Луна Селестис – Миротворцы (страница 5)

От моих тревог меня оторвали истошные крики… профессора Леи? Похоже она изобразила на столе одну из рун и из стола выросла гигантская ветвь дерева и пробила… потолок? Или не потолок? Видите ли, вместо дыры, ведущей на этаж повыше, ветвь оставила после себя металлические пластины и искрящиеся провода. Я никогда не видела подобного. Это определенно были детали какого-то устройства, но… все наши девайсы работают исключительно на магических кристаллах, а не на вот этом вот всем. И все же какая-то часть меня определенно была знакома со всем этим.

Пока мой мозг лихорадочно пытался понять, что происходит… по классу побежала голубая цифровая рябь и в стенах начали появляться дыры квадратной формы.

Клик. И тут я вспомнила. Вспомнила все, что происходило до этого дня. Вспомнила застывший мир и ужасающие слова Ори, вспомнила свои кошмарные сны, и… сброс голографической матрицы. Я вдохнула так резко, словно вынырнула из океана. Я начала мотать головой в поисках Ори, и увидела, как тот уводит Лею в подсобку под крики одноклассников, говоря при этом:

– Я же говорил тебе не использовать настоящие руны, нужно было… – дальше я не расслышала, но и услышанного было достаточно, чтобы еще больше запаниковать. Тем временем кто-то подхватил меня под локти и увел из класса вместе с кричащими одноклассниками, а в дверном проеме меня чуть не сбила с ног обеспокоенная профессор Юки. В руке у нее было что-то, похожее на гаечный ключ. Мои крики, пытающиеся докричаться до Ори, утонули в шуме паникующих одноклассников, а дверь намертво закрылась за мной.

• • •

– Говорю тебе, мир вокруг нас ненастоящий! – кричала я на свою верную подругу Марту. Она лишь меланхолично жевала свой бутерброд и даже не планировала мне верить.

– Можно я сначала доем этот сэндвич? – с надеждой в голосе поинтересовалась она. – Это вкусный сендвич.

– Мы находимся в этой, как ее… голографической матрице! Вроде бы… Я не знаю где мы находимся, но точно не в реальном мире!

– И что тебя навело на такие ошеломительные теории? – спросила она.

Я не могла поверить своим ушам. Уж кто-то, а Марта должна была быть первой, кто ухватится за конспирологическую теорию и докрутит ее до безумных масштабов. Что это с ней сегодня…?

– О солнце, да взгляни сама! – я повернула ее голову в сторону наших одноклассников в кафетерии. Все казалось совершенно обыкновенным, но… Найджел наворачивает уже пятнадцатый круг вокруг кафетерии, Мисси надкусила свой сэндвич уже семь раз, а он все еще целый, а Лиор уже пять минут пытается войти в стену.

Марта не выглядела особо впечатленной.

– Да ну хотя бы на Лиора посмотри! – взмолилась я.

– Да он же ведь постоянно так делает. Ничего особенного. – парировала она. Я обреченно уселась на стул и тяжело вздохнула. У Марты дзынькнул планшет, а из него выпрыгнула ее огненная лисичка Фифи и выжидающе посмотрела на хозяйку. – Слушай, мне пора бежать, я сегодня пересдаю экзамен по зельеварению… Если опоздаю, профессор Гримуар превратит меня в вазу и аккуратненько уронит.

– Да, конечно, беги. Увидимся. – сказала я растерянным голосом.

Марта убежала, за ней вприпрыжку побежала Фифи, и на какое-то время я осталась в относительной тишине.

• • •

Как вы наверное уже догадались, Марта не всегда была такой меланхоличной, молчаливой и холодной. На самом деле, до сегодняшнего дня она была прямой противоположностью этого. Хоть она была немного враждебной к незнакомцам, со мной наедине она просто искрилась позитивом, особенно когда ее заблаговременно накормишь.

Как-то раз она пришла ко мне на пижамную вечеринку вся в расстройстве, потому что в очередной раз провалила экзамен по зельеварению и профессор Гримуар в конец ее заругал. Ну а я просто сделала ей свой фирменный сэндвич с ветчиной и сыром, и ненадолго удалилась из комнаты, чтобы принести лимонад.

Когда я вернулась в комнату, Марта уже приканчивала сэндвич.

– Рррыурррва, – пробурчала она с набитым ртом. И решив, что сообщила недостаточно, широко улыбаясь добавила: – Аырррры.

– Всегда восхищалась людьми, знающими много иностранных языков, – сказала я, усаживаясь напротив. Весь остаток вечера, Марта была просто беззаботным солнышком. Ну, а как же иначе, мои сэндвичи имеют обыкновение так влиять на людей.

Уже позже я поняла, почему в этот судьбоносный для меня день Марта была настолько отстраненной, холодной, даже немного безжизненной. И это при том, что обычно это она утаскивала меня нарушать школьные законы и исследовать какие-нибудь магические руины, и будоражила мое сознание всякими сумасшедшими теориями. Оказалось, что все дело в злосчастных протоколах безопасности, о которых совсем недавно чуть не проболтался Ори… впрочем, все это я тоже узнаю много позже.

• • •

Стул передо мной скрипнул. Я подняла глаза и увидела перед собой Ори, серьезного и немного встревоженного.

– Ори… Пожалуйста, расскажи мне, что происходит. – я посмотрела на него умоляюще и немного укоризненно, потому что мне надоело быть в неведении.

– Именно для этого я здесь. – серьезно ответил он. – Но прежде всего, скажи… Ты мне доверяешь?

Я посмотрела на него как на идиота. Нашел, что спрашивать, когда вокруг происходит такое безумие!

– Я… уже не знаю! Вот правда! Я же даже не знаю кто ты и откуда! Похоже я совершенно тебя не знаю, а думала, что знаю лучше, чем себя… – путанно отвечала я. Чем дальше я говорила, тем меньше я понимала, что я сама чувствую.

– Ты ведь не желаешь мне зла, да? – с надеждой в голове продолжала я. – Наверное, есть очень веские причины, почему ты не говорил мне всей правды?

– Луна, я.... конечно! – в сердцах отвечал он. На его глаза наворачивались слезы. – Я всегда желал и буду желать тебе только добра, но до недавнего времени я не мог поделиться с тобой всей правдой, хоть мне очень этого и хотелось… Я ни за что и никогда не причиню тебе зла, клянусь тебе. – говорил он, а моя предательская эмпатия твердила мне, что он говорит чистую правду. А может и эта повышенная эмпатия такая же ненастоящая, как и весь этот мир? Впрочем, я почему-то была уверена, что своему-то уж сердцу можно и нужно доверять. Иначе что у меня вообще тогда останется?

– Ладно, я тебе доверяю. Пока что. – решилась я.

– Позволь мне объясниться. Я не отсюда. Не просто не из этого города или страны, я… не из этого мира.

– Я так и знала! Вот почему ты такой пушистый! А у нас в мире такого никогда не было, я ведь проверяла! А почему я этого так долго не замечала? И остальные тоже? Это какая-то особая маскировка? – сказала я, припоминая, как мой планшет «отфильтровал» настоящий облик профессора Тоффи.

– Что-то вроде того, антимеметический фильтр. Ну, и протоколы безопасности симулятора.

– …Ага. Я притворюсь, что поняла, что ты сейчас сказал.

– Это сейчас не так важно, Лун. Что гораздо важнее, это природа твоего мира.

– А… что не так с моим миром? Его уничтожили в древней войне и теперь все вокруг меня – это декорации, созданные из иллюзий? – выпалила я версию, которая созревала в моей голове, но я чувствовала своим неугомонным сердечком, что дела обстоят сложнее.

– Хм, интересная теория, но нет, все обстоит несколько иначе. Твой мир, Этерния, был создан при помощи голографической технологии. Проще говоря, твой мир – это голограмма. Примерно такая же, как твой компаньон Кики, но гораздо масштабнее. А создан он был… Ну по большому счету мной. Разумеется не полностью самостоятельно, я использовал технологию, которая очень облегчает эту задачу, но в конечном итоге – я автор голографического сценария «Этерния».

Это нужно было хорошенько обдумать. Но мозг отказывался думать. Все это было слишком запутанно, чтобы быть правдой. Еще час назад я была готова поверить, что меня зачем-то украли и поместили в купол иллюзий, или что мир давно умер и высшие магистры воссоздали его при помощи магии, но что-то пошло не так и мир разваливается… но то, что мой мир – был создан искусственно, от начала и до конца?

– Докажи. – твердо сказала я. Ори вздохнул и щелкнул пальцами. Время в кафетерии остановилось. Дети замерли на полпути к столам, шум на кухне сменился гробовой тишиной, даже запахи застыли на месте. Еще один щелчок пальцами, и все дети исчезли, как, впрочем, и столики, до которых они безуспешно пытались дойти. Мы с Ори остались одни.

– Ладно, я верю, верю! – вскрикнула я, но Ори и не думал останавливаться. Третий щелчок. Вместе кафетерии, мы оказались в бесконечном белом пустом пространстве.

Я кивнула.

– Да, похоже ты говоришь правду.

Это походило на безумие – происходящее вызвало у меня в голове самое что ни на есть короткое замыкание, но реагировала я пока подозрительно спокойно. Интересно, однако, у меня мозг устроен.

• • •

Ори встал из-за стола и повел меня за собой в бесконечную белую пустоту, не совсем понятно зачем и куда. Вдруг, в пустоте появилась сияющая голубым светом белая дверь, которая вела… в такой же бело-голубой коридор. Но в этом коридоре уже хотя бы были стены и еще больше дверей.

– Где мы? – робко спросила я, ошеломленно озираясь.

– Мы на космическом корабле Кокомо, рассекающем межзвездное пространство галактики Млекомеда. – с гордостью произнес Ори. Я медленно кивнула, мой мозг уже давно вошел в энергосберегающий режим и лихорадочно анализировал происходящее. Мне все еще не удавалось сложить в голове пазл того, что происходит. Стоит ли говорить, что слова «космический корабль» и «межзвездное пространство» были для меня чем-то совершенно непонятным. Ну или очень отдаленно понятным.