Луиза Глик – Дикий ирис. Аверн. Ночь, всеохватная ночь (страница 24)

are the real world. Say frankly what any fool

could read in your face: it makes sense

to avoid us, to resist

nostalgia. It is

not modern enough, the sound the wind makes

stirring a meadow of daisies: the mind

cannot shine following it. And the mind

wants to shine, plainly, as

machines shine, and not

grow deep, as, for example, roots. It is very touching,

all the same, to see you cautiously

approaching the meadow’s border in early morning,

when no one could possibly

be watching you. The longer you stand at the edge,

the more nervous you seem. No one wants to hear

impressions of the natural world: you will be

laughed at again; scorn will be piled on you.

As for what you’re actually

hearing this morning: think twice

before you tell anyone what was said in this field

and by whom.

Маргаритки

Ну давай, скажи, что ты думаешь. Сад

не реальный мир. Реальный мир – это

машины. Скажи откровенно то, что любой дурак

может прочесть у тебя на лице: лучше

нас избегать, сопротивляться

ностальгии. Это

недостаточно современно – шум ветра,

шевелящего маргаритками на лугу: ум

от этого не заблистает. А ум, конечно,

хочет блистать, как

блещут машины, а не расти вглубь,

как, например, корни. Но все же очень трогательно видеть,

как ранним утром ты осторожно

подходишь к краю луга,

когда никто за тобой

не следит. Чем дольше ты там стоишь,

тем больше нервничаешь. Никто не хочет внимать

впечатлениям от мира природы: над тобой

            снова будут

смеяться, сыпать издевками.

Ну а насчет того, что ты все-таки

слышишь сегодня утром: хорошенько подумай,

прежде чем кому-либо пересказывать сказанное на этом поле

и уточнять кем.

End of Summer

After all things occurred to me,

the void occurred to me.

There is a limit

to the pleasure I had in form —

I am not like you in this,

I have no release in another body,

I have no need

of shelter outside myself —

My poor inspired

creation, you are

distractions, finally,

mere curtailment; you are

too little like me in the end

to please me.

And so adamant —

you want to be paid off

for your disappearance,

all paid in some part of the earth,