Лори Форест – Черная Ведьма (страница 38)

Маг первого уровня. Однако тогда, в оружейной, я ощутила присутствие необыкновенной силы, словно вырывающейся из земли.

Лукас задумчиво хмурится:

– Я очень удивился, когда мне сказали, что ты даже не зажгла свечу. Я хорошо чувствую магию. И в тебе она есть. Скорее всего, она дремлет, ждёт своего часа.

– Ты меня мало знаешь.

– Это не важно, – качает головой Лукас. – В тебе есть магия. Она в твоей музыке, в твоём… – он мгновение колеблется, но всё же договаривает, понизив голос, – в твоём поцелуе.

При воспоминании о нашем страстном поцелуе я заливаюсь румянцем и опускаю глаза. Какая же я грязная! Все юбки в глине и Древнейший знает в чём ещё. До сих пор ноют рука, голова и щека.

А я вспоминаю о поцелуях! Нашла время…

Со стоном я хватаюсь за голову:

– Что же мне делать, Лукас?!

– Волшебная палочка не единственное оружие мага, – задумчиво отвечает Лукас. – Учись побеждать иначе.

Глава 9. Баланс сил

В третьем часу того же дня я вхожу на кухню в сопровождении сына командующего гвардией, мага пятого уровня, при всех регалиях. Такая поддержка мне не помешает.

После разговора на скамейке Лукас отвёл меня в комнату Айслин, где я привела себя в порядок и переоделась. Теперь на мне скромное платье Айслин поверх чистых чёрных нижних юбок. Платье немного тянет в груди и бёдрах (Айслин стройнее меня), но сидит сносно, жаловаться не на что.

Лукас первым проходит по короткому коридору и с такой силой распахивает кухонную дверь, что она с грохотом ударяется о стену. Все оборачиваются на шум. Кухонная прислуга, оцепенев, молча смотрит на нас. Лица у них испуганные… куда более испуганные, чем днём ранее, когда я вошла в эту дверь одна.

Один Айвен смотрит на Лукаса с привычной уже для меня ненавистью и медленно поднимается на ноги – он только что подкинул в огонь дров. Кельт двигается осторожно, как при виде опасного хищника.

Лукаса здесь все отлично знают.

Сегодня книг и карт на столе не видно. Нет и девочки-уриски с мыльными пузырями. Пахнет густым овощным супом со специями.

Потемневшими от негодования зелёными глазами Лукас медленно оглядывает кухню, стараясь не упустить ни одной мелочи.

– Добрый день, – наконец недовольно произносит он.

– Добрый день, маг Грей, – выходит вперёд ошеломлённая Фернилла Готорн.

Такого сюрприза она явно не ожидала.

Лукас отвечает ей надменным взглядом.

– Я желаю говорить с Ферниллой Готорн, Айрис Моргейн и Бледдин Артерра.

Фернилла поспешно стряхивает с рук прилипшие кусочки теста, Айрис и Бледдин подходят к Лукасу, бросая на меня полные ярости взгляды. Мне хочется спрятаться подальше от этой ненависти, но Лукаса так просто не проймёшь.

– Я не любитель толочь воду в ступе, – коротко поясняет он. – Поэтому сразу к делу. Айрис Моргейн. Насколько мне известно, ваши родители живут на ферме.

На ферме? К чему он ведёт?

Айрис тоже удивлена неожиданным поворотом разговора.

– Да, – осторожно отвечает она, нахмурив лоб.

– И ферма эта находится у границы Гарднерии? – продолжает Лукас. – Совсем рядом с гарнизоном Эссекса?

– Да.

Судя по выражению лиц, никто, кроме Ферниллы и Айвена, не понимает, что происходит. Фернилла перепугана, а Айвен с каждой минутой злится всё сильнее.

– Вам наверняка известно, что граница в том районе до сих пор является предметом спора между нашими государствами.

Айрис молчит, медленно с ужасом осознавая сказанное.

– К сожалению, гарднерийские войска вполне могут однажды реквизировать земли ваших родителей. Или, может так случиться, во время военных учений кто-то – совершенно случайно конечно же – выстрелит из пушки по дому ваших родителей. Такие случаи редки, что весьма отрадно, но бывают.

Айрис открывает и закрывает рот, пытаясь что-то сказать, но не произносит ни звука. Лукас молча смотрит на неё, явно забавляясь.

У меня по телу бежит холодок и начинает покалывать шею.

– Я оповещу моего отца, Лахлана Грея, главнокомандующего гарднерийскими войсками, о местонахождении фермы ваших родителей, чтобы исключить неприятные инциденты.

– Спа… спасибо, – лепечет Айрис дрожащим голосом. Вся её уверенность куда-то испарилась. – Спасибо, сэр.

Лукас кивает, удовлетворённый ответом, и поворачивается к Бледдин:

– Теперь поговорим о вас, Бледдин Артерра. Ваша мать находится в трудовом лагере на островах Фей.

Бледдин едва сдерживает гнев: глаза прищурены, на лбу от напряжения пульсирует жилка… С каким удовольствием она набросилась бы на нас!

– У неё слабое здоровье, не так ли?

Бледдин молчит, только уголки её рта нервно подёргиваются.

– Представьте, вдруг станет известно, что ваша мать распространяет среди рабочих листовки Сопротивления, – бесстрастно продолжает Лукас. – За такое отправляют на Пирранские острова, а там и здоровому выжить непросто. Вашей матери придётся туго.

О чём он говорит? Как такое возможно? На Пирранских островах военная тюрьма строгого режима и трудовой лагерь. Туда после окончания Войны миров сослали врагов Гарднерии.

Бледдин уже не пышет яростью. Она беспомощно смотрит на Лукаса, а он еле заметно ухмыляется, как кот, играющий с мышью.

– Не стоит так беспокоиться, – утешает он Бледдин. – Даже если выяснится, что ваша мать связана с Сопротивлением, на многое можно закрыть глаза, при условии что её дочь будет вести себя безупречно, оправдывая доверие гарднерийского правительства, столь щедро выдавшего ей разрешение на работу. Я понятно выражаюсь?

– Да, – едва слышно хрипит Бледдин.

– Да… и что ещё? – переспрашивает Лукас, наклонив голову.

– Да, сэр, – с неимоверным трудом выговаривает Бледдин.

– Так-то лучше, – улыбается Лукас.

Поразительно. Как жестоко и быстро он расправился с моими обидчицами.

– Что касается вас, мисс Готорн… Где ваша внучка?

Как по заказу открывается задняя дверь, и вбегает девочка-уриска, смеясь и тиская серого пушистого кота. Почувствовав всеобщее напряжение, она выпускает кота и прячется за бабушкины юбки, тревожно выглядывая из укрытия. Фернилла растерянно смотрит на Лукаса.

А мне стыдно… Стыдно всё это видеть и слышать.

«Тебя избили, обещали покалечить, а Фернилла защитила их», – напоминаю я себе.

– Прошу вас, сэр, – молит Фернилла, – девочка здесь, только пока не поправится её мать. Я просила малышку не входить на кухню, чтобы не мешать работе.

Лукас расплывается в добродушной улыбке:

– Ничего страшного, мисс Готорн. Пусть девочка остаётся. Она наверняка вам помогает, и я никому не скажу, что видел её здесь.

Глубоко вздохнув, Фернилла покорно склоняет голову.

– Благодарю вас, сэр. Вы очень добры…

– Вы ошибаетесь, – прерывает её излияния Лукас. – Дитя её лет, с такими тонкими, проворными пальчиками, очень пригодится на островах Фей.

Малышка Ферн в отчаянии дёргает бабушку за юбки и что-то умоляюще лепечет на языке урисков.

Фернилла не сводит глаз с Лукаса, будто перед ней опасный хищник.

– Тише, Ферн, – обрывает она мольбы девочки.