Лори Форест – Древо Тьмы (страница 88)
Уголки губ Лукаса приподнимаются в благодарной улыбке. Подойдя ближе, он кладёт ладонь мне на спину у пояса, и отголоски его огненной мощи пробегают по моему телу приятной рябью.
— Лукас, я очень изменилась? — спрашиваю я на всеобщем языке, с неохотой ожидая ответа.
Я бы предпочла, чтобы Лукас узнал меня любую.
— Черты лица у тебя почти не поменялись, — с загадочной улыбкой сообщает он, — вот разве что уши… Ты прекрасна в любом обличье, Эллорен. Тебе всё к лицу.
Моя земная магия тянется к Лукасу, и его невидимые линии силы отвечают, сплетаясь с моими, обнимая, лаская. Склонив голову набок, Лукас безмолвно смеётся, и в его глазах вспыхивает страсть.
Я опускаю взгляд на руки.
Моя правая рука.
Она серая, как мрачное осеннее небо.
Переступив с ноги на ногу, я радуюсь свободе после тесных юбок и платьев, которые всю жизнь носила в Гарднерии.
— Нам с магом Грей нужно пройтись, проверить окрестности, — громко сообщает Чи Нам, опираясь на рунический посох и многозначительно глядя на Лукаса.
— Вы принимаете меня под своё командование? — с видимым удовольствием весело интересуется у чародейки Лукас.
— Вот именно, — улыбается Чи Нам, увлекая его за собой. — Идём, юный маг. Нам надо расправить паутину, сотканную из твоей и моей магии. Проверим, не выслеживает ли кто Эллорен этой прекрасной ночью.
Чи Нам говорит совершенно спокойно, однако взглядами уходящие обмениваются очень тревожными.
— Держись поближе к Валаске, — просит Лукас, поглаживая на прощание мою руку.
Он явно заботится обо мне, и я согласно киваю.
— Будь осторожен, — говорю я ему на прощание, стискивая последний раз его огненные линии в невидимых объятиях.
— Обязательно, — уверяет меня Лукас, осторожно высвобождаясь из моих линий силы.
Пройдя всего несколько шагов, Чи Нам и маг Грей пропадают из виду в сгустившейся тьме.
Глава 12. Глаза тьмы
Мы с Валаской пристально смотрим друг на друга, залитые сапфировым светом волшебного портала. Тишину нарушает лишь стрёкот кузнечиков. В прохладном воздухе вспыхивают огоньки неугомонных светлячков.
— Такие дела, — вздыхает Валаска, прислонившись к исполинскому валуну. Держится она спокойно, но при этом сверлит меня тяжёлым взглядом. — Ты, значит, у нас Чёрная Ведьма.
Не отводя глаз, я киваю.
— И как, чувствуешь неудержимое желание меня убить? — интересуюсь я в ответ.
Валаска фыркает от смеха, однако глаза её остаются серьёзными.
— Нет.
— Потому что у меня есть вот это? — Я вынимаю из голенища Белый Жезл, разматываю лоскут ткани, в который он завёрнут, и показываю волшебную палочку Валаске.
От белого кончика исходит едва заметное сияние, как будто в палочке заключён невиданный источник света. Словно кто-то спрятал в Белом Жезле звезду.
«Какой он красивый и таинственный! И совершенно лишённый сил и бесполезный в наши дни», — горько мысленно заключаю я.
Бессильный по сравнению с Тёмным Жезлом Фогеля.
Валаска благоговейно изучает Белый Жезл и хмуро качает головой.
— Я знаю, что ты не встанешь на сторону гарднерийцев, Эллорен.
— То есть ты веришь Жезлу, но в пророчество не веришь? — безрадостно уточняю я.
Валаска резко вздыхает и смотрит мне в глаза.
— Мне кажется, пророчество пришло от деревьев. — Бросив взгляд на тёмное облако деревьев вдали, она поворачивается ко мне. — А судя по твоим рассказам, деревья тебя не слишком жалуют.
— Это ещё слабо сказано.
— Эллорен, пророки читают будущее по… Всё, что они используют, приходит от деревьев. Ваши священники раскладывают палочки со священными символами. Жрецы в земле Ной гадают по листьям гингко. В Ишкартане бросают деревянные плашки. Можно перечислять бесконечно. — Выпрямившись, Валаска шагает ко мне. — Общее у всех пророков одно — они читают по дереву. А дерево приходит из леса. Значит, деревья понимают твою силу и страшатся тебя. Они помнят, что творила твоя бабка, и знают, что делают сейчас гарднерийцы, уничтожая леса и пустоши. — Усмехнувшись и кивнув себе, будто придя к какому-то решению, Валаска продолжает: — Я думаю, что все варианты пророчества основаны на крупицах правды, но в то же время разные жрецы толкуют эти крупицы в свою пользу.
— Ты хочешь сказать… — Я медленно подбираю слова. — Ты хочешь сказать, что все пророчества… полны предрассудков против меня?
— Именно это я и хочу сказать.
Я бессмысленно хлопаю глазами, пытаясь разобраться в последствиях такой возможности. То есть разные версии одного и того же неправильного пророчества буквально подняты на щит всеми религиями и на востоке, и на западе?
— И что же нам теперь делать? — потерянно спрашиваю я. — Если и Восточные, и Западные земли, и дикие пустоши — все против меня?
Валаска торжествующе усмехается.
— А мы низвергнем пророчество, разрушим его! Выведем Чёрную Ведьму из Западных земель и докажем, что деревья ошибаются, как и все остальные.
Мне вспоминается убийственный океан огня, который я вызвала в прошлый раз в пустыне. И мёртвая лошадь Ни Вин. Вспоминается поле битвы и сотни погибших.
— Что, если они не ошибаются, Валаска? — неуверенно говорю я. — Моя магия… ужасна, она несёт смерть.
Она придвигается ко мне почти вплотную, и я вижу, как крепко сжаты её челюсти.
— И нам понадобится вся твоя ужасная и смертоносная магия до последней капли, чтобы победить Фогеля.
Я отчаянно трясу головой.
— Ты не понимаешь! Моя магия гораздо сильнее того огня, которым владела моя бабушка. А деревья… — Я снова бросаю взгляд на далёкую опушку леса. — Они всё знают. И потому борются со мной. Мне кажется, они хотят ограничить мою магию, лишить меня сил.
— Значит, надо увести тебя от них подальше. Обратно в пустыню.
Завернув Жезл в тот же лоскут ткани, я прячу его в карман нового платья. Валаска тем временем изучает меня пронзительным взглядом.
— Я заметила, как изменились твои линии обручения, — с некоторой опаской роняет она. — Вы с Лукасом… стали возлюбленными?
Я киваю, чувствуя, как щёки заливает краской.
— Ваше решение скрепить обручение было добровольным с обеих сторон, я полагаю? Я же вижу, как вы относитесь друг к другу!
— Да, — глубоко вдохнув, признаю я. — Он мне очень нравится. И я поняла это очень быстро. И должна тебе сказать, что Лукас уже давно не поддерживает гарднерийцев. Я узнала, что он спас меня от брака с Дэмионом Бэйном.
Валаска в ужасе отшатывается.
— Так ты знаешь, каков из себя Дэмион? — удивлённо уточняю я.
— Законченный садист, — с отвращением выплёвывает Валаска. — Как все Бэйны.
— Так вот, Лукас защитил меня и сам обручился со мной.
Валаска, сдвинув брови, изучает моё лицо.
— Нам с Лукасом надо было придумать отвлекающий манёвр, — поясняю я, отвечая на невысказанный вопрос. — А чтобы сбежать от Фогеля, пришлось довести до конца обручение и скрепить брак, как полагается.
— Значит, теперь ты Эллорен Грей.
Я киваю, остро чувствуя, как изменились наши с Лукасом отношения за такой короткий срок.
— Да. Во всех смыслах.