Лорет Уайт – Приманка для моего убийцы (страница 42)
Тони смотрела на них во все глаза. Некоторые были еще живы и шевелились.
– Теперь мы знаем, чем рыба питается в настоящее время, и будем использовать соответствующую приманку. – Оливия стряхнула с ладони воду с личинками. – Ты готова отпустить форель?
Тори кивнула.
– Держи ее вот так, осторожно направляй, чтобы через жабры прошла вода.
И точно так же ее собственная рыба вильнула хвостом, и Тори увидела, как серебристое тело ушло в зеленую глубину.
Она почувствовала, как глаза наполняются слезами, и смутилась. Ей не хотелось поднимать глаза.
– Темнеет, – негромко сказал отец. – Наверное, нам пора возвращаться.
Оливия сложила удилища в лодку и завела мотор. Она направляла лодку поперек озера, к неспокойной воде. На противоположном берегу теплым светом сияли окна большого дома.
Вечер еще не наступил по-настоящему, солнце только скрылось за хребтом, но оно забрало с собой все цвета ландшафта.
Пассажиры маленькой лодки молчали, направляясь обратно к берегу, тонувшему в сумерках. Тори посмотрела через плечо туда, где в западном конце располагался кемпинг. Там среди деревьев мерцали оранжевые огни костров. Она чувствовала запах горящих поленьев. На долину спускался холод ночи. Тори посмотрела в небо.
Первая звезда.
Отец тоже смотрел.
Они оба знали, что сказала бы мама.
Но Тори знала, что некоторые желания никогда не исполнятся. Это невозможно, как бы сильно ты этого ни хотела.
Ее мать умерла.
И второго шанса у нее не будет.
Коул вышел из ванной и направился в кухню, вытирая мокрые волосы. Потом он повесил полотенце на шею, налил себе кружку кофе и отнес ее на маленький столик у окна, выходившего на озеро.
Спустились сумерки, ветер гнал по воде мелкие барашки, но в дальнем конце озеро было спокойным. Рыбак в надувной лодке медленно греб к кемпингу. Через озеро плыла плоскодонка. В ней было трое. Кажется, Оливия и Бертон с дочкой. Ну да, рыбалка с инструктором.
Коул замер, вспоминая разговор в амбаре. Оливия читала его как открытую книгу. У него на губах проступила улыбка. Она действительно прочла его – в его же книге. Однако, раскрыв его секреты, свой она хранила крепко.
Он уселся за стол и включил ноутбук. Тайна Оливии захватила его, и Коул вдруг понял, что ей удалось переключить его интерес на что-то еще, кроме баров и бездумного секса. Он услышал шепот своей музы.
Монитор ожил, но батарея оказалась почти пустой. Осталось совсем мало времени, а потом придется направиться в большой дом, чтобы снова зарядить ее.
Он ввел код Wi-Fi и открыл поисковую строку. В ней он набрал: «
Коул взял кружку и сделал глоток, ожидая, пока результаты появятся на экране.
В аэропорту О’Хара он уже искал в Интернете сведения об Оливии Уэст, но теперь приступил к поиску под другим углом. Что-то в рассказе об этом убийстве ее напугало, и он намеревался узнать больше.
Коул прокручивал строчки, читал. Но нашел ненамного больше, чем увидел по ТВ или прочел в газете «Провинция». Судя по всему, полиция все еще не установила личность жертвы, женщины за пятьдесят. Встречались упоминания об убийствах в Уотт-Лейк десятилетней давности.
Он сделал еще один глоток и на этот раз ввел в строку поиска слова «
Появился внушительный список ссылок.
Коул просматривал статьи по очереди, потягивая кофе. За семь лет исчезли семь женщин. Первые четыре были проститутками, пропавшими на скоростной трассе, ведущей на север. Только задним числом была установлена связь между ними. Все женщины исчезали перед Днем благодарения, как раз перед сильным снегопадом. Пятой жертвой стала молодая мать, чья машина сломалась на проселочной дороге к северу от Уотт-Лейк. Ее автомобиль нашли брошенным. В тот момент выдвигались предположения, что она пошла пешком за помощью, но заблудилась и погибла во время начавшейся снежной бури. Шестая женщина была рыболовом, отделившимся от компании друзей. Седьмой жертвой стала работница лесничества, пропавшая в лесу. Последняя жертва выжила. Сара Джейн Бейкер, двадцать пять лет, жена Этана Бейкера, владельца местного магазина спортивных товаров.
Сара Бейкер пропала перед Днем благодарения, как раз накануне сильной снежной бури. Поисковые отряды и собаки ничего не обнаружили. Поиски осложняли сильный снег и низкая облачность.
В то время никто не подозревал ничего дурного. Места вокруг Уотт-Лейк дикие, просторы бесконечные. Люди пропадали легко и достаточно часто – охотники, грибники, рыболовы, туристы, альпинисты, любители поездок на снегоходах. Погода, дикие звери, бурные реки, опасные болота – все это представляло опасность. Никто не связал исчезновение Сары Бейкер с семью другими пропавшими женщинами.
Следующей весной, туманным утром, водитель грузовика наткнулся на молодую женщину со спутанными волосами и безумным взглядом, которая вышла по снегу на далекую лесовозную дорогу в Ки’ина. Она была беременна и закутана только в вонючую медвежью шкуру и джутовый мешок. На ней были дорожные ботинки на босу ногу. В руке она несла ружье. Женщина сильно обморозилась, была вся в синяках и порезах, говорила какую-то чушь. Шею крепко обвивала обтрепавшаяся веревка. Это была Сара Бейкер, чудесным образом выжившая.
Коул сглотнул и медленно отставил кружку.
Пока Бейкер выздоравливала в больнице, постепенно открывались ужасы ее похищения. Ее держали пленницей в каком-то сарае, где-то среди дикой природы. До нее там была другая женщина. Она видела освежеванное тело рыжеволосой женщины на крюке для мяса. Маньяк срезал мясо с тела и клал его в морозильник.
Работница лесничества, пропавшая осенью предыдущего года, была рыжеволосой.
Уотт-Лейк наводнили журналисты. История быстро облетела всю страну, а потом и весь мир. Из Е-Дивизии в Сюррее прибыла группа расследования убийств, которая забрала дело у местного отделения Королевской канадской конной полиции. На федеральную полицию оказывали политическое давление.
Пять месяцев спустя, после длительного расследования, когда Сара Бейкер уже родила ребенка, объединенная команда КККП и индейской полиции вышли на Себастьяна Джорджа и задержали его.
Себастьяном он назвал себя сам, но официального удостоверения личности у него не оказалось. Его рождение нигде не регистрировалось, он никогда не имел никакого отношения ни к одной официальной системе. С точки зрения бюрократии этот человек вообще не существовал.
Бригада экспертов отправилась на его участок, где обнаружились улики. На его земле были найдены останки всех семи женщин. Еще два тела – мужчины и женщина лет семидесяти – были закопаны в отдалении. Выяснилось, что это были его родители, которые, как оказалось, жили в грязи и нищете в лесной сторожке неподалеку от главных строений участка.
Полиция раскопала, что Себастьян Джордж был сыном бродяжки, в шестидесятых годах переехавшей в эти места из Калифорнии. Она встретилась с Питером Джорджем, охотником-аборигеном и траппером, родившимся в долине Беа-Кло, и вышла за него замуж. Они построили полностью независимое хозяйство на отдаленном участке в Беа-Кло, на землях Первых Наций. Кормились тем, что добывали в лесу и на реке. У них родился Себастьян, и они воспитывали мальчика вне общества.
Получалось, что однажды он отплатил им за это, избив и убив их.
Коул кликнул на фото преступника.
Поразительный мужчина. Сухопарый. Высокий. Растрепанные кудри черного цвета, янтарные глаза, которые подчеркивала смуглая кожа. Коул открыл другое фото – снимок матери Себастьяна.
Это фото предоставила ее родня из Калифорнии. Родственная связь была установлена с помощью анализа ДНК. Фото было сделано незадолго до того, как Дженни Берч переименовала себя в Соловья и ушла бродяжничать, чтобы никогда не вернуться. В конце концов семья решила, что Дженни умерла, и прекратила поиски.
Коул видел, от кого Себастьян унаследовал внешность. Дженни Берч была потрясающая красавица: правильные черты лица, большие янтарные глаза, густые, совершенно прямые волосы, иссиня-черные, цвета воронова крыла.
Коул открыл фото отца Себастьяна Джорджа. Оказалось, что Питер Джордж был крупным, упрямым на вид мужчиной со смуглой кожей, черными глазами и выступающими скулами.
Прокручивая дальше результаты поиска, Коул нашел страницу с фотографиями восьми жертв. Он открывал их одну за другой, пока не дошел до последней. Это была фотография женщины, которой удалось выжить. Он открыл ее.
Лицо заполнило экран.
У Коула перехватило дыхание. Он похолодел и тупо уставился на экран.
Это была она.
Не совсем похожая на себя нынешнюю, но определенно она. Никаких сомнений.
Коул торопливо щелкнул по другой ссылке, где говорилось об экспертизе и ДНК-тесте, с помощью которых обвинили Себастьяна Джорджа. Но когда страница открылась, монитор погас.