Лорет Уайт – Дневник служанки (страница 74)
«Но наше правительство все же могло бы обратиться с такой просьбой», – заметил Бен.
«Разумеется, однако тут встает вопрос о соотношении усилий, которые пришлось бы предпринять дипломатам, и конечного результата. Иными словами, можно ли сказать с уверенностью, что преступник, которого должны экстрадировать, получит реальный срок. У меня на этот счет имеются большие сомнения, а это значит, что никаких усилий в этом направлении, скорее всего, предпринято не будет. Кит Дарлинг останется на свободе, а Джон Риттенберг отправится в тюрьму. Его жене, скорее всего, тоже будут предъявлены обвинения в препятствовании правосудию».
«Что грозит приятелю Кит, который ей помогал?»
«Из источников, близких к расследованию, – сказал Леон, – Бун-ми Селиму была предложена сделка, в рамках которой он обязуется оказывать полное содействие следствию – в частности, он должен назвать по именам всех, кто был задействован в событиях восемнадцатилетней давности, а именно подмешивал наркотик и участвовал в групповом изнасиловании Кит Дарлинг, или Катарины Попович – это имя она носила в те годы».
«Селим также даст показания на процессе Джона Риттенберга, – добавила Рената и, улыбнувшись, пожала плечами. – Что касается убийства, то – «ничего не было», как писали в тех старых газетах».
По экрану скользнуло изображение газетного листа. Крупный черный заголовок торжественно заявлял:
«НИЧЕГО НЕ БЫЛО!»
«Знаменитый горнолыжник Джон Риттенберг, известный болельщикам как Берг-Бомба, заявил, что все обвинения в изнасиловании в его адрес «являются ложью» и что на самом деле «ничего не было»…»
Камера снова показала Бена Ву.
«Я бы назвал это «парадоксальным правосудием».
«Или кармой…» – улыбнулась Джуди Сэлинджер.
Кэт мысленно вернулась к тому вечеру, когда она, переодевшись Мией Райтер, заманила Джона Риттенберга в квартиру, которую она тогда убирала. Она поцеловала его – и едва совладала с тошнотой. Гнев помог ей справиться с собой. После того как Джон отключился, в квартиру вошли Бун с приятелем. Надев перчатки, Бун покрыл пенис и лобок Джона какой-то липкой субстанцией, которую принес с собой, а затем втер ему в анальную область спортивную согревающую мазь, предназначенную для облегчения мышечной боли. Кэт знала, что при попадании на слизистые оболочки или на тонкую кожу интимных органов эта мазь жжет как огонь. Таким способом она хотела дезориентировать Джона, сбить его с толку, заставить сомневаться в адекватности своего восприятия происшедшего. Она хотела, чтобы он мучился, вспоминая все, что с ним якобы произошло. Она хотела, чтобы Джон считал себя жертвой, чтобы он на собственной шкуре испытал все, что чувствовала женщина, которую он унизил и изнасиловал.
После этого Бун и его друг устроили весьма убедительное представление, позируя с обнаженным Джоном на кровати, пока Кэт делала фотографии. Потом все трое ушли. Кэт и приятель Буна уехали, а сам Бун отправился к своей машине, припаркованной на противоположной стороне улицы, чтобы сфотографировать Джона, когда тот очнется и выйдет из здания.
По правде сказать, Кэт была не в особенном восторге от своего плана, но она знала: Джон и ему подобные ежедневно проделывают с женщинами нечто подобное. Так всегда было и, вероятно, всегда будет. И каждый раз они отделываются от всех обвинений словами: «Она сама этого хотела», «Она лжет», «Она была пьяна».
«Ничего не было».
И Земля продолжает вращаться как ни в чем не бывало.
«Кто-то должен был нанести ответный удар. Кто-то должен был показать мужчинам, что чувствуют их жертвы», – подумала тогда Кэт.
– Привет, – окликнул ее какой-то парень, говоривший с австралийским акцентом.
Она обернулась.
– Ты здорово на нее похожа – на эту уборщицу из новостей.
Кэт улыбнулась.
– Мне часто это говорят.
Соскользнув с барного табурета, она взяла в руки сумку из соломы и, выйдя на яркое солнце, двинулась по узкой тропке вдоль пляжа. В воздухе разливалось благоухание орхидей. Океан – глубокого синего цвета – протянулся до самого горизонта. За ее спиной, в глубине острова, дремали окутанные туманом древние вулканы. Остановившись на мгновение, Кэт сделала селфи. Проверив, что получилось, она загрузила снимок на свой аккаунт @
#кармасуществует; #водасказка; #ждувгости;
#следующаяостановкапоселокпапы
Улыбнувшись, Кэт нажала кнопку «Поделиться».
Бун увидит это, подумала она, пряча телефон обратно в сумку. Увидит и поймет, что это означает.
Кэт двинулась дальше по тропе, и в ушах ее снова и снова звучали слова ведущих новостей.
«Я бы назвал это «парадоксальным правосудием».
«Или кармой…»
«Ничего не было».
И все-таки что-то
Ее увидели.
Как и Джона с Дейзи.
Карма существует, детка, подумала она, разворачивая ярко-красный леденец.
Засунув конфету в рот, Кэт пошла дальше, с каждым шагом все глубже погружаясь в золотое сияние заходящего тропического солнца.
Мэл
Потягивая остывший кофе, Мэл дочитывала последние сканы страниц дневника Кит Дарлинг. Бенуа сидел в противоположном углу рабочего зала и тоже читал, шелестя страницами. Был уже вечер, ветер улегся, падал тихий снег.
Как все начиналось