Лунэль – Магия для двоих (СИ) (страница 106)
Эдмунд все больше переживал из-за беспробудного состояния Велии, мотаясь по комнате, ибо на месте он уже не мог сидеть, он неожиданно наткнулся на странную записку, которой раньше не было, определенно не было. «Эдмунду» значилось на ней. Развернув листок он нахмурился, он был пуст и уже собираясь его откинуть, первородный заметил вырисовывавшиеся буквы, он начал вчитываться в послание, слова которого были написаны серыми чернилами.
«Тварюга! Да-да ты, не убиваемая сволочь, натворил ты дел знатных, я теперь неделю спать не буду! А ты знаешь, что такое для меня не спать? О, лучше тебе не знать! Устроил бардак! Ладно, на тебя ругаться нервов не хватит, что ж клыкастый шаман перейду к делу. Колдовать хочешь? Без всяких там иссушений собственного тела, хотя чего я тебе помогаю, мне же в радость будет, если ты сдохнешь. Ах, все равно помогу, потому что я добрый, но об этом никому, убью и я это я серьезно. Так вот недоросль тысячелетняя, чтобы силы тебе восстанавливать не в ущерб собственной жизни, тебе нужно сосать энергию из других. Про энергетических вампиров слышал? Слышал, куда ж ты денешься. Так вот берешь ведьму и высасываешь ее энергию, знаю ты можешь, все могут, и ты сможешь и колдуй в свое удовольствие. Только чтобы без конца света и не лезь более в мир мертвых, закопаю, это я тоже не шучу. Запомни: ведьма-энергия-колдовство. Иначе никак или же забудь о том, что в тебе есть силы шамана, хотя о чем это я. Не тырь энергию у ведьм, раньше встретимся. Ха-ха-ха!
Серый Кардинал.
Ну, тот, который с Блейзом был, такой чувак в трауре. Да не я в трауре, дебил, а Блейз. Ох, когда ж ты сдохнешь?».
Вот такое странное содержание прочел Эдмунд в послании от Валара и только сейчас до него дошло, что все оно написано рунами викингов. Однако этот любитель сквернословия дал ему подсказку, как быть с восстановлением сил. Но что толку от нее, если та, которую ты любишь, не приходит в себя. Лучше бы подсказал, как Велию в чувство привести.
Гувернантка вбежала в комнату сеньориты Велии, девушка сидела и вышивала, не обращая внимание на Байс.
— Сеньорита Самуэле в городе, — отдышавшись, произнесла она.
— Саму? — оживилась девушка.
— Да, вскоре прибудет во дворец. Ох, юная госпожа, мне пекарь рассказал, что сеньор вернулся из Туманного Альбиона не один, а с девушкой.
— С девушкой? — переспросила Велия.
— Да, он ее видел, говорит красивая. Темно-каштановые кудри, карие глаза, немного высокомерна, но все мы не без греха. Ох, я жду, не дождусь когда увижу ее. Может сеньор, наконец, жениться.
— Ему двадцать три Байс.
— И что? Самое то, а то граф без внуков совсем осерчает.
— Цербер останется Цербером.
— Ну, за чем же вы так? О родном дяде.
— Родной дядя держит меня в клетке и заставляет заниматься ерундой! — отшвырнула от себя вышивку Велия.
— Это не ерунда, — подняла вышивку Байс. — Все чем вы занимаетесь достойно юной сеньориты. Как в Англии говорят, леди?
— Ага, леди, племенная кобыла, которую выдадут замуж за какого-нибудь беззубого старика.
— Не престало вам так изъясняться, юная сеньорита. К тому же замужество это не так и плохо, в конечном итоге есть и плюс, вы сможете избавиться от опеки графа. Но пока вам об этом рано думать, ваш дядя еще не нашел кандидатуры для жениха, да и возраст у вас еще не тот, чтобы к алтарю идти.
— А я не выйду ни за кого! — топнула она ножкой. Байс покачала головой. Девушка отошла от годичной давности потрясения, но все же была немного забитой, гувернантка надеялась, что возвращение Самуэле полностью вернет юную особу к жизни.
— Ну, это вы сейчас так говорите, а годика через три…
— Никогда этого не будет, пусть уж лучше в монастырь сдает, чем замуж выдает! Лучше позови служанок, я хочу переодеться к встрече с Саму.
Велия стояла рядом с младшим сыном графа, Лоренцо был самым скользким типом, которого она когда-либо знала, этот пятнадцатилетний юнец был худшим творением Цербера. Она его ненавидела и он отвечал ей тем же.
— Ай! — вскрикнула она, когда кузен дернул ее за волосы. — Дурак! — дала она ему подзатыльник.
— Велия веди себя прилично, — посмотрел на нее дядя.
— Но Лоренцо первый начал!
Цербер ничего не ответил, а кузен ехидно улыбнулся. Противный, жаль не уродец.
— Сеньор ваш сын прибыл, — сообщил дворецкий.
— Так тащи его сюда, почему он еще не тут?
— Из уважения к вам он лично хочет, чтобы его пригласили, а так же его спутницу.
— Ишь ты павлин нашелся, — фыркнул граф. — Что за девка, Серджио?
— Красивая леди, сеньор.
— Леди? Англичанка что ли? Вот овсяников нам тут не хватало. Ладно, пойду встречу, раз он так хочет.
Граф пошел к входу во дворец, где видимо и застрял его сын, которого он уже год не видел.
— А ты куда, отец не разрешал тебе идти встречать брата, — схватил ее за руку Лоренцо.
— Пусти!
— Отпусти ее сын, пусть идет, — приказал Цербер.
Велия показала кузену язык и гордой походкой пошла вслед за дядюшкой. Когда девушка увидела Самуэле, улыбка тронула ее лицо. Он почти не изменился.
— Ну, входи, раз приехал, — выдавил из себя граф.
— И даже не обнимешь сына? — вскинул он бровь, преступая через порог.
— Смотря, что за вести ты принес?
— Обсудим позже.
— И что за леди с тобой? — спросил мужчина. — Проходите, не стесняйтесь, — граф подал знак слугам, чтобы они начали готовиться к обеду.
— Отец позволь представить тебе Кетрин Пирс, — спутница кузена прошла в дом и сделала реверанс.
Велия нахмурилась, красивая, но ничего особенного в ней нет, а так же она была уверенна, что дядюшка подумал о ней, как о даме легкого поведения. Одета по последней моде, а вот украшение на шее обычная дешевка, всего лишь лазурит. Эта Кетрин так мило улыбнулась, что старый Цербер немного оттаял и даже подал ей руку, провожая леди в центр дома.
— Привет бесенок, — улыбнулся ей Самуэле.
— Привет, — обняла она его, но он, почему-то напрягся и немного отстранился от нее. — Саму?
— Прости, дело во мне, все нормально, правда, — улыбнулся он. — С каждым разом ты все краше и краше, — погладил он ее по голове.
— Любимица братика, — фыркнул Лоренцо.
— И тебе привет брат, хорошо себя вел? — улыбнулся ему Саму.
— Будто тебе и вправду интересно, — отвернулся Лоренцо и пошел вслед за отцом.
— Ты снова уедешь? — спросила Велия.
— Наверно.
— Что с тобой Саму, ты напряжен и где твоя открытая улыбка? Ты изменился.
— Ты даже не представляешь насколько.
— И насколько же?
— Просто я уже не тот Саму, — вздохнул он.
— Ты грустный…
— Я голодный, — что-то блеснуло в его глазах, что-то хищное.
— Скоро обед.
— Да, скоро.
Кетрин Пирс, как и предполагала Велия совершенно не понравилась Церберу, не пал он под ее очарование, хотя видимо это далось ему с большим трудом. Он даже не предложил ей одну из комнат во дворце, Саму хотел было возмутится, но спорить с дядюшкой это все равно, что долбиться в стену, если что решил, то его решение не изменить. Саму тоже не остался во дворце, предпочтя родные стены гостинице, неужели он любит эту Пирс, раз ушел вместе с ней? Кетрин больше не появлялась во дворце, а Саму навещал Велию каждый день и с каждым разом девушка все больше и больше замечала произошедшие с ним изменения, такое ощущение, что он каждую секунду контролирует себя, свои действия, свою речь.
Пока однажды идя по коридору, не услышала ссору отца и сына, раздающуюся из кабинета графа.
— Самуэле как ты мог! — сокрушался Цербер. — Стать одним их этих… тварей!