Луиза Олкотт – Роза и ее братья (страница 22)
– Так, послушай, если ты не придумаешь мне какого нового занятия или развлечения, я голову себе расшибу, вот те крест.
Роза помчалась за советом к дяде Алеку, и тот распорядился отправить пациента с сиделкой на месяц в горы, назначив сопровождающими тетю Джесси и Джейми. К компании присоединились Нося и ее мама, и вот погожим сентябрьским деньком счастливая шестерка погрузилась на скоростной поезд до Портленда: две улыбающиеся мамы, нагруженные пледами и корзинками с едой, очаровательная девочка с сумкой, полной книг, высокий худой подросток в шляпе, надвинутой на глаза, и двое малышей, которые сидели, вытянув перед собой ножки, а на пухлых личиках читался первый, еще бессловесный восторг от «настоящего путешествия».
По случаю их прибытия будто бы специально разгорелся особенно великолепный закат, когда, проведя весь день в пути, они въехали в просторный зеленый двор, где радовались жизни белый жеребенок, рыжая корова, две кошки, четыре котенка, множество куриц и дюжина людей, старых и молодых. Все закивали и расплылись в дружелюбнейших улыбках, а бодрая пожилая дама перецеловала всех новоприбывших и сердечно произнесла:
– Ах, и до чего же я вас всех рада видеть! Заходите передохните, я мигом сооружу ужин, вы ведь, наверное, устали. Лиззи, отведи гостей наверх, Китти, ты давай живенько помоги отцу с их багажом, а мы с Дженни накроем на стол – вы как спуститесь, все уже будет готово. Ах, какие малыши славные, котики им приглянулись, – ну, пусть идут смотрят!
Три красотки-дочери «живенько» взялись за дело, и все сразу почувствовали себя как дома в компании этих славных гостеприимных людей. Тетя Джесси восторгалась самодельными коврами, покрывалами и причудливой мебелью; Розу было не оттащить от окон – из каждого открывалась изумительная картина, а малыши тут же перезнакомились с другими ребятишками, насовавшими им в руки цыплят и котят, – так выглядело их торжественное приветствие.
Прогудел рожок, призывая всех к ужину, и очаровательная компания, в которой помимо Кэмпбеллов было еще шестеро детей, собралась за длинным обеденным столом, где ждали горы яств и несказанное радушие. Робеть и стесняться здесь было просто невозможно, потому что вихрь восторга быстренько сдул крахмал даже с самых несгибаемых и развеселил самых грустных. Матушка Аткинсон – так звали хозяйку – оказалась жизнерадостнее всех, хотя все время хлопотала: бегала подложить детям еды, принести новое блюдо, выгнать скотину за дверь – а животные здесь оказались общительные, жеребенок явился прямо в дом и потребовал сахара; кошки расположились у людей на коленях и умильно заглядывали в тарелки, пестрые курочки склевывали крошки с пола и дополняли беседу бодрым кудахтаньем.
После ужина все пошли смотреть закат и вернулись в дом только после того, как последние дивные сполохи красного погасли и комары завели свою докучную песню. Новоприбывших поразили звуки фисгармонии, и, войдя в гостиную, они обнаружили, что папаша Аткинсон премило играет на небольшом инструменте собственного изготовления. Дети сгрудились вокруг и прелестно пели – запевалами выступали музыкальные сестрички, однако кончилось дело тем, что Нося уснула за дверью, а Джейми громогласно зевнул прямо посреди своей любимой песенки:
Путешественники постарше тоже притомились, вместе с маленькими «отправились на боковую» – и прекрасно выспались на домодельных простынях и на соломенных матрасах работы матушки Аткинсон, которая, похоже, добавила в них какое-то сонное зелье, потому что спалось всем на удивление крепко и сладко.
А на следующий день началась для них здоровая жизнь на свежем воздухе, которая способна творить чудеса с перетруженной головой и ослабленным телом. Погода стояла отличная, дети на горном воздухе стали проворными, как ягнята, а взрослые не переставали улыбаться друг другу и повторять: «Ну разве здесь не прелестно?» Даже Мака, «тютю», застукали за тем, что он прыгал через изгородь – просто не смог устоять; а когда Роза бросилась за ним в погоню в своей широкополой шляпке, он ответил ей дерзким предложением отправиться в лес и поохотиться там на дикую кошку.
Джейми и Носю тут же включили в состав легкой пехоты «Уютного уголка», славного воинского отряда, состоявшего из одних офицеров: все они носили береты набекрень, размахивали знаменами, потрясали мечами и били в барабаны. Даже самый бездушный зритель ахнул бы, завидев, когда этот великолепный отряд маршем выходит со двора при полном параде и капитан Клинтух, серьезный большеголовый парнишка одиннадцати лет, с генеральской суровостью чеканит приказы, которые уморительный отряд выполняет с большой готовностью, но без особого умения. Малыши из семейства Снегс управлялись очень хорошо, а на лейтенанта Джека Клинтуха просто приятно было посмотреть, равно как и на Барабанщика Фрэнка, в обычной жизни – мальчика на побегушках: он действовал барабанными палочками во всю широту своей души. Джейми и раньше уже «упражнялся», поэтому его сразу произвели в полковники; но изумительнее всех оказалась Нося – она сорвала громкие аплодисменты зрителей, маршируя в хвосте колонны: беретка сдвинута на один глаз, флаг закинут за плечо, деревянный меч поднят над головой; лицо ее так и сияло, кудряшки плясали от восторга, а пухлые ножки безуспешно пытались по-военному держать шаг.
Мак с Розой собирали в кустах ежевику, и тут мимо них прошел, не заметив их, грозный отряд, так что им удалось стать свидетелями зрелища одновременно и трогательного, и комического. Чуть дальше находилось семейное кладбище – вещь в тех местах обыкновенная, рядом с ним капитан Фред Клинтух отдал приказ остановиться, а причину остановки объяснил таким образом:
– Тут кладбище, когда мимо идем, полагается барабанный бой прекратить и опустить флаги, да и береты, наверное, лучше снять: так оно будет уважительнее.
– Правда, они умнички? – прошептала Роза, когда отряд малышей прошествовал мимо – барабаны рокочут чуть слышно, знамена и мечи свисают до самой земли, головки непокрыты, а детские личики, испещренные тенью листвы, необычайно серьезны.
– Пойдем следом, поглядим, что они задумали, – предложил Мак: сидеть на стене и есть собранную Розой ежевику было, конечно, приятно, но быстро прискучило.
Они пошли следом и услышали, когда кладбище осталось позади, что музыка оживилась, знамена заполоскались на ветерке, а отряд втянулся в обшарпанную старую церковку, стоявшую на пересечении трех проселочных дорог. Потом раздались звуки пения, заставившие наблюдателей ускорить шаг, и вот, подкравшись поближе, они заглянули в разбитое окно.
Капитан Клинтух стоял на старой деревянной кафедре, обводя благожелательным взглядом свой отряд, а его подчиненные, сложив оружие на крыльце, расселись по голым скамьям и с чувством и энтузиазмом распевали гимн, выученный в воскресной школе.
– Давайте помолимся, – предложил капитан Клинтух с благоговением, которое сделало бы честь любому капеллану; после этого он сложил ладони и повторил молитву, которую, по его мнению, должны были знать все: прелестную короткую молитву, правда не совсем уместную в утренний час, потому что начиналась она словами:
Однако все стали за ним повторять, и очень славно было смотреть, как малыши склоняют кудрявые головки и картаво выговаривают слова, которые так хорошо знают. У Розы даже слезы навернулись на глаза, а Мак привычно стянул с головы шляпу – правда, потом нахлобучил обратно, словно устыдившись того, что так тронут.
– А теперь я скажу вам короткую проповедь, а название у нее будет такое: «Дети мои, возлюбите друг друга». Я попросил маму придумать мне тему, она предложила вот эту, так что сидите смирно, пока я говорю. Марион, не надо шептаться, ты должна меня слушать. Так вот, мы должны делать друг другу добро, играть по-честному и не ссориться, как вот сегодня поссорились из-за тележки. Джек не должен все время сидеть на козлах и не имеет права сердиться, когда я говорю, что хочу покататься с Фрэнком. Анетта должна иногда быть и лошадью, а не только кучером, а Вилли пусть уж определится, может ли Марион построить свой домик рядом с его, тем более что она его все равно построит, и нечего тут препираться. Джейми, похоже, у нас хороший мальчик, но если нет, я за него помолюсь. Нет, Нося, в церкви нельзя целоваться и шляпы положено снимать. А вы все запомните, что я вам говорил, потому что я ваш командир и меня нужно слушаться.
Тут в отряде случился небольшой бунт: лейтенант Джек воинственно заявил:
– Ну и что, что командир? Ты лучше вспомни, как стащил мои подтяжки, съел самую большую пышку, а когда нас катали на телеге, никого туда не пускал.
– Ага, и еще Фрэнка стукнул, я все видел! – завопил, вскакивая со скамьи, Вилли Снегс.
– А у меня книжку забрал и спрятал, потому что я не шла с тобой качаться на качелях! – добавила Анетта, старшая из троих Снегсов.
– А я не буду строить домик рядом с Вилли, если он этого не хочет, так-то! – присоединилась к мятежу Марион.
– А я хотю цеявать Дейми! И у меня сяпка пойвалась, потому сто меня буявкой укойоли! – выкрикнула Нося, не реагируя на попытки Джейми ее утихомирить.