Лорен Норт – Идеальный сын (страница 16)

– А, да, забыла сказать, – замечает Шелли, пока ставит чайник кипятиться и достаёт из сушилки кружки. – Вчера, пока ты спала, звонила твоя мама на домашний. Я взяла трубку, чтобы тебя звонок не разбудил. Она переживает за тебя.

Вздыхаю, убирая в шкаф банку консервированной фасоли.

– Мне сейчас непросто с ней говорить. Ей хочется, чтобы я сказала, что всё налаживается, но я не хочу её обманывать.

– Знаю, и я ей это объяснила. У нас с ней на самом деле долгий разговор вышел. Она мне рассказала, как ей было непросто, когда твой папа умер, и она знает, каково тебе сейчас.

– Нет, не знает, – вырывается у меня. Пальцы хватают ручку дверцы. Сжимаю её крепко, а потом захлопываю ящик. – Извини, это несправедливо по отношению к ней, конечно. Но нет, не знает. Папе было 67. Это другое.

– Она так поддержать пытается, Тесс. Чужое горе ведь не измеришь.

Киваю, чувствуя укол совести: надо бы ей уже позвонить. Мне не за что обижаться на маму – конечно, она не хочет, чтобы меня мучила совесть от того, что я не перезваниваю. Но все же мучает же, а это несправедливо.

– Я перезвоню.

– Всё в порядке, – произносит Шелли. – Я ей объяснила, что ты чувствуешь, оставила свой номер. Теперь, если ей захочется узнать, как у тебя дела, она сможет связаться со мной. А ты ей позвонишь, когда будет желание.

В горле словно глиняный комок из грусти и облегчения.

– Спасибо.

– Не за что. Рада помочь. Если есть ещё люди, с которыми тебе не хотелось бы разговаривать, я могу их взять на себя. Вот, выпей чаю.

Шелли ставит на стол две чашки, и мы садимся друг напротив друга, как в первый её визит. С тех пор и недели не прошло, а сколько всего поменялось.

Не знаю, что бы я делала в эти выходные без Шелли.

– Так что же бассейн? – спрашиваю я. – Весело было?

– Да, – улыбается Шелли. – Я обычно днём по выходным не хожу. Было очень много детей – постоянно брызгались, прыгали с разбегу. Вспомнила Дилана. Ему бы точно понравилось. Как я по нему скучаю. – Она вздыхает, касается медальона. – У детей всегда столько энергии, правда? Дилан нам с Тимом принёс столько любви, но лично мне он подарил ещё и смысл. Мне нравилось быть мамой. Иногда по материнству тоскую не меньше, чем по сыну.

Пытаюсь представить Дилана. Наверняка мама из Шелли получилась отличная. Весёлая, озорная. Какой я сама была когда-то. Надеюсь, смотреть на Джейми в бассейне ей было не слишком больно. Но я не успеваю спросить – она уже встала, моет кружку.

– Я пойду, пожалуй, а то Тим уже, наверное, поисковый отряд собирает, – вздыхает Шелли.

– Ох. Ладно. – Не хочется её отпускать. Не хочется чувствовать одиночество, оставшись с одним Джейми в этом большом старом доме. – Ты прости, я сегодня сорвалась так на тебя…

Она машет мне рукой.

– И не думай извиняться. Рада, что тебе лучше. Напишешь мне потом?

– Напишу.

– Сейчас только шарф возьму, – говорит Шелли. – Кажется, в гостиной оставила.

Из гостиной сквозь открытую дверь доносится хохот Джейми, а потом его крик: «Пока».

– До встречи, – спустя мгновение произносит Шелли, крепко обнимает меня, и я чувствую тепло её тела. – Шажочки. По шажочку каждый день. Договорились?

– Договорились.

– Точно?

Я улыбаюсь.

– Точно.

– И не забудь про антидепрессанты. С ними станет легче.

И на этих словах она уходит.

Бреду в гостиную, сворачиваюсь на диване калачиком, смотрю, как играет Джейми. От подушек всё ещё веет духами Шелли. Без неё дом словно опустел. Пустым, холодным – вот каким он стал. Таким, какая я.

Глава 17

Не то чтобы я постоянно бывал у Тесс. Так, где-то спустя месяц после катастрофы заехал, проведал. Она не отвечала на звонки, я начал беспокоиться. В следующий раз я с ней говорил, когда она позвонила, никакая, и сказала, что увидела в магазине Марка. Она даже не мне позвонила, а самому Марку, на его телефон. Пыталась придумать какую-то отговорку, будто просто хотела услышать его голос, я ей не поверил. Как будто забыла, что мы договорились о переадресации его звонков мне. На похоронах обсуждали, и Тесс сказала, что мысль хорошая.

Мы быстро сблизились. Во второй раз мы с Тесс встретились в субботу. Я ей позвонила спросить, как дела. У неё выдалась сложная неделя. Стоило только Тесс услышать, я сразу поняла: ей плохо, нужно прийти помочь.

Возможно, в те выходные я зашла слишком далеко, но я чувствовала, каково ей, а ещё, что ей отчаянно нужно, чтобы кто-то был рядом. Она была на грани: в разговоре постоянно зависала, в глазах появлялось отсутствующее выражение. С родственниками ей разговаривать не хотелось, я и предложила, если что, общаться с ними за неё. Тесс это очень поддержало.

Глава 18

Взяла себя в руки, Марк. Скорее даже «собрала по кусочкам». Кажется, будто балансирую на краю обрыва, ровно в той точке, когда ещё не падаешь, но равновесие потеряно. В любое мгновение могу сорваться, чувствую, и снова будет как раньше: мрак вокруг, холод до костей и так больно, что на всё наплевать. Но сейчас я пока ещё на краю, уже что-то.

Не знаю, как так вышло, что мрак этот немного развеялся. Шелли помогала, да. Воскресенье сменилось понедельником, Джейми пошёл в школу, я сосредоточилась на том, чтобы принимать таблетки и каждый день делать по шажочку, как мне говорила Шелли.

В понедельник я из купленных ею яиц сделала блины. Вылила вязкую жёлтую жидкость на сковородку, слышу – шаги Джейми на лестнице. А когда он уже появился на пороге кухни, решила, что пора броском перевернуть. Правда, я немного подрастеряла навык и чуть-чуть перестаралась – блин запустила через всю кухню. Он приземлился на спинку стула и, сползая вниз, наконец упал. Зато рассмешила Джейми, так что оно того стоило.

Во вторник помыла ванну, заказала набор лего «Тысячелетний сокол» из «Звёздных войн», который Джейми хочет на день рождения. Восемь ему, конечно, не завтра исполняется, но вдруг придёт пора брать, а на складе нужного набора не окажется или он во время доставки потеряется.

А сегодня повозила под холодильником лопаткой. Выудила всю пыль и грязь, что там накопились, но только не магнитик с фото Джейми. Ну, может быть, он под плиту завалился. Потом драила изнутри шкафчики – твоя-то мама, наверное, себя этим ни разу не утруждала, – так десятилетиями их никто и не трогал. Послушала радио, ту же самую передачу, и в музыкальной викторине даже что-то угадала. Не забыла вовремя выключить, чтобы новости не слушать – а то вдруг про катастрофу опять будут говорить.

Но не в ящиках мой сегодняшний шажочек. Они для меня только способ занять себя делом, сосредоточиться. Мой шажочек – это Джейми. Заберу его из школы и устрою ему праздник.

Бегу по дорожке в деревню, гремя по лужам сапогами, сама в куртке, надёжно застёгнутой так, что только голова моя остаётся на растерзание порывам ледяного ветра.

Впереди трактор – тёмно-зелёный монстр, а не машина – тянет за собой платформу с огромной трубой. Делаю ещё несколько шагов, глядя на то, как крутятся, приближаясь, огромные резиновые колёса, а потом отхожу к краю, вжимаясь в колючие кусты. Но и так он проезжает очень близко. Руку вытянуть – коснулась бы. По ушам бьёт рёв мотора, на секунду ноги подкашиваются.

Следом тащится минивэн, а на заднем сиденье у него два скучающих на вид ребёнка в тёмно-синих школьных джемперах. Таких же джемперах, что и у Джейми, – опоздала, понимаю я.

Резко порываюсь вперёд, ощущая спиной, как за куртку цепляются колючки, оставляя затяжки на куртке. Вот и школа за поворотом, краснокирпичное здание, и Джейми стоит, ищет меня глазами. Поднимаю руку, машу, пока он меня не замечает.

– Прости, – произношу я с трудом, переводя дух, – дорогу трактор загородил, пришлось ждать, пока проедет. Как день сегодня прошёл?

– Хорошо, – отвечает Джейми, и мы идём.

– А делали что?

– Ничего.

– Так уж прям и ничего, – игриво спрашиваю я. – Ну что-то же вы делали?

– Не помню.

– Ну ладно. Я вот что подумала – почему бы, как вернёмся домой, не прыгнуть в машину и не поехать в Колчестер, в развлекательный центр? Который тебе ещё понравился на Хеллоуин. Тот, с горками.

– Сейчас?

– Ну да, почему нет?

– Не хочу, – отвечает он мне таким тоном, будто я ему сказала комнату убрать. Дуется, конечно, что я поздно пришла, но всё равно, мог бы и веселее ответить.

– Ох, ну я просто… просто думала, тебе весело там будет.

– А Шелли с нами поедет?

– Эм-м… нет.

– Туда только детей водят. Не хочу, не поеду.

– Но тебе же в прошлый раз так понравилось.

Помнишь, Марк? Он часами бегал вокруг этих всех лазалок в своём костюме оборотня, а мы сидели за липким столом, пили разбавленный чай, жалея, что это не вино.

– Я НЕ РЕБЁНОК! – кричит Джейми, да так громко, что я дёргаюсь от неожиданности.

– Но… – Гляжу на нашего с тобой милого, чудесного сына, который никогда ещё не кричал на меня, и не нахожу слов. Останавливаюсь, тянусь взять Джейми за руку, но он уворачивается, а потом и вовсе начинает бежать по дорожке в сторону дома.