Луиза Глик – Дикий ирис. Аверн. Ночь, всеохватная ночь (страница 10)

Я больше не могу это делать,

невыносимо на это смотреть —

в саду, под легким дождем,

молодая пара сажает

горох, будто

никто не делал этого раньше,

больших проблем еще не было

или их решали —

сами они не видят,

как начинают в свежей грязи,

без перспектив,

с бледно-зелеными холмами за спиной,

            покрытыми цветами, —

она хочет остановиться,

а он хочет дойти до конца,

продолжить дело —

взгляните, как она касается его щеки,

чтоб помириться,

прохладными от весеннего дождя пальцами;

в редкой траве вспышки фиолетовых крокусов —

даже сейчас, даже в начале любви,

она отводит руку,

словно уже прощаясь,

и они думают,

что можно не обращать внимания

на эту печаль.

The Hawthorn Tree

Side by side, not

hand in hand: I watch you

walking in the summer garden – things

that can’t move

learn to see; I do not need

to chase you through

the garden; human beings leave

signs of feeling

everywhere, flowers

scattered on the dirt path, all

white and gold, some

lifted a little by

the evening wind; I do not need

to follow where you are now,

deep in the poisonous field, to know

the cause of your flight, human

passion or rage: for what else

would you let drop

all you have gathered?

Боярышник

Бок о бок, но не

рука в руке: я смотрю, как ты

гуляешь по летнему саду, —

неспособное двигаться

учиться смотреть; мне не нужно

гоняться за тобой по

саду; человеческие существа повсюду

оставляют следы

чувств, цветы,

разбросанные по грунтовой дорожке,

белые и золотые.

Какие-то приподнял

вечерний ветер; мне не нужно

идти туда, где ты сейчас,

в глубину ядовитого поля, чтобы понять

причину твоего полета, человеческую

страсть или ярость: что еще

могло заставить тебя бросить