Лори Форест – Древо Тьмы (страница 113)
За Валаской стоит Лукас, тоже в чёрной военной форме чародеев земли Ной, весь увешанный оружием. В его взгляде ничто не напоминает о страстном возлюбленном, который держал меня в объятиях прошлой ночью. Его магический огонь полностью потушен.
— Вы что?! С ума сошли?! — обиженно кричу я.
— Вставай, — коротко приказывает Валаска.
— Что? Не встану! — стуча зубами, отказываюсь я. — Я… я не одета!
— Это неважно. Привыкай, — твёрдо стоит на своём Валаска.
— А мне важно!
Валаска хватает меня за руку и тянет на себя, и мне остаётся только судорожно цепляться за спальный мешок. Но вот уже и его вырывают у меня из рук.
— Что ты делаешь?! — возмущаюсь я, пытаясь прикрыть наготу.
Валаска с недоброй ухмылкой склоняется надо мной.
— Сегодня начинается твоя учёба, забыла?
— Но не так же начинать!
— Только так! — рявкает Валаска. — Ты будешь делать всё, что тебе скажут, Эллорен! Так мы готовим воинов в Амазакаране.
Как же мне хочется закричать в ответ. Ударить их обоих. Я обжигаю Лукаса гневным взглядом, поражаясь его холодности, однако он отвечает мне решительным кивком.
— Ну и ладно! — выкрикиваю я, дрожа от ярости и унижения, а Валаска тянет меня за собой.
Лукас идёт за нами, а я мысленно осыпаю учителей ругательствами.
Валаска тащит меня по тоннелю вглубь горы, к её основанию. Кое-где темноту рассеивают мерцающие синим рунические фонари. Когда перед нами открывается пещера с высоким сводчатым потолком, доносится мерный стук капель воды о камень. Через пещеру течёт темноводная река, руны высвечивают на глубине серые каменные стены.
Вода, призванная рунами?
Интересно, неужели Чи Нам создала руническими заклинаниями целую реку?
Валаска или Лукас, а может, и оба, явно побывали здесь утром. На широком плоском камне разложено холодное оружие — одежда и снаряжение ву трин вместе с аккуратно сложенным полотенцем оставлены на другом камне возле речного потока.
— Ныряй! — приказывает Валаска, как только мы останавливаемся у воды.
Дрожа с головы до ног, я касаюсь речной воды голой ступнёй — очень холодно!
— Слишком холодная! — мотнув головой, отвечаю я.
— Привыкай, — говорит Валаска и толкает меня вперёд.
Я падаю ничком в ледяную воду и охаю от пронзившего меня холода — меня затягивает в глубину под освещённую рунами поверхность. Чёрные и синие линии колышутся перед глазами, дно остаётся недосягаемым. Я безудержно колочу руками и ногами по леденящему потоку, пробиваясь к поверхности, и выныриваю, кашляя и отплёвываясь. Наконец под руку попадает скользкий неровный камень — вот и берег. Всё тело буквально горит от холода.
Отыскав ногами каменный уступ, я ищу, за что бы ухватиться руками, и едва не соскальзываю обратно в воду.
В конце концов мне удаётся вылезти из воды на каменный уступ, поцарапав по пути колено. Дрожа от холода, я хватаю полотенце и с ненавистью смотрю на Валаску и Лукаса, мысленно осыпая их ругательствами.
Лукас стоит, прислонившись к стене пещеры — руки скрещены на груди, устремлённый на меня взгляд совершенно холоден и лишён привычной огненной ласки.
— Довольны? — кричу я. — Ну и чего вы добились?
Валаска бросает мне одежду. Военную униформу воительниц земли Ной. Чёрное нижнее бельё, льняное, свободного покроя, с вышитым крошечным белым драконом.
— Пока хватит и дунов, — сообщает Валаска, и я торопливо натягиваю бельё, затягивая тесёмку на поясе.
Меня одновременно трясёт от смущения и гнева. Ещё бы! Мне приходится стоять перед ними полуголой!
Валаска достаёт волшебную палочку, исчерченную рунами, и деловито меня разглядывает.
Оглянувшись на Лукаса, я пытаюсь отыскать в его лице хотя бы намёк на то, каким он был прошлой ночью. Найти мужчину, которому я так искренне отдала себя и кого сделала своим. Однако он смотрит на меня мрачно и отчуждённо. Почти враждебно. В некоторой степени я понимаю, откуда взялась эта неожиданная суровость, хоть мне и неприятно видеть Лукаса таким. Всё идёт по плану. После вчерашней встречи с умертвиями всем ясно, что я слишком отдаюсь эмоциям. Слишком быстро паникую.
И отступаю.
Вдохнув поглубже, я прогоняю гнев.
Друзья пытаются мне помочь.
Валаска рассматривает цепочки, которые сама же и надела на меня, набрасывая личину, будто проверяя, как держится заклинание. Внезапно она касается палочкой руны на моём животе.
Руна, призванная предупреждать о близости демонов, которую начертила на мне Сейдж, загорается изумрудным светом даже сквозь личину эльфа.
— Потрясающе, — тихо ахает Валаска, оглянувшись на Лукаса. — Вот это сила у мага света!
Тряхнув в восхищении головой, Валаска опускается рядом со мной на одно колено и принимается рисовать на моём бедре свои руны, сапфирово-синие. Кончик волшебной палочки слегка обжигает кожу, чуть сильнее, чем когда Сейдж рисовала на мне изумрудные руны.
— Что ты чертишь на мне? — недовольно осведомляюсь я, уже почти забыв о смущении.
— Несколько рун, которые свяжутся с аурами твоих магических стихий, — не отрываясь от дела, отвечает Валаска. — Они усилят силу рун на оружии чародеев ной и амазов, когда ты пустишь его в ход.
— Где Чи Нам? — спрашиваю я.
Интересно, старая чародейка знает, как меня тренируют по суровым законам амазов?
— Она укрепляет щит вокруг Вонора, — вместо увлечённой работой Валаски отвечает Лукас.
Валаска напряжённо морщит лоб, и я стараюсь не дрожать в холодной пещере. Моё тело постепенно покрывается светящимися рисунками.
Покончив с делом, Валаска придирчиво оглядывает результаты и принимается рисовать целую серию небольших рун вокруг зелёной руны Сейдж. А потом разрисовывает мне рунами спину вдоль позвоночника.
Мои перепутанные огненные линии силы просыпаются, зажигаясь огнём, а невидимые ветви — земные линии, тянутся к волшебной палочке, которой водит по мне Валаска. Более слабые линии воды и ветра тихо шевелятся, отзываясь на магию рун, и впервые за всё время я вдруг ощущаю в себе тонкую линию магии света.
Едва различимую и мерцающую зелёным.
Валаска останавливается передо мной.
— Вытяни руки! — командует она.
Я повинуюсь, и вскоре на моих ладонях тоже появляются руны, точно такие же, как у Валаски и Чи Нам.
— Эти руны нужны, чтобы вызывать оружие? — спрашиваю я.
Валаска кивает.
— Точно. Нажимаешь на середину ладони, когда оружие брошено в цель, например, и оно возвращается к тебе прямо в руку.
Лукас показывает мне такие же руны на своих ладонях, они синеватые и тоже светятся в полутьме. Смотрит он на меня, впрочем, всё так же сурово.
Разрисовав меня рунами с ног до головы, Валаска тихо произносит заклинание и касается волшебной палочкой моей груди.
Все руны мгновенно исчезают под личиной, скрытые серой кожей эльфийки.
Валаска подаёт мне военную форму ву трин, и я торопливо натягиваю огнеупорную удобную рубаху и штаны. Усевшись на каменный выступ, надеваю носки, сапоги и пояс с перевязью, вымещая оставшееся раздражение на сапогах со шнуровкой.
Валаска из узкого, длинного мешка, прислонённого к стене пещеры, достаёт мой недавно позеленевший Жезл Легенды, и я с неожиданным облегчением принимаю его и вставляю в ножны у пояса. Видимо, Жезл они прихватили с особыми намерениями.
Лукас подходит и вместе с Валаской они принимаются меня вооружать — вставляют клинки в ножны, пристёгивают дополнительные перевязи, Валаска прикрепляет мне на груди серебристые острые сюрикэны ву трин. Лукас навешивает мне на предплечье Ашрион. Валаска закрепляет на моих плечах ещё одну перевязь, в которой умещаются три небольших клинка, а Лукас, опустившись передо мной на одно колено, пристёгивает к лодыжке под штаниной ещё один острый кинжал. Валаска повторяет то же самое с моей другой ногой.
Когда Лукас проверяет, хорошо ли держится перевязь, я вздрагиваю. Он оглядывает меня мрачно и придирчиво, однако прикосновения его рук напоминают о вчерашней ночи, о ласках. О том, как нежно он обнимал меня, гладил от пояса до щиколоток. Как он шептал моё имя. Сейчас нет и следа той страсти, и я отчётливо ощущаю его холодность, которая так глубоко меня ранит, хотя я и пытаюсь рассуждать разумно.
Наконец все клинки пристёгнуты, вставлены в ножны и скрыты под штанинами моих брюк. Лукас и Валаска поднимаются и, отступив, пристально меня оглядывают.
— Ну что, пожалуй, мы готовы выводить её в бой, — говорит Валаска Лукасу, как будто меня нет рядом.
Мокрые длинные волосы лезут мне в лицо.