Лорен Норт – Идеальный сын (страница 31)

– Скажу, когда мы с ним наконец нормально пересечёмся. А то у нас смены невпопад. Мы и пересекаемся-то раз в день минут на пять в прихожей: один на работу идёт, второй – спать.

– Всё, готова, – тяжело дыша, сбегаю я по лестнице несколько минут спустя. Сэм сидит на нижней ступеньке.

– Сойдёт, – улыбается он. – Круто тебя увидеть наконец.

На глаза снова наворачиваются слёзы, киваю в ответ.

– И тебя.

Хорошо, внезапно думается мне, что Джейми в школе, а мы с Сэмом одни. Необязательно поддерживать разговор, притворяться, что мне лучше, чем есть. Необязательно быть мамой. Можно побыть собой, кто бы я такая ни была.

В ресторане тихо, и мы выбираем столик в углу у длинного стеклянного окна, выходящего в сад. На стенах развешаны огромные коровьи шкуры, а рядом стоят металлические скульптуры животных и других существ.

Сэм заказывает бургер – башню из мяса и хлеба с картошкой фри в серебряном горшочке. Я себе беру фиш-энд-чипс. Порция огромная, но я ем, пока живот не отзывается болью. Параллельно с поглощением пищи склоняемся над воскресным кроссвордом, который Сэм достал из кармана, словно маленький ребёнок – поделиться утаёнными им сладостями.

Силюсь разгадать хоть что-то, но мысленные каналы засорены, будто раковина на кухне. Ответы перемежаются разговорами про маму и Финна. Более чувствительные темы не затрагиваем: не заводим разговор ни про тебя, ни про то, как мы с Джейми справляемся, и я брату за это благодарна.

– Здорово было тебя повидать, – говорю я, когда мы выходим на холодный послеполуденный свет. У меня от такого количества еды болит живот. – Необязательно тебе было так далеко ехать.

– Обязательно. – Сэм приобнимает меня и ведёт к своей машине – старому «Вольво», зелёному, с ржавеющими вмятинами.

– Тесс, ты потрясающая. Тебе столько пришлось вытерпеть…

Киваю, но ничего не говорю. В горле болит, на глаза снова угрожают навернуться слёзы. Мы ведь так хорошо посидели, не хочу плакать. Сжимаю зубы, пока не успокаиваюсь.

– Ты нас ещё не скоро навестишь? – спрашивает Сэм. – Тебе было бы полезно на недельку выбраться из посёлка.

– Это тебя мама подбила предложить? – прищуриваюсь я, но с улыбкой. – А то она то же самое предлагала.

– Нет, но я её прекрасно понимаю. Одной шаркать в этом старом доме – легче от этого явно не станет.

– Мне… мне непросто сейчас куда-то в одиночку выезжать. Две недели назад со мной в магазине приключилось что-то типа приступа паники. Не будь Шелли рядом, уж не знаю, что бы я там наделала.

Пару мгновений сомневаюсь, а не рассказать ли Сэму про мужчину, который за мной гнался, про то, что к нам кто-то влез домой, пока меня не было. Но решаю промолчать. Шелли вон всё это время была рядом, а и она не верит. Представляю себе, как она стоит в столовой, слушает этот тупой электронный голос, сообщающий мне, что все сообщения удалены. Да у неё на лице всё было написано. Если уж её убедить не получилось, то какова вероятность, что Сэма получится?

– Через пару недель день рождения Джейми, – говорю тогда, окидывая взглядом посёлок и сельхозугодья. Река вышла из берегов, превратившись в одно большое озеро.

– Да, помню, – отвечает сзади Сэм. – С тобой всё будет хорошо?

– Да, думаю. Сложно будет. – Думаю про то, как будем праздновать без тебя, и в груди словно камень. – Шелли приглашу.

У неё получится создать атмосферу праздника так, как у меня никогда не получалось.

Сэм в ответ молчит, но я чувствую, что ему хочется что-то сказать. Поворачиваюсь, смотрю на него:

– Ты чего?

– Ты не злись только на меня, ладно?

– В смысле?

– Ну просто, помнишь того товарища, который, когда папы не стало, всё вокруг мамы тёрся?

– Помню, конечно. Проходу ей не давал.

– Ты меня тогда заставила с ним поговорить по-мужски о его намерениях, – корчит рожу Сэм, и я улыбаюсь. – Ну и выяснилось, что он маму много лет любил и хотел вместо папы с ней быть. А когда мы маме сказали, она просто в ужас пришла. Думала, он просто хороший друг.

– И что? Какое это к Шелли имеет отношение? – Чувствую, что отвечаю резко.

– Да никакого, наверное. Понимаешь – я рад, что у тебя появилась подруга, но просто хотелось бы, чтобы ты была уверена, что ей ничего другого не нужно. Ты теперь женщина, наверное, состоятельная, Тесс, не хотелось бы, чтобы кто-то тобой воспользовался. Тебе не кажется странным, что она попросила маму, меня звонить не тебе, а ей? Это мы вообще-то твоя семья.

– Но это я ей сказала, – отвечаю я.

– Точно ты?

– Да. – На самом деле вспомнить не получается, но я уверена, что я попросила Шелли. А если и не просила, то Шелли это предложила только затем, чтобы мне помочь.

– Ну ладно, но я тебе всё равно буду звонить, даже если трубку брать не будешь!

Улыбаюсь, и мы обнимаемся, долго, крепко.

– Буду брать, обещаю. Волноваться причин нет. Шелли просто хороший друг, и всё. Не собирается она заменить собой Марка, – пытаюсь я пошутить. – Йен меня, кстати, тоже про неё предупреждал.

– Йен, который брат Марка?

Киваю.

– Он мне покоя не даёт, всё хочет, чтобы я разобралась с наследством. Видимо, Марк у него занял, а Йен теперь хочет, чтобы долг вернули.

При мысли о Йене по спине пробегает холодок. Вот кто, уверена, ко мне забрался домой в моё отсутствие.

– Марк бы стал брать в долг, не обсудив с тобой?

Пожимаю плечами.

– Может быть. Разберусь.

– Ты же мне скажешь, если тебе захочется обсудить это всё или помощь понадобится? – спрашивает Сэм, открывая дверь машины. – Я рядом, Тесс. Обещай, что подумаешь в Ноттингеме погостить.

– Может, летом. Дай я сначала переживу день рождения Джейми. И наметим день.

Сэм кивает, но видно, что он волнуется.

– Пора тебе ехать, – говорю я.

– Так залезай.

– Да не, спасибо. Я обратно пройдусь.

– Точно?

– Мне полезно.

Пойду помедленнее, долгим кружным путём, а там и время подоспеет забирать Джейми.

– Ты не кисни, сестрёнка.

– Спасибо, что проведал, – отвечаю я.

Сэм садится в машину. Двигатель на мгновение завывает, прежде чем завестись. Отъезжая, Сэм складывает пальцы в знак телефона. Киваю и иду вниз.

По дороге в посёлок я думаю о разгадках кроссворда, о чувстве недостижимости этих разгадок. Мысль переходит в дневник, что я держу у постели. На страницах всё больше записей, но чем сильнее я стараюсь разобраться, тем больше у меня вопросов.

Я не могу больше жить в потёмках, надо искать и находить ответы. Начиная с того, почему Йен решил порыться в коробках у тебя в кабинете.

В тот день я к коробкам так и не приступила. У меня имелось с десяток причин, с десяток предлогов, почему это занятие лучше перенести на завтра. Может быть, я просто решила отложить, может, сил не осталось после встречи с Сэмом. И прогулка после ресторана не помогла. Сейчас я явно не спортсменка.

После школы разрешила Джейми играть в приставку, пока у него глаза на лоб не полезли. На ужин поковыряли с ним остатки паэльи, а потом смотрели серии «Том и Джерри», которые старше меня самой. Почитала Джейми на ночь и сразу же отправилась спать, завернувшись, как в кокон, в тёплое одеяло, и дала глазам закрыться самим собой. Впервые с тех пор, как я ложусь без тебя, я подумала, что действительно смогу поспать.

И ошиблась.

Глава 37

Звонит телефон. Прямо в тот момент, когда я на грани сна и бодрствования. Мне кажется, это сон. Пронзительный звон, вонзающийся в моё подсознание, впивающийся в меня, пугающий – это просто ещё один кошмар в череде других. Но нет, не просто. Открываю глаза, моргаю в темноте.

Моя рука цепляется за одеяло, похлопывая по твоей стороне кровати в поисках телефона. Экран освещает комнату зеленовато-белым свечением, и я замечаю, что нет ещё и девяти вечера.

Наклоняю голову, жду автоответчика – хоть бы это Шелли. Но – тишина. Опять сбросили. По телу расползается страх. Нет, теперь я точно не усну.