Лу Берри – Я подарю тебе боль (страница 30)

Я посмотрела ему в глаза и от всей души наступила на ногу. Тогда он невольно отпрянул, но все равно упорно схватился за дверь рукой…

- Пожалуйста, - прошептал снова. – Просто выслушай.

- Руки с моей двери убери, - отозвалась холодно. – Мне тут твоей заразы не надо.

Он застыл с таким выражением лица, словно я его смертельно оскорбила. Унизила. Ранила.

- Я прошел курс лечения и сейчас совсем не за…

- Мне неинтересно, - повторила снова.

Наши взгляды скрестились. Его – молчаливо о чем-то умолял. Мой – разбивал все надежды.

- Я тебя выслушаю, но только чтобы ты отстал, - бросила наконец бесстрастно. – Жди здесь, я быстро оденусь. В квартиру я тебя не впущу, хватило мне твоей грязи.

От такого обращения он заметно сдулся, но вынужден был кивнуть. Через несколько минут мы в молчании спустились на лифте вниз и вышли на улицу.

Посреди рабочего дня во дворе никого не было, поэтому переговорить можно было и здесь.

Я подошла к ближайшей скамейке и, зябко спрятав руки в карманы пальто, поторопила Эдика:

- Ну и? Ты же так рвался поговорить. А я, вообще-то, работаю, так что выкладывай все поживее.

Эдик сглотнул. Не выдержав, отвёл в сторону глаза прежде, чем наконец сказать…

- Я… в общем… квартиру купил… на папу её оформил, а потом…

- Получил по дарственной обратно, - перебила ледяным тоном. – Я в курсе.

Он потрясенно на меня уставился.

- Как?..

Я не видела смысла скрывать то, что скоро уже и так всем вовлеченным лицам будет известно. Поэтому, усмехнувшись, ответила:

- Твоя мама мне сказала очень правильную вещь – мужчина не уходит в никуда. И ты, конечно, подстелил себе соломки прежде, чем решил меня опозорить перед родственниками и друзьями. И неважно, как я узнала о твоих махинациях, Эдик. Важно другое. Твоя мама уже подала иск на твоего отца в суд. Вы провернули незаконную аферу, не получив её согласия на дарение, поэтому, не сомневайся – суд эту квартиру у тебя отберет.

Он побледнел. Спешно заговорил…

- Слушай… я о многом думал, пока был в больнице, пока лечился от этого дерьма… Я очень сожалею о том, как поступил. Я хочу все исправить. Попроси маму отозвать иск и тогда я перепишу тебе половину этой квартиры…

Я презрительно хохотнула. Хочет он все исправить, как же. Даже сейчас ищет для себя выгоды, ищет способ надурить близких в очередной раз.

- Зачем мне это? – хмыкнула пренебрежительно ему в лицо. – Мы с Верой Андреевной уже договорились, что квартира будет переписана на Машу. Полностью. Так что ты больше ничего не решаешь. Если это все потрясающие новости, которые ты хотел мне сообщить, то я иду домой.

Он порывисто схватил меня за рукав. Я – посмотрела на него так, что его пальцы мигом разжались. Демонстративно отряхнулась…

- Даша… пожалуйста, - заговорил он моляще. – Мне ведь тоже нужно где-то жить, а ты хочешь меня без всего оставить…

- Так же, как ты хотел оставить без всего меня и детей.

- Я хотел оставить вам квартиру…

- Ты такой щедрый! – воскликнула с издёвкой. – Хотел оставить мне квартиру, своей юной шалаве подарить квартиру… ну так ещё одну купишь, в чем проблема?

Про подарок Лине я била наугад, но по его лицу поняла – попала в цель. Не зря мы с Верой Андреевной предполагали подобное развитие событий.

Эдик замолк. После паузы пробормотал…

- Я сам… я подарю Маше эту квартиру. Пусть мама отзовет иск, суд ни к чему.

Я фыркнула. Мерзавец поганый. Понял, что проиграл по всем фронтам и теперь хочет казаться хорошим в глазах хотя бы дочери.

Вот только Маша уже знала правду про эту квартиру.

Я решила немного поразмыслить.

На самом деле, если Эдик оформит дарственную – это самый простой и быстрый путь к цели.

Нужно было понимать, что суд может затянуться надолго. К тому же, все могло пойти потом не по плану. Свёкор мог заартачиться и не захотеть дарить квартиру Маше, хотя в способности свекрови добиться от него того, чего она хотела, я ничуть не сомневалась, и все же…

Стоило учитывать и тот факт, что могла внезапно передумать даже сама Вера Андреевна.

Хотя свекровь, в отличие от своего сына, кажется, понимала, что у неё в жизни только и есть, что семья. Внуки. И что за это нужно держаться…

Но если был шанс решить все с квартирой здесь и сейчас, не полагаясь на случай и других людей – этим нужно было пользоваться.

Я подняла на бывшего мужа глаза. Холодно отчеканила…

- Я дам тебе шанс на красивый жест. Завтра же мы идём к нотариусу и все оформляем – ты, я и Маша. И учти, что если вдруг передумаешь и обманешь – дочь обо всем будет знать. Подумай, как будешь выглядеть в её глазах. Сына ты уже потерял из-за дешёвой заразной шлюхи, не потеряй ещё и дочь. Она ведь к тебе, несмотря ни на что, все ещё тянется.

Он кивнул. Я коротко махнула ему на прощание и хотела уйти, когда в спину мне донеслось…

- Даш…

- Что ещё?

Он мучительно сглотнул.

- Я скучаю… по нашей семье. По тебе. По дому…

Я лишь криво усмехнулась на это никому уже не нужное, не имеющее никакого значения признание.

- Нет у тебя больше никакой семьи. И дома нет. И я по тебе совсем не скучаю. Ты все собственными руками разрушил, Эдик. Ну так живи теперь счастливо, мы ведь тебе в этом мешали. Зато сейчас ты ото всех свободен – наслаждайся этим, если сможешь.

Он ничего не возразил. Понимал, что это бесполезно. И что я совершенно права.

Развернувшись, я пошла обратно к дому.

Наступил февраль и до весны ещё было далеко…

Но у меня в груди пробивалось, как робкий первый росток из-под снега, желание жить. И вера в то, что счастье ещё будет.

Глава 35

Эдик свое обещание в итоге исполнил – новая квартира перешла в собственность Маши.

Теперь оставалось дождаться развода и раздела имущества. Но это меня уже не сильно беспокоило – бывший муж явно был отныне настроен на мир, а не на войну.

Потекли однообразные будни. Работая из дома, я старалась хотя бы раз в несколько дней выходить куда-то в город размяться. И во время одной из таких прогулок встретила Володю. Папу Лины.

- Даша, здравствуй, - произнес он негромко и поначалу, словно по привычке, отвёл в сторону глаза, но вскоре снова их на меня поднял. – Хорошо, что встретил тебя. Поговорить хотел, а прийти, позвонить не решался… Ты прости меня, Даша, ради Бога…

- За что? – уточнила спокойно.

- За дочь… За то, что она натворила…

- Твоей вины здесь нет.

- Есть. Раз она такая выросла – где-то я недоглядел. И ещё… Даш, я подозревал, что она с Эдуардом связалась. Но…

Я вспомнила, как он в предыдущую нашу встречу прятал от меня взгляд и ощущал себя явно неловко. Теперь было понятно, почему.

- Но? – подбодрила его мягко.

- Не был уверен. Просто как-то раз домой возвращался и услышал с лестницы, как она прощалась с кем-то… ласково. Почудился голос Эдика, но его самого я не видел. Пока поднялся – тот человек на лифте уехал. А когда у дочки спросил, не заходил ли Эдуард – она лишь посмеялась. Я не знал, как вернее поступить, Даш. Может, ошибся? Так зачем тогда жизнь чужую ломать? И даже если прав – надо ли лезть? Совесть мучила, а решения я не видел.

Я утешающе похлопала его по руке.