Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 38)

- Ты хочешь уйти? - его голос стал низким, гортанным. - Но твоя кровь говорит об обратном. Она поет, Изольда. Она жаждет этого хаоса.

Он наклонился к моей шее. Я чувствовала жар, исходящий от него, странный, противоестественный жар для мертвеца. Его дыхание обжигало пульсирующую жилку под моей челюстью. Я должна была оттолкнуть его. Я должна была возненавидеть его еще сильнее за этот цирк мертвецов. Но мое тело предало меня.

Внутри меня что-то щелкнуло. Сила Химеры, подпитанная ужасом и близостью хищника, выплеснулась наружу. Мои чувства обострились до предела. Я слышала, как бьется его сердце - медленно, тяжело, как удары молота по наковальне. Я чувствовала вкус его желания - терпкий, металлический, опьяняющий.

Я выгнулась в его руках, подставляя шею. Это было безумие. Это был танец на краю бездны.

- Сделай это, - прошептала я, теряя связь с реальностью. - Выпей меня. Или я разорву тебя.

Он издал звук, похожий на рычание, и его губы накрыли мои. Это не был поцелуй в обычном смысле. Это была битва. Его язык был горячим, его зубы царапали мою кожу, требуя подчинения. Я отвечала с той же яростью, кусая его губы, чувствуя вкус его крови - древней, могущественной, горькой, как полынь.

Его руки скользнули вниз по моей спине, сминая кружево платья, притягивая мои бедра к своим. Я чувствовала твердость его тела, его неоспоримую власть. Мы были двумя монстрами в комнате, полной призраков, и их присутствие только разжигало пламя между нами.

Я закинула голову назад, когда его губы спустились к моей ключице. Каждое его касание оставляло след, который, казалось, будет гореть вечно. Мои пальцы запутались в его волосах, оттягивая голову назад, чтобы видеть его лицо. Его глаза теперь были кроваво-красными, и в них не было ничего человеческого. Только голод.

- Ты ненавидишь меня, - прохрипел он, вжимаясь лицом в ложбинку между моих грудей.

- Больше всего на свете, - выдохнула я, содрогаясь от волны наслаждения, которая прошила тело, когда его рука скользнула под подол платья, поднимаясь по моему бедру.

Его пальцы были ледяными, но там, где они касались нежной кожи, вспыхивали пожары. Я задыхалась, впиваясь ногтями в его спину. Мир вокруг перестал существовать. Не было больше призраков, не было замка, не было Инквизиции. Только этот момент, пропитанный запахом секса и смерти.

Он поднял меня, и я обхватила его талию ногами, прижимаясь к нему всем телом. Ткань платья была единственной преградой между нами, и она казалась лишней. Каспиан впечатал меня в стену, его ладонь накрыла мою грудь, сжимая ее так сильно, что я вскрикнула - не от боли, а от невыносимого напряжения.

- Твое сердце, - шептал он, прикусывая мочку моего уха. - Оно стучит, как пойманная птица. Ты боишься меня, Изольда Торн. И этот страх - самое возбуждающее, что я чувствовал за последние пятьсот лет.

- Я не боюсь тебя, Каспиан Вейн, - я потянула его за воротник, заставляя посмотреть мне в глаза. - Я боюсь того, кем я становлюсь рядом с тобой.

Он замер. На мгновение в его взгляде промелькнуло что-то похожее на узнавание - или на глубокую, вековую печаль. Но это исчезло так же быстро, как появилось. Он снова стал «Мясником».

Он опустил меня на пол, но не отпустил. Его руки все еще крепко держали мои талию, словно он боялся, что я исчезну или нападу.

Призраки вокруг нас начали бледнеть. Свечи догорали, погружая зал в густые сумерки. Тени возвращались на свои места. Офицер у стола наконец замер, его прозрачная голова упала на грудь. Женщина с перерезанным горлом растворилась в воздухе, оставив после себя лишь легкий запах старых духов.

- Ужин окончен, - холодно произнес Каспиан, отстраняясь. Его лицо снова стало непроницаемой маской. Никаких следов недавней страсти, кроме чуть сбившегося дыхания и капли моей крови на его нижней губе.

Я стояла, тяжело дыша, пытаясь привести в порядок одежду и мысли. Мое тело все еще горело, требуя продолжения, но разум кричал об опасности. Этот человек - если его можно было так назвать - только что показал мне ад, в котором он живет. И он пригласил меня разделить его.

- Зачем ты показал мне их? - спросила я, поправляя разорванное кружево на плече.

Каспиан подошел к столу и одним глотком допил вино из своего бокала.

- Чтобы ты поняла: в этом замке нет тайн. Здесь всё на виду. Каждый грех, каждая смерть. Тебе негде прятаться, Изольда. Ни от меня, ни от самой себя. Ты - Химера. Ты - венец творения тех, кто не боялся пачкать руки. И если ты хочешь выжить в войне с Сайласом, тебе придется стать еще более жестокой, чем все эти тени вместе взятые.

Он повернулся и направился к выходу, не оглядываясь.

- Завтра мы начнем твое обучение всерьез, - бросил он через плечо. - Постарайся не умереть во сне. Призраки иногда забывают, что живым нужно дышать.

Я осталась одна в огромном, пустом зале. Тишина давила на уши. Я посмотрела на стол - тарелки были чисты, словно никто к ним не прикасался. Только разбитый бокал Каспиана и глубокие царапины от моих когтей на мраморе напоминали о том, что здесь произошло.

Я медленно пошла к выходу, чувствуя на себе сотни невидимых взглядов. Стены шептали. Они называли мое имя. Они приветствовали свою новую обитательницу.

Поднимаясь по винтовой лестнице в свою комнату, я случайно взглянула в одно из зеркал. В темноте коридора мое отражение выглядело иначе. За моей спиной стояла тень. Она была выше, массивнее, с огромными рогами и глазами, светящимися первородным золотом.

Я замерла, боясь шевельнуться. Тень медленно подняла руку и коснулась моего плеча - там, где еще мгновение назад были пальцы Каспиана. Я почувствовала не холод, а знакомый, родной жар.

Это не был призрак жертвы Каспиана.

Это была моя мать.

Я обернулась, но позади никого не было. Только пустой, холодный коридор и завывание ветра за окном. Но когда я снова посмотрела в зеркало, на стекле остался след - отпечаток ладони, который медленно таял, превращаясь в капли густой, черной крови.

Мои ноги подкосились. Я сползла по стене, обхватывая себя руками. Весь замок казался мне огромной ловушкой, челюстями монстра, которые медленно смыкались. И самое страшное было не то, что я могла погибнуть. Самое страшное - что часть меня этого хотела.

Я закрыла глаза, и перед внутренним взором снова возникло лицо Каспиана. Его вкус все еще стоял у меня на губах. Я ненавидела его за то, что он сделал с моим родом. Я ненавидела его за то, что он превратил мою жизнь в кошмар. Но в этом проклятом замке, среди теней и крови, он был единственным, кто был по-настоящему живым.

Где-то в глубине коридоров раздался протяжный, тоскливый вой. Это не был волк. Это был звук чего-то гораздо более древнего.

Я поднялась и побрела в свою спальню. Каждая тень теперь казалась мне живой. Я чувствовала, как замок дышит. Он был огромным организмом, и мы с Каспианом были его сердцем. Темным, гнилым, но бьющимся в унисон.

Вой повторился, на этот раз ближе. Я заперла дверь на тяжелый засов, но знала, что это не поможет. В этом месте двери существовали только для того, чтобы создавать иллюзию безопасности.

Я легла на кровать, не раздеваясь. Кружево платья кололо кожу, напоминая о его руках. Я смотрела в потолок, где на лепнине застыли каменные горгульи. Мне казалось, что они следят за мной.

Сон пришел внезапно, тяжелый и липкий. Мне снилась кровь. Она заполняла замок, поднимаясь выше и выше, пока я не начала тонуть. И в этой красной бездне я видела Каспиана. Он протягивал мне руку, но вместо пальцев у него были когти моего деда.

Я проснулась от резкого звука. В дверь не просто стучали - ее царапали. С той стороны доносился тяжелый, хриплый шепот.

- Изольда... открой... мы так долго тебя ждали...

Я вскочила, прижимаясь спиной к изголовью кровати. Золотой свет моих глаз разрезал темноту комнаты.

- Уходите! - крикнула я, но голос сорвался.

Царапанье прекратилось. Наступила тишина, которая была еще страшнее звуков. А потом я увидела это.

Из-под двери начала сочиться жидкость. Темная, густая, она медленно заполняла пространство, направляясь к моей кровати. Это была кровь. И от нее исходил запах, который я узнала бы из тысячи.

Запах моей матери.

Я спрыгнула с кровати, пятясь к окну. Кровь на полу начала пузыриться, принимая форму человеческой фигуры. Я схватила тяжелый подсвечник, готовая защищаться, хотя знала, что против этого магия бессильна.

Фигура почти сформировалась, когда дверь внезапно распахнулась. На пороге стоял Каспиан. Его лицо было бледнее обычного, а в руке он держал старинный кинжал, ручка которого была вырезана из кости химеры.

Он бросил быстрый взгляд на пол, и его глаза вспыхнули яростью.

- Назад! - крикнул он мне.

Он сделал выпад кинжалом, вонзая его в центр кровавого пятна. Раздался нечеловеческий визг - звук, от которого зазвенели стекла в окнах. Кровь на полу вспыхнула синим пламенем и мгновенно испарилась, оставив после себя лишь едкий дым.

Каспиан тяжело дышал. Он убрал кинжал и повернулся ко мне.

- Ты в порядке?

Я не могла ответить. Меня трясло так сильно, что подсвечник выпал из моих рук, с грохотом ударившись о пол.

- Что это было? - наконец выдавила я.

- Прошлое, - коротко ответил он. - Я предупреждал тебя, Изольда. Твоя кровь - это маяк. Ты пробудила то, что должно было спать вечно.