Лорет Уайт – Когда меркнет свет (страница 22)

– Я… Я… Не могла заснуть.

– Я тоже. Давай отвезу тебя обратно.

– Я сама, – тихо, но твердо ответила Лори-Бэт. Но потом смягчилась. Старшая сестра приехала пожить у нее, чтобы быть рядом и помочь, когда примерно через неделю на свет появится малышка Джой. – Не хочу будить Генри, – с улыбкой пояснила она.

Ее сестра кивнула, снова взглянула на телефон, вышла вслед за Лори-Бэт и тихо закрыла дверь кабинета. Она подождала, пока Лори-Бэт доедет до комнаты.

Лори-Бэт остановилась, обернулась через плечо. Салли смотрела ей в глаза. И ее тревожило, что Салли даже не спросила, что она делала в священном кабинете Генри среди ночи.

Блейк запер офис и дом. Было почти половина двенадцатого, когда он прошел мимо комнаты сына и остановился. Дверь была закрыта, но под ней виднелась полоска света.

Он постучал.

Молчание.

Блейк подергал дверную ручку. К его облегчению, дверь открылась. Ной не до конца от него дистанцировался. Его сын уже переоделся в пижаму с человеком-пауком. С покрасневшим от слез лицом он держал книгу, которую они читали вместе. Люси лежала у его ног.

Блейк сел на край кровати, но Ной не посмотрел на него. Сын хранил молчание всю дорогу от дома Мэг, а как только они приехали, направился в свою комнату, хлопнув дверью. Блейка охватило опустошение. Чувство пустоты, отчаяния, одиночества царило у них дома в тот вечер.

– Ной, пожалуйста, скажи, откуда ты взял, что я не хотел тебя?

Ной сжал губы. На виске запульсировала маленькая синяя вена.

– Это неправда. А если ты это от кого-то услышал, то запомни: люди часто говорят друг о друге странные вещи, чаще всего без всякого основания… Ну скажи, где ты это услышал?

Молчание.

– Понимаешь, мне это тоже причиняет боль. Они не просто тебя обидели. Они оскорбили всю нашу семью. Память твоей матери. – Он положил руку сыну на колено. – Мы команда, приятель. Ты расскажешь мне, что знаешь, кто это сказал, чтобы я все исправил?

Молчание.

– Это Алекс Миллар? Ты поэтому ударил ее?

Глаза у Ноя стали влажными. По щеке сбежала слеза. Он задрожал.

– Иди сюда.

Блейк обнял сына. Тот напрягся, сопротивляясь. Но Блейк не собирался сдаваться. Он никогда не сдавался. И хотел победить в этой схватке. Лучше узнать своего сына. Он держал мальчика, пока тот не замер и не перестал плакать.

– Прошу, поговори со мной, – прошептал он, наклонившись к волосам Ноя, пахнущим сеном, солнцем и детством. – Ответь, что сказала Алекс.

– Она… Подслушала, что говорили ее родители, – признался Ной, уткнувшись в рубашку Блейка. – Они… Они сказали: «Бедный малыш Ной, растет один на этой трухлявой пристани со своим грубым отцом, который даже не хотел жениться. Этот ребенок – единственная причина, по которой он взял в жены Эллисон. Если бы она не умерла, он бы никогда не вернулся домой. Ему пришлось уйти из армии, чтобы заботиться о нежеланном ребенке».

У Блейка чуть сердце не остановилось. Он посмотрел наверх, на потолок, словно небеса могли прислать посланника ему в помощь.

– Послушай. – Он обхватил руками горячее, мокрое от слез лицо сына. – Посмотри на меня.

Ной медленно поднял покрасневшие глаза.

– Я любил твою маму. Очень любил. Я люблю тебя. Ты должен в это поверить. Каждого человека в жизни мы любим по-своему. – Его голос дрогнул. Блейку понадобилась секунда, чтобы собраться. – И я хочу, чтобы ты знал: для тебя я сделаю что угодно. Горы сверну.

Молчание.

Блейк глубоко вздохнул. Быть борцом, чинить физические вещи было легко. Но это? Зыбкая территория души и разума маленького мальчика… Очень сложная задача. И она пугала Блейка. Так легко кого-то потерять, сказать что-нибудь не то.

– Тогда почему ты с нами не жил? – тихо спросил Ной.

– Когда служишь стране, тебя отправляют на бой, чтобы дома все были в безопасности. В армии не приходится выбирать.

– Зачем ты ушел в армию?

Блейк растерялся, но потом рассказал правду.

– Потому что я хотел служить, Ной. Хотел помогать людям.

Ной отвел взгляд, снял ниточку с покрывала.

– Но все равно: зачем мы к ней поехали? – пробормотал он.

– Куда?

– К той женщине. Мэг.

Это явно было ошибкой.

– Я хотел тебя с ней познакомить, показать ей, как я горжусь своим мальчиком.

По его щекам покатились слезы.

– Я скучаю по маме.

– Знаю. Я тоже. Ной, что бы ни говорили Миллары, это – чушь. Это неправда. Я поеду и поговорю с ними.

Глаза мальчика расширились от ужаса.

– Нет. Не делай этого. Пожалуйста.

– Почему нет?

– Алекс и Джейми подумают, что я ябеда. Будут звать слабаком.

– Они уже тебя так называют!

Ной отвел взгляд. У Блейка в крови вскипел гнев.

– Хорошо, я ничего не скажу. При одном условии. Ты будешь рассказывать мне, что происходит в школе, с Алекс и Джейми, договорились?

Он кивнул.

Блейк наклонился вперед, поцеловал мальчика в макушку.

– А теперь давай спать.

Но когда он подошел к двери и уже собрался выключать свет, Ной спросил:

– А Мэг?

– В смысле?

– Ты хотел жениться на ней до мамы?

– Мы тогда были слишком молоды, чтобы думать о таких вещах, малыш. А теперь спи.

– А теперь ты хочешь на ней жениться?

У Блейка екнуло сердце.

– Это не обсуждается, приятель. Она помолвлена с другим человеком. Очень умным и очень, очень богатым.

– Значит, мы больше не поедем туда, в ее дом?

Бах… Финальный удар. Блейк задумчиво посмотрел на сына.

– Нет, Ной, – мягко ответил он. – Мы туда не вернемся.

– Обещаешь?

Он сглотнул.