Лори Форест – Черная Ведьма (страница 36)

Вцепившись в руку Айслин, я иду с ней через поля, где соревнования в самом разгаре.

Лукаса я замечаю ещё издали. От одного взгляда на него меня словно молнией пронзает радость.

Он фехтует с лейтенантом эльфхолленов в окружении целой толпы гарднерийских военных стажёров. Лукас сосредоточенно следит за соперником, будто ястреб, готовый спикировать на свою добычу.

Встретившись со мной глазами, Лукас на мгновение забывает о сопернике и получает удар тупым концом рапиры в грудь, прямо над сердцем.

Не обращая внимания на удивлённые возгласы и триумф победителя, он оглядывает меня с головы до ног, пожимает руку сопернику и что-то говорит ему на языке эльфхолленов. Юноша со смехом отвечает на том же языке, и Лукас спешит к нам, по пути отправляя рапиру в ножны. Его место на поле занимает другой лейтенант гарднерийцев.

– Эллорен, что с тобой? – спрашивает он, едва приблизившись. – Ты вся в грязи. – Он вдруг резко вскидывает голову. – Тебя кто-то ударил?

– Я здорово влипла, – выдыхаю я. – Не знаю, что и делать.

Прищурившись, он поворачивается к Экко и Айслин:

– Могу я поговорить с Эллорен наедине?

– Конечно, – без колебаний отвечает Экко. Айслин ободряюще улыбается мне на прощание.

Девушки уходят, а Лукас ведёт меня к скамье под деревом и усаживает. Как зачарованная, я не свожу глаз с рукоятки его рапиры. Этим оружием он проткнул грудь напавшего на меня икарита. От одного взгляда на оружие мне становится легче дышать. Также на поясе Лукаса висит волшебная палочка.

– На меня напали, – начинаю я свой рассказ. – Сначала на кухне, куда я пришла на работу…

– Подожди, – поднимает руку Лукас. – Почему ты работаешь на кухне?

– Тётя Вивиан… отказалась платить за моё обучение, и мне приходится работать…

– Но почему?

Что тут ответишь… Лукас терпеливо ждёт. Выхода нет. Придётся объяснять.

Для храбрости сделав глубокий вдох, я отвечаю:

– Она не платит за моё обучение, потому что я не обручена.

Лукас кивает, сопоставляя известные ему факты.

– А ты, – произносит он оскорблённо, – от обручения отказалась.

– Это не из-за тебя. – В молящем жесте я вскидываю руки. – Ты здесь ни при чём. Мой дядя… он очень болен. И я обещала ему подождать два года, – срывающимся голосом заканчиваю я.

– Два года? – изумлённо уточняет Лукас.

– Пока не окончу университет.

Судя по лицу Лукаса, он считает моего дядю дураком, а меня – ещё большей дурой, раз согласилась на такую глупость.

– Лукас, понимаешь… мы с тобой почти не знаем друг друга.

В его взгляде легко читается раздражение.

– Я правда не хотела тебя обидеть, – ухватившись за каменную скамью в поисках поддержки, объясняю я. – Я дала дяде слово до того, как встретила тебя.

Лукас молчит, вопросительно подняв брови.

– Твои родители очень расстроятся? – наконец выдавливаю я.

– Да.

– Я не хотела…

– Они не понимают, в какой глуши ты жила. Сейчас девушки обручаются в тринадцать лет. И тебе это известно.

– Недавно узнала, – киваю я.

– И многие невесты не видят избранника до обручения. Всё устраивают родители.

– Я… я не знала. – Я крепче цепляюсь за скамью, чтобы не упасть.

– Нам с тобой гораздо больше тринадцати. Сколько тебе лет? Восемнадцать?

– Скоро исполнится восемнадцать. Но об этом-то я и говорю! Я даже не знаю, сколько тебе лет. И не важно, что так принято… Я совсем тебя не знаю!

– Не скажи, – смеётся он. – Мы с тобой неплохо поладили.

Я немилосердно краснею, вспомнив вечер в тётином доме и губы Лукаса на моих губах. Кажется, это было так давно…

До того, как весь мир полетел вверх тормашками.

– А сколько лет тебе, Лукас?

– Двадцать.

– Ты тоже не спешил с обручением.

На лице Лукаса застывает жёсткая маска. Не привык, чтобы ему возражали?

Почему он так боится говорить об этом? И почему всё-таки он до сих пор не обручён?

– Кто на тебя напал? – спрашивает он, оставляя мои слова без внимания.

– Кельтийка Айрис и уриска Бледдин. От одного её вида бросает в дрожь. – Я рассказываю о том, что произошло на кухне.

– С этим мы легко разберёмся, – отмахивается Лукас. – Кто там ещё?

Удивительно, он уверен, что всё можно исправить, даже этот невообразимый кошмар.

– А в Северной башне на меня напали два икарита – Ариэль Хейвен и Винтер Эйрлин. Мои соседки по комнате.

Лукас удивлённо поднимает брови:

– Тебя поселили с икаритами? После всего, что случилось в Валгарде?!

– Мне не разрешат переехать, пока я не обручусь, – грустно вздыхаю я.

Лукас фыркает, восхищённый изобретательностью моей тёти.

– Твоя тётя готова на всё, лишь бы мы обручились.

– Наверное, так и есть.

– Эти неприятности легко преодолимы. Стоит нам только зайти к магу Абернати и сообщить, что мы с тобой готовы обручиться, и всё изменится. Тебе не нужно будет работать на кухне, и ты сама решишь, где и с кем тебе жить.

Удивительная щедрость этого предложения застаёт меня врасплох. Лукас дотянул до двадцати лет, ни с кем не обручившись, а теперь готов всё бросить и вести меня к алтарю? Невероятно лестное предложение, но всё равно – слишком быстро.

– Я не могу, – качаю я головой. – Поверь, это очень заманчиво… но я не могу.

Окинув меня взглядом, Лукас вздыхает:

– Должен признаться, у меня как гора с плеч свалилась. Без обид, но на кого ты похожа? Ты что, в навозе вывалялась? – подтрунивает он.

И правда… о чём я думала? Сижу тут вся в грязи и поросячьем навозе, а самый завидный жених Гарднерии хочет со мной обручиться.

– Ну да, так получилось, – оправдываюсь я, невольно хихикнув, и опускаю голову.

Лукас садится рядом и накрывает мою руку своей ладонью.

– Икариты тебе ничего не сделали?