Лука Луминица – Первый снег убил цветы (страница 22)

– Ты такая милая, Хеллен. Тихая, добрая. – погладил ее по щеке, растирая подушечками пальцев, пролившиеся слезы. – С виду и не скажешь, что…. – провел большим пальцем по ее губам. Наклонился, заглянув в глаза, пытаясь найти то, что так тщательно скрывала от всего мира, но открыла только мне. – Ты самая коварная беспощадная садисткая сука, которую я встречал. Ты кайфуешь от боли. Особенно, когда тебя душат. Прошлась по головам, чтобы любыми способами заполучить меня. И тебе плевать, тебе никого не жаль. Я многое обещал Лиоре, но не сдерживал свои обещания. Твои слезы – это маска, которая однажды слетит. И я обещаю, что превращу твою жизнь….не в ад. Это будет намного хуже. Ты познаешь все прелести этой жизни.

Ее глаза бегали по моему лицу, стараясь понять, блефую я или говорю правду.

– Я люблю…

Замахнулся, ударив ее по щеке.

– Чтобы я этого больше не слышал.

Допил остатки пива, швырнув бутылку об стену. В гостиной меня встретила женщина, которую я больше всего сейчас не хотел видеть.

– Ник, подожди. – позвала она меня.

– Чего тебе? – смотрел на это заплывшее жиром тело, в грязном разношенном халате.

– Я больше не буду это терпеть. – строго заявила, поставив руки по бокам.

Расхохотался ей в лицо.

– Можешь смеяться сколько угодно. Я предупреждала тебя, неоднократно. Если ты, поднимешь на мою дочь еще раз руку, то я вызову полицию.

– Давай. – развел руками, присаживаясь на диван. – Звони. Никуда не бегу, облегчаю им работу. Думала, запугать меня? – я улыбнулся. Мне стало так весело, от всей нелепости ситуации, в которую с головой окунула меня жизнь. Я по уши в дерьме и не могу найти выход.

Я не уважал эту женщину. Она мать Хеллен, которая не воспитала ее подобающим образом, и она такая же сука, как и ее дочь. С виду не приметная и скромная, но такая тварь внутри.

– Ты спишь и мечтаешь, как я женюсь на твоей дочери. – ткнул в нее пальцем. – Я могу забить ее до полусмерти и максимум, что ты сделаешь – отмоешь ее тело от кровоподтеков, залатаешь пластырем раны и прикажешь терпеть. Но, я подожду копов. Знаешь почему?

Она так и осталась стоять напротив, смотря, как я раскладываю по полкам то, что они провернули за моей спиной.

– Потому что, это блядь, моя мечта. Мне жить не хочется. Я на грани, чтобы завалить, кого-нибудь. Я превратился в ничтожного психопата, который по утрам хочет поплакать и убить. Вот то, что я хочу.

Она молчала, а я оказался прав. Прав во всем, и от этого мне стало только жутко. Они больные люди, заразившие и меня.

Придя домой, я еще раз переспросил маму, не брала ли она фотографию Лиоры? Она, как и в прошлые сто раз, ответила отрицательно. Я был уверен, что это точно не она.

Выход есть. Восстановить все в телефоне и узнать, как все это могло исчезнуть. Поэтому я набрал номер Стефана.

– Привет. – уставшим голосом ответил друг. – Только пришел. Ног не чувствую. Ммм. АаАа. – застонал мне в ухо. – Я сел. Наконец-то. Ты там как?

Как я? Еще хуже, чем прежде. Подошел к окну, приоткрыв штору.

– У тебя есть фотографии Лиоры? – гнев утих, а на его место пришло бессилие. Я не говорил, а шептал.

– Что? – переспросил. – Какие фотографии?

– Любые. Мне нужны, срочно.

Словно в ломке, мне не хватало того, что я потерял.

– Ник, я нихрена не понимаю. Зачем мне хранить фотки твоей бывшей?

Моей бывшей. Сука, не надо так. Закрыл глаза, еле терпя боль. Эти слова резанули по живому. Я сжал телефон пальцами до скрипа. Она никогда не будет бывшей. Всегда настоящей. Всегда моей, и всегда со мной.

– Хотя бы одна. – умолял его, чтобы где-то нашел то, что я хотел.

– У меня есть парочка, наших, общих. Но на этом все. Может у Стейси, покопаюсь, и найду. Но, ты объясни, что стряслось то?

– Скрытая папка. Я хранил в ней все наши фотки, но Хеллен все удалила. У меня ни черта не осталось. Никакой памяти. Все наши воспоминания, диалоги, она стерла.

– Подожди. Но их же можно восстановить. Это легко сделать, если знать как.

– Можно, поэтому я и звоню тебе. – чесал лоб большим пальцем, надеясь, что друг мне поможет.

– Не сейчас. Мы приедем на выходные, тогда сразу загляну к тебе.

Сука. Ждать всю неделю, но другого выхода у меня нет.

– Ладно. Но пожалуйста…

– Я пришлю тебе фотки, не переживай. Знаю, что и дня не можешь без нее прожить.

– Спасибо.

Оставалось только ждать и надеяться, что у него все получится. Мне уходить в ночь на работу, но так не хотелось.

– Ник, сынок. – постучавшись в комнату заглянула мама. – Что-то случилось? Ты так и не рассказал про историю с фотографией. – она озабоченно на меня смотрела.

Присев на кровать, я начал кусать губы от досады.

– Вся информация о Лиоре, стерта с моего телефона и фото. – поднял подушку, под которой должен лежать снимок, но его там не было. – Ты знаешь, лежало здесь. – погладил пустую простынь. – Тоже пропало. Она все удалила.

– Хеллен?

– Да. Я приводил ее домой, когда тебя не было. Оставил одну в комнате буквально на минуту, потом мы ушли.

– Совсем ничего не осталось? Ни одной?

Замотал головой, отдирая частички мертвой кожи с огрубевших ладоней.

Мама тяжело вздохнула, погладив меня по спине.

– Тебя внизу ждут. Стив пришел.

– Скажи ему, чтобы проваливал.

Сто лет его не видел и столько б еще не видеть. Он маячил на горизонте и не давал мне прохода, когда я был счастлив с Лиорой, а что теперь? Когда его желание, чтобы Ник, был с Хеллен сбылось, он пропал. Сейчас расскажет мне, про свою очередную тупую проблему, высосанную из пальца и обвинит, что я хреновый брат, который ни разу не позвонил, и не спросил, жив ли он. Чертовы манипуляторы вокруг.

– Надо поговорить.

Подняв голову, увидел этого обросшего брюнета в дверном проеме. Его стойка и руки сложенные в карманы, не выражали ничего хорошего. Он не отстанет, пока не возьмет свое. Есть один способ выгнать его отсюда. Убить и скинуть с лестницы.

– Я оставлю вас. Кушать будете? – спросила мама, встав с кровати.

Я молчал, а Стив ответил за нас двоих.

– Нет, ничего не нужно.

Мама с улыбкой закрыла дверь.

– У нее на шее бордовые следы твоих пальцев. – начал брат, без приветствия.

Я усмехнулся. Стиву не нравилось, как я обращаюсь с брюнеткой. Что за херня происходит вокруг меня?

– Ей нравится. – пожал плечами. Потому что она испытывает кайф от боли, он этого не знал, но выглядело все правдоподобно. Сильный парень избивает свою девушку. А она выдает это за домашнее насилие. Круто. Давайте все пожалеем эту суку.

– У нее на теле нет живого места. – продолжил он.

Интересный поворот. В каких позах ему удалось это рассмотреть?

– Трахнул ее? – посмотрел ему в лицо, с ехидной улыбкой. Мне плевать, что они делали вместе. – Откуда знаешь?

– Я не это имел ввиду. Увидел ее руки и ноги в синяках.

– Она от этого кончает.

– Еще раз поднимешь на нее руку. – начинался итог его тирады.

Он злился, а я злился не меньше его. Ударить прямо сейчас или выждать, послушать, куда сможет завести этот разговор?