Лу Берри – Как проучить неверного? (страница 9)
«Глазок тебе на кой черт?!», - ругнулся себе под нос.
Мама наконец открыла. Хмуро оглядела его, потом – детей…
- Я вас не ждала, - заявила прямо.
Он натужно улыбнулся.
- Знаю. Но мы ведь можем зайти?
Мать воспитала его в святой уверенности, что все в этой жизни – только для него, что вся эта планета крутится ради него одного. И потому у Виталика не было ни малейших сомнений в том, что она, само собой, поможет ему с детьми…
А попросту говоря – заберёт их на время.
Виталик протолкнул детей вперёд, коротко скомандовав:
- Идите на кухню, бабуля скоро вас накормит.
Мать на это вопросительно вздернула тёмную бровь, словно бы нарисованную углем, что так не сочеталось с её совершенно седыми, до белизны, волосами.
Дождавшись, когда дети скроются за дверью кухни, она спросила:
- Ну и как это все понимать?
- Мам, они у тебя несколько дней поживут, - сказал Виталик с широкой улыбкой. – Здорово, правда?
И совсем не был готов к тому, что мать вдруг недовольно поморщится и категорично заявит:
- С какой это стати? Мне такого счастья не надо!
Глава 9
- Эти туфли точно надо брать! – восхищённо присвистнула Маша.
Я не особо уверенно повертелась на каблуках высотой в добрых двенадцать сантиметров – давненько не доводилось носить ничего подобного. До обидного не было поводов.
Такие туфельки – они ведь только на выход, а куда мне было особо ходить? На работу в таких – неудобно, а кроме работы да дома почти никакой жизни и не было…
Виталик уже давно не приглашал меня в ресторан. Ни на годовщину, на ни восьмое марта, ни на день семьи. И как-то так случилось, что это постепенно вошло в норму – отсутствие подобных ухаживаний с его стороны. Давно ведь женаты…
Зато какую-то шалаву он в дорогущее заведение, конечно же, повёл.
Я хмуро посмотрела на туфли, которые вызвали у меня столько восторга перед тем, как позвонил этот козёл – пока что - безрогий. Красивые. Лакированная поверхность вызывающе блестела, яркий алый оттенок мгновенно привлекал внимание – не хуже, чем красная помада на губах…
Но в ушах так и стояли его слова «эти чёртовы дети».
Вот так он отзывался о своей плоти и крови. О тех, чье появление на свет было нами запланировано и, как казалось – обоими желанно.
Но теперь выходило, что дети нужны только мне. Что люблю их тоже – только я.
А если он их обидит?.. А если они слышали его слова?..
Я болезненно сглотнула – в горле стало сухо. Захотелось броситься обратно домой, защитить детей от такого папаши, но…
Тогда ничего и никогда не изменится. Не для меня – я решение о разводе уже приняла. А для самих Вали и Вани.
Стараясь успокоиться, я глубоко вдохнула. Я ведь знала своих детей. Они не пропадут. Скорее, дадут самому Виталику хорошенько просраться.
И он это абсолютно заслужил.
- Лизка, от твоих ног в этих туфлях просто глаз не отвести! – продолжала, тем временем, восторгаться подруга. – Эй, а ты чего приуныла?
Она ободряюще коснулась моей руки и я спешно натянула на лицо улыбку.
- Все хорошо. Задумалась просто. Знаешь что? Думаю, мы с тобой просто обязаны сходить в тот самый ресторан, куда Виталя водил свою шалавеллу. Я угощаю!
Маша приподняла брови.
- А вдруг он карточку тебе заблокирует? Она ведь привязана к его счету…
Я, конечно, уже об этом думала.
- Ничего, у меня в приложении на телефоне и его карта имеется, с неё покуролесим. К тому же, он не рискнет сделать подобное. Его ведь, как оказалось, все устраивает – гуляет со шлюхами, спит с ними, а жрать и спать приходит домой. Наверняка сейчас думает, что я перебешусь и заживем, как прежде…
- А ты?
Я вновь посмотрела на свои туфли, проследовала взглядом вверх, вдоль всей фигуры – к лицу…
Была ведь совсем не уродина. Держала себя в форме, регулярно ходила к косметологу. Все мне говорили, что на свои тридцать шесть я совсем не выгляжу…
Но Виталика это не остановило. Он ведь попросту…
Меня разлюбил. Я стала привычной, как чашка, из которой он каждое утро пил кофе. Иногда пробовал другие чашки, но все равно возвращался к этой, потому что она была самая удобная.
Я перехватила взгляд подруги в зеркале и твёрдо отчеканила:
- А я заставлю его пожалеть о том, что он меня предал.
В ресторан тем же вечером я вплыла в этих самых красных туфлях. На губах сверкала им в тон алая помада за бешеные деньги, которую я тоже купила за счёт Виталика.
Оказалась права – карту заблокировать он так и не рискнул.
Стоял конец марта – конечно, рановато для такой обуви, но мы с Машей были на машине, а на улице все равно уже не осталось и грамма снега.
Эти красные туфли стали моим протестом против прошлой жизни. Этаким небольшим бунтарством. Вызовом – себе самой в первую очередь.
Знаком, что я вовсе не скучная и не старая, как заявил мой муж.
Я ощущала, как невольно привлекаю все взгляды, пока шла с подругой к столику.
Это льстило. Это помогало вспомнить, что я – все ещё привлекательная женщина, а не просто мать и хозяйка. Я все ещё могу нравиться, могу быть для кого-то… желанной?
Устроившись, мы с Машей открыли меню.
От вида цен у меня нервно засосало под ложечкой. Нет, я собиралась оторваться по полной за счёт этого козломужа, но мне было тошно от того, что какую-то левую бабу он привёл сюда добровольно и охотно, а я, родившая ему двоих детей, отдавшая всю себя – ничего подобного не заслужила.
Впрочем, я не дам ему испортить этот вечер. Сегодня я гуляю от души!
- Для начала - нам бутылочку Вдовы Клико, - продиктовала я официанту, когда тот подошёл к столику, чтобы принять заказ.
- Восхитительный выбор! – подобострастно отозвался молодой человек.
- Затем – вот эти мидии, запечённые в сырном соусе дор-блю…
Я ни в чем себя не ограничивала. И это было только ещё начало вечера!
- Вот это мне нравится! – совсем не изящно присвистнула Маша, когда официант принял заказ и отошел. – Пусть Виталя знает, как всяких шалав водить по ресторанам за счет семьи! Кстати…
Она склонилась ко мне ближе с заговорщическим видом.
- Там, за столиком у стены, сидит мужчина. И вовсю на тебя пялится. Считаю, что ты имеешь полное право…
Мне стоило огромного труда не поднять глаз. Не посмотреть туда, куда косилась подруга…
- Таких приключений я не ищу, - отозвалась сдержанно.
- А зря! Что это у нас за правила такие? Мужчине все можно, все простительно, а женщине – нет?! А в чем, простите, разница?! Мы равны! Раз он тебе изменил – то и ты можешь ему ответить тем же!
В целом, я была с ней согласна. Я ведь тоже живой человек. И мне тоже жизненно необходимы и внимание, и ласка…