Лорен Оливер – Реплика (страница 40)
Он не случайно взглянул на нее.
Он за ней пристально наблюдал.
Но к тому моменту, как Джемма это поняла, она уже поравнялась с «Шевроле». Старикан, не долго думая, схватил ее за руку и резко дернул на себя. Джемма вздрогнула и от неожиданности выпустила поводок Руфуса. Ретривер терпеливо остановился, помахивая хвостом. Джемма была так потрясена, что не сумела издать ни звука.
Она уставилась на старика и заметила черные поры у него на носу и бисеринки пота над верхней губой.
– Джемма, – прохрипел старикан. От него несло дешевым кофе и старым тряпьем, валяющимся в чулане. Волосы у него были длинные и немытые. – Послушай. Я не хочу сделать тебе ничего плохого.
Мысли Джеммы лихорадочно спутались, в сознании замелькали разрозненные картинки. Наверное, они встречались и раньше. Иначе откуда этому типу известно ее имя? Джемма всмотрелась в худую физиономию, усеянную пятнами от акне. Щеки старика заросли щетиной. К ее горлу подкатила тошнота, желудок скрутило в болезненных спазмах.
Все ясно. Ее похищают.
В ее мозгу пронеслась вереница новых картин: требования выкупа, затхлый сырой подвал, цепи, старинные орудия пыток.
Старик одной рукой неловко отворил дверцу, продолжая другой удерживать Джемму.
– Я тебе ничего плохого не сделаю. – Он тяжело дышал. – Поверь мне. Теперь у нас все будет в порядке.
А он, похоже, не сомневался, что Джемма с ним заодно!
Взгляд Джеммы скользнул по заднему сиденью: пустые банки из-под газировки, скомканные чеки, бейсболка, пакеты из «Парти Сити», непонятный темный пучок или моток, смахивающий на здоровенного мохнатого паука…
В эту секунду Джемма вновь обрела дар речи и закричала. Точнее, она попыталась заорать, однако у нее из глотки вырвался невнятный хрип. Ее голосовые связки вибрировали от ужаса.
Руфус зарычал.
Мужчина отпустил Джемму, отскочил и прижался к автомобилю, как будто она выхватила оружие.
– Господи! – гневно воскликнул он. – Зачем ты так?!
Джемма подхватила поводок Руфуса и кинулась наутек. Она не бегала очень давно – родители ей не позволяли, – и теперь она боялась, что ноги ее не послушаются. Но они ей подчинились. Джемма мчалась обратно к магазинчику, и ее сердце бешено колотилось в груди. Она чуть не сшибла пожилую женщину, которая стояла на тротуаре с пачкой лотерейных билетов в руках. Джемма не стала привязывать Руфуса. Она хотела, чтобы Руфус был рядом – пускай он и оказался худшим на свете охранником.
– Что ты знаешь про Хэвен?! – донесся до нее голос старика.
Во всяком случае, так послышалось Джемме. Она влетела в магазин, судорожно глотая воздух ртом, и затормозила у окна, оклеенного сообщениями о скидках на молоко, пиво и сигареты.
Старик исчез.
– Сюда нельзя с собаками, – заявил Перв. – Извини. Закон штата.
Джемма проигнорировала предупреждение.
– Дай мне телефон, пожалуйста.
Ехать обратно на автобусе? Ни за что! Однако и здесь, в маленьком уютном «Квик-Марте», она чувствовала себя беззащитной и испытывала странный зуд.
Скорей бы попасть в ванную комнату и отмыть запястье, за которое схватил старикан!
– Эй, что с тобой? – поинтересовался Перв. – Видок у тебя тот еще…
Джемма свирепо взглянула на него. К счастью, он заткнулся. Джемма набрала номер матери. Пальцы так тряслись, что получилось это не с первого раза.
– Джемма? Что случилось? – встрепенулась Кристина. – Где ты находишься?
Джемма чуть не выронила мобильник. На глаза у нее выступили слезы.
Но Перв продолжал смотреть на нее. В принципе он неплохо выглядел – чистая кожа, ровные зубы, растрепанные светлые волосы, словно он только что выскочил из автомобиля-кабриолета… все это помогло ей сдержаться.
– Я опоздала на автобус, – выдавила Джемма. – Я себя неважно чувствую.
Когда она произнесла волшебную фразу, мать мгновенно сменила тон и заговорила быстро и деловито, как всегда, когда речь шла о здоровье дочери.
– Выезжаю, – произнесла Кристина. – Куда?
Джемма объяснила, нажала «отбой», вернула телефон Перву и сумрачно взглянула на него. Парень проявил недюжинную сообразительность и не стал задавать ей лишних вопросов.
Скоро она увидит маму и все ей расскажет. Надо было повнимательнее присмотреться к тому старому белому «Шевроле»! Почему она не запомнила ни единой цифры из номера? Как обидно: ведь Джемма считала, что стресс не может выбить ее из колеи. Она думала, что в любых экстремальных обстоятельствах ей нет равных, поскольку она хладнокровна, иронична и бесстрастна. Но теперь у нее подкашивались ноги и кружилась голова.
Она не запомнила толком ни единой детали, и, значит, она не сможет помочь полиции. Ну, наверное, старикану нравилась еда из «Макдоналдса». Хотя что еще за чушь?… Данная информация сужает круг подозреваемых примерно до миллиарда.
Матери потребовалось пятнадцать минут, чтобы добраться до «Квик-Марта». Все это время Джемма игнорировала обеспокоенные взгляды Перва, не давала Руфусу добраться до образцов вяленого мяса и изо всех сил старалась припомнить произошедшее до мельчайших подробностей. Наконец, подъехала Кристина. Она выскочила из «БМВ» и, даже не захлопнув дверцу, принялась шарить глазами по парковке. Может, решила, что Джемма уже валяется на асфальте в позе эмбриона?
Спустя полминуты она заметила дочь и рванула в «Квик-Март». Схватив Джемму за плечи, Кристина сурово потребовала объяснить ей, что произошло.
Джемма натянуто улыбнулась.
– Я устала, – пробормотала она, посмотрев на мать, которая даже не сменила штаны и кофту для йоги на более цивилизованный наряд.
Тем не менее Кристина выглядела прекрасно – в отличие от самой Джеммы.
– Думаю, я слишком долго ходила пешком, – добавила Джемма.
Все дело было в том, что теперь ее разум, еле-еле скрипя шестеренками, уцепился за парочку деталей, которые показались Джемме необычайно важными. На сиденье «Шевроле» валялись пакеты из «Парти Сити», в котором круглый год продавали хэллоуинские маски, включая и личину Франкенштейна. Кроме того, старик назвал ее по имени.
И самое главное – его последние слова, которые Джемма в полной мере осознала лишь сейчас.
«Что ты знаешь про Хэвен?»
Глава 5
Джемма, конечно, не ожидала, что найдет в «Гугле» что-нибудь толковое про Хэвен. Хотя ее родители и раньше разговаривали про Хэвен, но Джемма не могла толком ничего вспомнить – лишь то, что Хэвен фигурировал в последней ссоре.
Когда она первый раз забила в поисковую строку «Хэвен», высыпалась мешанина ссылок на самые разные сайты. Группа «Хэвен» записала четвертый альбом. Некую Дэбби Хэвен осудили за совращение несовершеннолетнего ученика. Специалист по биоэтике Ричард Хэвен, основатель знаменитого исследовательского института, вылетел на своей машине в кювет на флоридской дороге, причем в том же самом году, когда родилась Джемма… Однако этот Ричард Хэвен успел завещать весьма крупную денежную сумму университету Пенсильвании, в котором был почетным профессором.
Похоже, в Сети царил кавардак. Джемме даже полегчало.
Но потом она забила в строке «Хэвен» и прибавила свою фамилию.
Итак, «Хэвен Ивз».
Компьютер молниеносно выдал свыше миллиона результатов. Все они относились к институту Хэвен – и Джемма быстро сообразила, что заведение наверняка основал тот самый Ричард Хэвен, который позже попал в автокатастрофу.
Институт располагался на Еловом острове неподалеку от побережья Флориды.
А вскоре Джемма наткнулась на файл PDF, приписываемый компании «Файн энд Ивз Фармацевтикэл». Это было письмо к держателям акций, в котором совет директоров сообщал, что нанимает на работу мистера Хэвена для проведения научных исследований. Правда, письмо написали через несколько лет после того, как отец порвал со вторым соучредителем и его выжили из компании.
Джемма запрыгала по ссылкам и в конце концов отыскала фотографию отца, сделанную на корпоративном приеме. Джеффри стоял рядом со светловолосым мужчиной, согласно подписи, это и был пресловутый Ричард Хэвен. А рядом маячил человек с темной курчавой бородой и странным угловатым лбом, придающим ему сходство с акулой. Доктор Марк Саперштейн – то было еще одно имя, затесавшееся в памяти Джеммы.
Но отец упомянул его той ночью! «Я слишком поздно понял, что замышляет Саперштейн».
После очередного набега на «Гугл» выяснилось, что Саперштейн заменил Ричарда Хэвена (кстати, после трагической кончины мистера Хэвена институт переименовали в его честь).
Джемма копалась в ссылках, запутываясь все сильнее. Если «Файн энд Ивз» взяли Хэвена на работу уже после ухода отца, откуда взялось столько фотографий, на которых отец с Хэвеном по-дружески общаются? Джемма отыскала интервью, которое Ричард Хэвен дал «Научной ассоциации врачей» – он выражал особую признательность Джеффри Ивзу за «неустанную поддержку медицинских исследований и совершенствование технологии стволовых клеток».
Однако Джемма не сдавалась и забила в поисковую строку: «институт Хэвен». Официальный сайт Хэвена оказался сделан по нудному безликому шаблону, одинаковому для всех подобных заведений, и пестрел нудными научными оборотами вроде «нейробиологическая проблема» и «передовое биотехнологическое оборудование». Джемма не обнаружила никаких указаний на то, чем конкретно занимались в Хэвене, – во всяком случае, ничего, что она сумела бы понять. Зато отметила, что институт открыли как раз за год до ее рождения. Как бы отец ни относился к Хэвену сейчас, оставил он «Файн энд Ивз» точно не из-за Хэвена. По времени не сходилось.