Луиза Глик – Дикий ирис. Аверн. Ночь, всеохватная ночь (страница 12)

Неужели вы думаете, меня волнует,

разговариваете ли вы друг с другом?

Но хочу, чтоб вы знали —

я ожидал большего от двух существ,

наделенных разумом: если и не

заботы друг о друге,

то по крайней мере понимания,

что горе распределяется

между вами, между всеми вашими сородичами,

            чтобы я

узнавал вас, как синий

метит дикую пролеску, а белый —

лесную фиалку.

Violets

Because in our world

something is always hidden,

small and white,

small and what you call

pure, we do not grieve

as you grieve, dear

suffering master; you

are no more lost

than we are, under

the hawthorn tree, the hawthorn holding

balanced trays of pearls: what

has brought you among us

who would teach you, though

you kneel and weep,

clasping your great hands,

in all your greatness knowing

nothing of the soul’s nature,

which is never to die: poor sad god,

either you never have one

or you never lose one.

Фиалки

Ведь в нашем мире

всегда что-то скрыто,

маленькое и белое,

маленькое и, что называется,

чистое, мы не скорбим так,

как дорогой

страдающий владыка; мы

такие же заблудшие,

как ты, под

боярышником,

что удерживает подносы

            с жемчугами: что

привело тебя

к нам учиться,

хоть падай на колени и плачь,

сжимая огромные руки;

при всем своем величии не понимая

бессмертную природу

души: бедный печальный

бог, либо у тебя ее нет,

либо тебе ее не потерять.

Witchgrass

Something

comes into the world unwelcome

calling disorder, disorder —

If you hate me so much

don’t bother to give me

a name: do you need

one more slur

in your language, another