Лу Берри – Ты захочешь меня снова (страница 10)
— Лия?
— Ммм? — отозвалась коротко.
Он открыто, обаятельно улыбнулся.
— Если ты свободна завтра вечером, то у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться!
Глава 11
На подходе к офису мужа меня одолела тревога.
Всё ли в порядке с дочкой? Не совершила ли я ошибку, доверив её такому папаше, каким показал себя Вася?..
Накатила горечь. Вот как я, столько лет жившая в свое удовольствие и не стремившаяся создать семью любой ценой и с кем угодно, в итоге умудрилась выйти замуж за подобного человека? Да ещё и родить ему дочку, которая в итоге оказалась нужна лишь мне?..
Смешно. Всегда, кажется, была очень избирательна, в чем-то даже чересчур рациональна, а встретила этого гада — и так накрыло, что, видимо, отбило мне мозги. Иначе как я могла не разглядеть, что он из себя на самом деле представляет?..
Как могла раньше не понять, что ничего для него, видимо, не значу?..
А кем я вообще была в его жизни? Судя по тому, что он опять прикатился к своей бывшей, я была для него временным бинтом, который он использовал, чтобы залатать рану, а потом безжалостно разорвал и отбросил в сторону…
Нет, даже не на помойку. Просто в сторону, на случай, если ещё пригодится.
Наверно, это было самое обидное. Осознать вдруг, что тебя никогда не любили, а ты сама ему всю душу отдала…
Идиотское чувство — любовь. Какими слепыми, податливыми, глупыми она нас делает!
Я ненавидела в этот момент себя за то, что слишком его любила.
Сделала несколько вдохов и выдохов, пытаясь успокоить разбушевавшееся вдруг сердце. Посмотрела на окна девятого этажа, где был офис Васи…
И сделала шаг вперёд.
— А Василий Андреевич уехал уже, — сообщила мне его администратор, когда я поднялась на нужный этаж и прошла к кабинету мужа, чтобы забрать дочку.
От таких новостей растерянно моргнула. Уехал…
Первая же мысль вырвалась наружу вопросом…
— А Настя где?..
В целом, я бы не удивилась, если бы Вася попросту скинул дочь на чью-то шею. Своей матери, первой попавшейся няньки или кого угодно ещё. Свое отношение к нам с Настенькой он уже весьма явственно показал.
— С ним, конечно, — отозвалась, тем временем, Катя на мой вопрос.
Потом, понизив голос, словно по секрету добавила…
— Когда убегал, что-то бормотал про питание и про то, что вы… ну, его убьете.
Я хмыкнула. Мотивы его убить у меня, конечно, имелись. А вот желания потом за это сидеть — никакого.
И что он, интересно, уже наворотил?..
Немного помолчав, я решила аккуратно поинтересоваться…
— А как тут в целом… были дела?
Вопрос прозвучал расплывчато, но она меня поняла. Неожиданно озорно улыбнувшись, чего наверняка не позволила бы себе при Васе, Катя сообщила…
— Настя сначала плакала. Он даже ко мне подбежал, спрашивал, почему она плачет и что делать. Я сказала, что ему лучше знать, дочь-то его… Ну и потом, в общем, все вдруг утихло. А ещё через час он вылетел из кабинета, как ошпаренный и сказал, что его сегодня не будет, а все звонки на его помощника переводить.
Я мысленно ей поаплодировала. Палец в рот такой не клади. А ведь многие женщины кинулись бы на помощь несчастному мужчинке с плачущим ребёнком.
Попрощавшись с Катей, я снова вышла на улицу. Самым очевидным было теперь позвонить мужу, чтобы выяснить, где они. Но на звонок в итоге никто не ответил…
Снова стало тревожно. Немного подумав, я не нашла ничего лучше, чем отправиться домой…
К моему облегчению, муж и дочь обнаружились именно там — дома.
От картины, которую я застала, когда вошла в гостиную, защемило сердце…
Все мы представляем свою семейную жизнь счастливой. Вступая в брак, никто не настраивается на то, что муж будет изменять, унижать, проявлять безразличие к тебе и к детям…
Когда я выходила замуж, я мечтала об очень простых, но одновременно, как выяснилось — самых сложных — вещах…
О любви, взаимоподдержке, надёжности…
Верности.
Если на мужчину нельзя положиться и опереться, то зачем он тогда вообще нужен?..
Я воображала, что мы будем дружны, крепко слиты. Что он будет любить нашу дочку, всячески баловать её (а я его за это ругать), ревновать её к первым кавалерам и защищать от всех и вся…
Что он будет держать её на руках с типично мужской неуклюжестью, говорить ей что-то глупое и одновременно трогательное, смотреть со стыдливой нежностью…
Ничего из этого не сбылось.
До этого момента.
Вася сидел на диване, а Настя спала у него на руках.
И он смотрел на неё… так, как никогда не смотрел прежде.
Внимательно, настороженно, с какой-то растерянной нежностью, которую словно бы только сейчас в себе открыл, осознал, впервые испытал. Казалось, он боялся пошевелиться, лишний раз вздохнуть, чтобы не нарушить этим её хрупкий сон…
Мелькнула мысль — неужели дочка все же нашла путь к его сердцу?..
Мне не хотелось нарушать этот момент. И все же я негромко произнесла…
— Надо было отнести её в кроватку. Нельзя, чтобы она привыкала спать на руках.
Он вскинул голову. На его лице отразилась целая палитра самых разнообразных эмоций…
Облегчение.
Радость.
Тревога.
Неловкость.
Растерянность…
И множество иных, что стремительно сменяли друг друга.
— Побоялся её разбудить, — отозвался он хриплым шёпотом.
Что ж… то, что его волновал чей-то ещё комфорт, кроме своего собственного — уже радовало.
— Если проснётся — укачаешь, — отозвалась коротко, направляясь на кухню.
— Я?! — донеслось мне в спину.
— Ну, ты, судя по всему, сегодня отлично справился. Значит, и дальше сможешь. А я устала.
Я кинула на него взгляд из-за плеча, ожидая какой-нибудь пренебрежительной реплики, вроде типично мужского «да что ты вообще делала, чтобы устать?», но этого, на удивление, не последовало.
Напротив — в глазах мужа светилось чувство вины.