Лорет Уайт – Неупокоенные кости (страница 74)

Слезы ручьями текли по щекам Хелен, голос сел.

– К тому же там всегда было так красиво и тихо… Курт знал, что на День труда на базе вообще никого не останется, особенно ночью, а еще там бросят кучу всяких инструментов – лопат, кирок и прочего. Он знал, что пол в подвале готов к заливке бетоном. Курт сказал, что, если мы сумеем ее там закопать, а потом снова выровнять грунт, она будет в полной безопасности, тем более что заливкой поручили заниматься ему.

– Или вы будете в безопасности? – холодно уточнил капрал Муртаг.

Хелен не ответила, только опустила взгляд на сложенные на столе руки.

– Когда вы впервые заподозрили, что ваш муж спит с вашей старшей дочерью? – спросила сержант Мунро.

– Не могу сказать… – очень тихо проговорила Хелен. – Я… я очень старалась ничего не замечать. Наверное, в глубине души я догадывалась, что что-то не так, но я никак не могла в это поверить.

– А когда Аннелиза сообщила вам обо всем открытым текстом?..

– Я и тогда не поверила. Просто не нашла в себе сил посмотреть правде в глаза. Она говорила, а я хотела только одного: чтобы она… чтобы все это исчезло. – Хелен вытерла слезы. – В тот день Аннелиз для меня раздвоилась. Она оставалась моей милой дочуркой и одновременно была той ужасной, плохой вещью, которая угрожала нашей жизни. Нет, я бы никогда не убила свое дитя намеренно, но раз уж так получилось… Когда Аннелиз показала мне свой живот с ребенком Курта внутри, она превратилась в то самое чудовище, которое угрожало всем нам, и я инстинктивно попыталась от него избавиться. Это был защитный рефлекс, не больше… С тех пор я жалела об этом каждую секунду, каждую минуту и каждый час своей жизни – жалела каждый день и каждый месяц на протяжении всех сорока семи лет.

Хелен помолчала, снова вытерла глаза, высморкалась.

– И я молила Бога, чтобы вы поскорее пришли…

Джейн

После отъезда представителей Королевской прокуратуры атмосфера в рабочем зале полицейского участка сделалась еще более мрачной и гнетущей. Ни сама Джейн, ни ее команда не ожидали подобного финала. Работы оставалось еще много: допросы членов «шестерки», юридические баталии с когортой адвокатов, представлявших интересы подозреваемых, оценка дееспособности Курта Дженсена и решение вопроса о том, может ли он быть допрошен и подвергнут суду, и так далее, и тому подобное… Кроме того, они по-прежнему не нашли доказательств, что вечером третьего сентября семьдесят шестого года именно Нокс Реймонд поджидал Аннелизу в коричневом седане. Женатый полицейский занимался сексом с несовершеннолетней и, зная, что в тот день Аннелиза все-таки вернулась домой, не сообщил об этом властям, совершив таким образом акт препятствования правосудию.

– Теперь я понимаю людей, которые говорят, что интересуются новостями и в то же время боятся их, – мрачно заметила Юсра. – Черт, никому не хочется узнать, что мать убила своего ребенка или что она даже не попыталась спасти дочь от сексуального насилия со стороны родного отца.

– Надо еще раз допросить Нокса Реймонда, – решила Джейн. – Я предполагаю, что он увидел Аннелизу на вечеринке, куда приехал по вызову. К этому времени он уже вступил с ней в близкие отношения, познакомившись с девушкой в закусочной «Лучшие пончики», где она подрабатывала. Кроме того, в семьдесят шестом Реймонд ездил на «Додже» цвета «коричневый металлик». Вероятно, на вечеринке он и Аннелиза разговаривали и Реймонд сказал, что, когда смена закончится, будет ждать в своей машине в конце Линден-стрит.

– Эта теория также объясняет, почему никто не заявил, что видел, как девушка вошла в свой дом, когда вернулась после вечеринки, – добавила Мелисса. – Женатый сотрудник Канадской конной полиции, да еще с ребенком на подходе, трахает пятнадцатилетнюю школьницу – это сильный удар по репутации.

– Да он просто наложил в штаны от страха, что его привлекут за убийство, – высказался Дункан.

– Возможно, во время официального допроса нам удастся что-то из него вытрясти, – предположила Джейн. – Но я уверена: всего этого не было бы, – она показала на доску с фотографиями, – если бы Курт Дженсен не насиловал дочь и не сделал ей ребенка. Преступление одного погубило добрый десяток самых разных людей. Стремление Аннелизы скрыть тот факт, что она забеременела от собственного отца, употребление ею спиртного, неразборчивость в связях, ревность Робби Девиня, ложь Кары Константайн, которая пыталась завладеть им для себя и в результате оговорила Дэррила Хендрикса, отчаяние Хелен, убившей в приступе ярости собственную дочь, и ее совместные с мужем действия по сокрытию трупа – все это имеет только одну причину: Курт Дженсен был психически болен, а его жена не сделала ничего, чтобы его остановить.

– Круги на воде, которые расходятся все шире… – проговорил Дункан, внимательно рассматривая фотографии на доске. – Курт сыграл роль запала. Когда он сработал, взрывная волна начала распространяться во все стороны, круша жизни.

Он поглядел на коллег.

– Но зато теперь, сорок семь лет спустя, большинство причастных наконец-то получили ответы на свои вопросы.

И Джейн, которая тоже разглядывала лица детективов, вдруг почувствовала – ей это по плечу. Давние висяки, нераскрытые преступления, которым уже много лет. Она может их раскрывать и приносить людям освобождение, облегчать боль. Вполне достойная цель, если на то пошло, и достаточно мощный стимул, чтобы не опускать руки. А главное, теперь, когда она возьмется за очередное старое дело, с ней будет испытанная команда, на которую можно положиться.

– Спасибо за работу, друзья, – сказала она негромко. – Впереди еще немало всего, но главное мы сделали. Мы добились справедливости для Аннелизы Дженсен и Дэррила Хендрикса. А теперь ступайте по домам и постарайтесь как следует отдохнуть…

Нокс

Нокс был в трех часах езды от дома. Его рыбацкий кемпер мчался по извилистому шоссе Даффи-Лейк – точнее, по его особо опасному горному участку, где даже в это время года водители рисковали попасть под лавину или камнепад. Наверное, разумнее было бы ехать помедленнее, однако Нокс никак не мог совладать с собой – он бежал, спасал собственную шкуру, направляясь на дикий, безлюдный север Британской Колумбии.

Нокс выехал бы еще раньше, но жена, которая считала, что муж снова едет на рыбалку, настояла, чтобы он сначала сделал кое-какую работу по дому. Возражать не стоило – ему не хотелось вызывать у нее подозрения, хотя после того идиотского «интервью» с Мунро он пребывал в крайнем напряжении и страхе. Да, Нокс совершил ошибку, когда решил бросить сержанту вызов на ее собственной территории. Нокс был уверен, что без особого труда подтолкнет ее в нужном направлении: ну насколько сложно манипулировать беременной женщиной, да еще с явными симптомами ПТСР? Но все получилось не так, как он рассчитывал. Это она загнала его в угол, и теперь Нокс чувствовал себя как на иголках, ожидая любых сообщений о результатах ДНК-анализа эмбриона. Он все рассчитал, все проверил и убедился – ребенок мог быть от него.

Сейчас Нокс слушал КТКС-радио. Дорога – довольно сложный участок – шла под уклон. Он как раз спускался к городку Лилуэт, когда из радиоприемника раздался голос диктора:

«…А сейчас в нашем эфире – срочная новость, касающаяся неожиданного поворота в деле об исчезновении Аннелизы Дженсен и Дэррила Хендрикса, о котором некоторое время назад уже рассказывала радиослушателям криминальный репортер КТКС-ТВ Анжела Шелдрик. Вчера вечером она находилась возле дома Курта и Хелен Дженсен, когда туда прибыла группа детективов Королевской канадской конной полиции. Полицейские предположительно должны были всего лишь сообщить родителям Аннелизы, что найденные под часовней останки официально идентифицированы как принадлежащие их пропавшей много лет назад дочери, однако все обернулось совсем иначе. Впрочем, об этом лучше расскажет вам сама Анжела Шелдрик, которая только что вышла на связь с нашей студией. Анжела?.. Какие новости вы готовы сообщить нашим слушателям?..»

Нокс изо всех сил стиснул руль. От напряжения перед его глазами заплясали черные точки, а поле зрения резко сузилось. Шоссе круто нырнуло вниз, и Нокс нажал на тормоз, а потом перешел на низшую передачу. Справа от него скалистый уступ, по которому было проложено шоссе, обрывался в пропасть; внизу лежал глубокий каньон. Только низкий бетонный парапет мог помешать потерявшему управление автомобилю свалиться в ощерившуюся острыми скалами бездну. Полотно дороги впереди было усыпано осколками гранита – камнепады на этом участке случались нередко.

Из динамиков стереосистемы зазвучал голос Анжелы Шелдрик:

«Как мы уже сообщали, вчера вечером полицейские водолазы подняли со дна Черного озера микроавтобус “Фольксваген”, который пролежал там сорок семь лет. В салоне затопленной машины были найдены человеческие останки, которые предположительно принадлежат Дэррилу Хендриксу, восемнадцатилетнему юноше, пропавшему в сентябре семьдесят шестого года. Но главные события развернулись в другом месте – на тихой и патриархальной Линден-стрит в центре Ванкувера. Как нам только что стало известно из близких к расследованию источников, анализ ДНК ребенка, которого Аннелиза Дженсен носила в своем чреве в момент смерти, показал, что его отцом является не кто иной, как Курт Дженсен – родной отец пропавшей девушки, несколько часов назад госпитализированный в кардиохирургическое отделение одной из местных больниц. Во время разговора с приехавшими к Дженсенам полицейскими мать Аннелизы призналась, что случайно убила девушку во время ссоры…»