призрак фыркнула, сейчас не до шуток мол. Рик пытался сообразить, что делать, потому что даже Клаус и Элайджа вдвоем еле удерживали разозленного Эда. Правду говорят, что злость сил прибавляет. И тут учитель заметил, что даже орел Эдмунда пятится назад, его пугал собственный хозяин.

Издав рык Эдмунд смог освободить себя от хватки Элайджи, отшвырнув его от себя, первородный врезался в стеклянное ограждение и упал на осколки, что остались от перегородки между внутренним и внешним убранством яхты. Клаус держался хорошо, пытался угомонить Эдмунда, но тот решил сбросить балласт и начал носиться с Клаусом за спиной по всем стенам, которые ему попадались на пути, делая вмятины в железном корпусе.

Деймон еле успевал уводить Елену с пути смертоносного первородного, собьет и не заметит.

— Осторожно! — вовремя отбежали Рик и Мередит.

Элайджа тряхнул головой и снова ринулся на успокоение взбесившегося вампира.

— Рик присмотри за Еленой, — вручил девушку учителю Деймон.

— А ты куда? — крикнула Елена.

— Успокаивать его!

Элайдже с Клаусом как раз удалось припечатать Эдмунда к палубе, а Деймон прижал его грудную клетку коленом и схватил за шею.

— Уйди, убьет же! — сквозь зубы проговорил Элайджа.

Деймон не знал, хватит ли ему силы пробить защиту первородного вампира и пробраться к нему в голову, но если он не хотел слушать, то должен увидеть. Мысленно посылая ему, образы с извинениями, упрекая при этом, что он заслужил, чтобы его разок пырнули за мать Стефана. Но Деймон извинялся за свое поведение и холодность по отношению к Эдмунду, который много для него сделал. Напоследок поблагодарив его, за подаренную жизнь, ведь иначе, Деймон бы не встретил Елену. Голова у Сальваторе жутко разболелась, но все же он смог проникнуть Эду в голову, достучаться до него. Снимая эффект безудержной ярости.

— Тебя нужно было встряхнуть, чтобы добиться извинений? — фыркнул Эдмунд, убирая маску монстра. — Деймон Сальваторе извиняется в трех случаях: если объект помер, если напугал до усрачки и если влюбился. Второй случай проделать легче легкого.

— Что? — опешил Деймон, убирая руку с шеи первородного. Элайджа с Клаусом все еще держали Эдмунда, мало ли что.

— Хороший спектакль, не правда ли? — улыбнулся Эд.

— Эмм? — в голос удивились гибрид и его брат.

— Твою мать Эдмунд, скотина редкостная! — разозлился Деймон. — Ты игрался что ли?

— Ага, — кивнул он, — если бы ты меня по настоящему вывел из себя, эти двое бы не смогли меня удержать. Ладно, пустите слабаки, — рявкнул на них Эд.

— Козел конченный, — фыркнул Деймон и соскочил с друга.

Клаус с Элайджей тоже были поражены сим спектаклем, а главное уязвлены, сила Эда превосходила их. Но как это понимать? Из-за того, что он родственник Татии заколдованная кровь прижилась в нем лучше?

— Но Деймон, ты тоже на голову того, — встал Эдмунд и потянулся, — лезть в голову к первородному, не дорос еще, чтобы копаться в моем сознании. Годков через пятьсот можешь.

Погода быстро вернулась к солнечному состоянию и штормовое предупреждение отступило, никто не придал этому значения. Эд для пущего эффекта просто включил более мрачную, атмосферу. Но и его спектакль для него аукнулся, слишком много силы потратил, особенно магической, вызывать тучи и поднимать ветер, требует концентрации. Поднеся руку к носу, он смахнул потекшую кровь.

— Совсем как у Бонни, — пробубнил Джереми, — когда она применяет сильные заклинания.

Клаус нахмурился, когда Эдмунд заявился к нему в дом, стены окрасились в красный и был вполне реалистичный запах крови, вот только когда он исчез эта иллюзия испарилась, лишь потолок в прихожей был безвозвратно обрушен. Изгонять призраков, притягивать их, иллюзия и обрушение потолка вызывают подозрения и наталкивают на мысль, что Эдмунд тоже не совсем обычный первородный.

— Ты гибрид, — высказался Клаус, — после обращения силы шамана у тебя не исчезли.

— Не исчезли, только благодаря жертве деда, но толку ноль, сильные заклинания отнимают у меня энергию, поэтому страдаю кровотечением из носа — бичом всех ведьм, — осмотрел бардак Эдмунд, сам устроил, на себя и ругайся. Починка яхты обойдется ему в несколько миллионов, вот на какие жертвы нужно пойти, чтобы Деймон Сальваторе отбросил гордость.

Деймон сжал кулаки. Лживый, старый прохвост.

— Клыкастая фея, блин! И молчал все эти годы! — выругался вампир, подходя к Елене и обнимая пораженную девушку.

— Мне срочно нужно принять, — вздохнул Аларик. Кругом происходит, черт знает что.

— А можно вопрос? — подкрался к Эдмунду, Джереми. Первородный кивнул. — Вы если ведьму обратите, она станет такой же как вы — жертвой селекции? Просто раз у Клауса работает с оборотнями, то у вас с ведьмами должно.

— Джереми Гилберт много будешь знать, скоро станешь чьим-то обедом, — потрепал его по голове Эдмунд.

— Тогда ответь нам, — сложил руки на груди Элайджа.

— Нет, Эл, такой как я лишь один, себе подобных создать не смогу, даже если будет ведьма.

— А пробовал? — спросил Клаус.

— Да, а сейчас оставьте свои расспросы, я немного устал, — побрел прочь Эдмунд.

Брат Стефана хмурился, ну надо же, Эдмунд собственную яхту чуть не раскурочил! Но вот голова все еще гудела, нет больше в головы к первородным он лезть не будет. Зато он кое-что подглядел, пока посылал ему образы с извинениями и благодарностью. Во всем том кавардаке, что творился в голове у Эда, он узнал еще одну правду, но вот только озвучить не решался. Теперь Деймону было понятно, почему Эдмунд настаивал, чтобы Элайджа отправился с ними.

— Старый сводник, — усмехнулся Деймон и загадочно посмотрел на Элайджу, тот вскинул бровь и посмотрел на вампира, но брат Стефана лишь пожал плечами.

Вампир и двойник прошли в каюту, Елена все еще прибывала в шоке, ведь в этом своем спектакле Эдмунд мог укусить ее и… умереть? Деймон устало сел на кровать.

— Как он мог? — прорвало брюнетку.

— Елена это Эд, у него свой мадагаскарский таракан в голове, — потер виски Деймон.

— Он чуть не перекусил мной!

— Думаю, он рассчитывал на то, что Клаус среагирует, — поймал мечущуюся туда сюда девушку Деймон и усадил на свои колени, прижимая к себе разнервничавшуюся Елену.

— А если бы нет? — всхлипнула она.

— Его поведение было рассчитано на меня, если бы он тебя цапнул, извинений бы он не дождался, — поцеловал он ее в лоб. — Больше Эд не будет вытворять фокусы, обещаю.

— Точно?

— Да, теперь он сразу меня прихлопнет, — улыбнулся он.

— Дурак, — легонько стукнула его девушка.

«Дорогой Дневник Джереми, знакомься я Анна. Да-да тот самый призрак. Ну, так вот мальчик мой сейчас от счастья прыгает по каюте, понаделал снимков и радуется. Вот не додумал он, что если бы Эдмунд не притворялся и реально разозлился, мы бы сейчас покоились на дне Адриатического моря, но благо все обошлось.

Все же мне кажется, что первородный ведьмак палку перегнул, зачем было пугать всех, можно было бы просто встряхнуть шлюшку Кетрин, так моя милая мама за глаза называла Сальваторе-старшего. Ох, мама, мамочка… Ее нет на той стороне, не могу ее найти. Пока Джереми не стал видеть меня, мне было так одиноко, но теперь мне хорошо, на сколько это вообще возможно для мертвого вампира, к тому же призрака. (Джон Гилберт надеюсь, Дьявол накручивает тебя на свои вилы, как итальянец макароны).

Кстати Дневник, ты знаешь, я пока была на той стороне, много нового узнала. Джереми я этого не говорила, а он, надеюсь, не прочтет. Так вот Бонни Беннет, вроде как его девушка, отчаянно влюблена в Деймона. Я когда узнала, чуть третий раз не померла. Бесится ведьма, что втюрилась в вампира, вот и жарит его мозги. Так что это с виду у нас Бон-Бон такая вампиро-ненавистница, а на самом деле… Деймон ее ненаглядная любовь, об этом весь ее дневник исписан (заразилась от Гилбертов видимо дневники писать). Но актриса тянет на Оскар, виду не подает и продолжает плавить мозги нашему красавчику и говорить всем и вся, словно внушая, что он бяка плохая. Тут стоит признаться, что и я была неравнодушна в свое время к этому любителю рода Петровых. В 1864 году прямо слюнки пускала, но не сложилось. Мама строгая была, да и Кетрин, которая оккупировала мальчишек Сальваторе, я побаивалась. Но как влюбилась, так и разлюбила. Искала способ мамку освободить и тут Джереми. Все я пропала и погибла (в буквальном смысле), сама не поняла, как влюбилась в потомственного охотника на вампиров (мамины гены?). Что тут можно сказать: Выкуси Беннет, будешь вечно одна! Твой парень, мой, а любовь твоя ненаглядная с Еленой. Злая я чего-то, хотя мне на мисс Беннет с высокой колокольни. Я вампир, поправка призрак, с нейтральной позицией. Антигероем я была лишь, когда козни стоила, чтобы маму вернуть, но я в команде хороших парней. Даже Джону Гилберту не отомстила, ходила ревела…».