Лорен Донер – Даркнесс (ЛП) (страница 63)

— Я в порядке.

— Каждый раз, когда я хочу тебя ненавидеть за то, что ты ведешь себя как робот, ты делаешь что-то, чего я не ожидаю, — она заколебалась, а потом удивила его, оседлав его колени. Он схватил ее за бедра, чтобы удержать ее от падения назад. — Есть весьма маленький шанс, что я беременна, помнишь? В худшем случае, это не будет концом света. Мне почти тридцать, так что, в любом случае, мне пора задуматься о ребенке. Моя мама будет в восторге. Я не уверена, плюс это или минус. Я не могу быть рядом с ней больше суток, не мечтая при этом о том, чтобы меня в детстве удочерили. Она очень негативный человек, — она гладила своими руками его руки. — Я не ожидаю ничего от тебя.

Ему не нравились эмоции, которые он чувствовал. Гнев. Боль. Не облегчение.

— Ну, если ты поможешь мне устроиться сюда на работу, то было бы здорово. В любом случае, мне, наверное, она будет нужна и очень скоро. Сотрудники живут в Хоумленде или в другом месте? Я должна выяснить условия проживания и посмотреть, смогу ли я удержать мою лучшую подругу от того, чтобы отречься от меня. Отсюда довольно далеко до моего дома, если я не беременна. Хотя я могу это сделать.

— Отречется от тебя?

— Я владею половиной дома, в который вы вломились. Мисси не может вносить платежи самостоятельно. Я не могу скинуть все на нее. Она — голодающий художник, — она улыбнулась. — По крайней мере, так она себя называет. У нее много еды. Просто она не делает то, что я делаю, и ее заработок может быть нестабильным, в зависимости от того, как ее романы продаются.

— Романы?

— Она пишет сексуальные романтические истории, — он выглядел ошеломленным. — Мне нужно позвонить ей домой. Я не скажу ничего про эту путаницу. Мне просто нужно сказать ей, что я в порядке.

— Ты не можешь.

— Она знает, где я нахожусь, — она заколебалась. — Она была там прошлой ночью. Я не хотела ее вмешивать, так что я ее спрятала. Она никому не скажет. Она также знает о нас. Я доверю Мисси свою жизнь, Даркнесс. Мы дружим с девятого класса. У нас у обеих была паршивая домашняя обстановка, и мы сильно привязаны друг к другу.

Он облизнул губы, споря сам с собой.

— Ты будешь злиться, а я не хочу этого.

— Что это значит?

— Ты успокоилась?

— Успокоилась.

Он все еще колебался. Она была в хорошем настроении, у него на коленях. Он не хотел, чтобы она кричала или снова его ударила. Это не больно, но это было не важно.

— Команда сделала зачистку вашего дома после того, как мы уехали. С нами в Хоумленд вернулись только три команды. Одна осталась, чтобы убедиться, что никто не пришел за тобой. Мы оставили их там.

Она побледнела.

— С Мисси все хорошо?

— Она в порядке. Сноу нашел ее, но он не причинит ей вреда. Я услышал об этом сегодня утром, когда я выходил, чтобы отдать указания.

— Ты ждал до сих пор, чтобы сказать мне? — она выглядела злой. — Где она?

— В вашем доме. Команда там с ней. Я общался прямо со Сноу. Он хороший самец. Она только испугалась на несколько секунд, когда он подкрался к ней сзади. Он понял, что она жила там, потому что ее запах был везде, и она была едва одета. Он знал, что она не незваный гость. Он клялся, что она не была против их пребывания там и не требовала, чтобы они ушли.

— Он — Новый Вид, да?

— Сноу — да, но остальные трое членов команды — люди.

Она стала успокаиваться.

— Ну, это должно взволновать ее. Она всегда хотела встретиться с одним из вас. Она не в наручниках или что-нибудь в этом роде, да?

— Нет. Она свободно передвигается по дому. Они будут оставаться там, на случай, если кто-то придет за тобой. Она будет защищена. Я хотел, чтобы они брали всех пришедших в плен.

Она толкнула его, удивив его настолько, что он упал навзничь. Кэт залезла на него, потянулся к телефону на тумбочке.

— Я позвоню ей, просто чтобы убедиться.

Он ухватил ее за талию и перевернулся, прижав ее собой.

— Она в порядке. Ваши телефонные линии не защищены. Я все устрою, если ты настаиваешь на разговоре с ней.

Кэт не сопротивлялась, и ее податливое тело напомнило ему, что она женщина. Его позаимствованная футболка очертила форму ее груди, удерживая его внимание.

— Не смотри таким взглядом.

Он взглянул вверх, чтобы увидеть, что она нахмурилась.

— Каким взглядом?

— Ты знаешь каким. Твои глаза снова меняют цвет. У меня есть предел — одна ошибка в день, и мы уже достигли его.

— Я взял презервативы.

— Это мило. Немного слишком самонадеянно. Что приводит тебя к мысли, что я хочу заняться с тобой сексом?

— Ты требовала жить со мной, — он любил вызовы, и Кэт предоставляла ему их. — Ты думала, что я не буду прикасаться к тебе?

— Я сказала тебе, что я аннулирую условия. Я собираюсь отправиться в гостевой домик.

— Да? — искры юмора всплыли, и он ухмыльнулся. — Только если я позволю тебе встать и уйти.

Он почти ожидал, что она пошлет его, когда она потянулась вверх и обхватила его лицо. Вместо этого она стала ласкать его. — Я не понимаю тебя. Ты знаешь, что ты запутался? В одну минуту ты холоден, а теперь пылаешь страстью.

Ее оценка была убийственно точна.

— Это твоя вина.

Одна бровь выгнулась.

— Что, правда? Почему?

— Ты сводишь меня с ума. Я не знаю, должен ли я позволить тебе уйти или нет, — он хотел быть честным. — Именно ты меня путаешь.

— По крайней мере, мы чувствуем то же самое, — она смотрела на его губы. — Поцелуи до сих пор под запретом? У тебя самый лучший рот.

— Я к этому еще не готов, — он так чувствовал, и он хотел быть честным.

Она подняла руки вверх, и ее пальцы поиграли с его волосами.

— По крайней мере, ты позволяешь мне прикасаться к тебе. Это прогресс. У тебя самые шелковые волосы. Мне нравится, что ты такой теплый, как будто тебя всегда лихорадит. Прошлой ночью мне было холодно, но я не знала, как ты отреагируешь, если я подкачусь к тебе под бок. Ты бы позволил мне сделать это, или бы вылез из постели?

— Я бы обнял тебя, но я знал, что ты была зла. Вот почему я лежал так далеко, как это было возможно.

— Я удивлена, что ты нигде не спрятал ножи. Ты не самый доверчивый человек. Я шутила, когда пригрозила тебя пристрелить.

— Я понял это.

Кэт провела по нему взглядом.

— Я — не она, ты знаешь.

Он не любил, когда ему напоминают о прошлом. Было ясно, кого она имела в виду — Галину.

— Я знаю.

— Мы можем принять новые правила?

— Почему?

— Я устала ходить на цыпочках и от тебя, напрягающегося от всего, что я делаю или говорю.

— Мне трудно довериться кому-либо.

— Я понимаю. Правда, понимаю. Люди врут мне все время на моей работе. Хотя мы не на дежурстве. Это просто ты и я, Даркнесс. Я добровольно поставила себя в трудную ситуацию ради тебя. Ты можешь хотя бы попробовать сделать то же самое для меня?

— Я не знаю. Чего ты хочешь?

— Больше никакой лжи. В одежде или когда мы голые. Я не хочу, чтобы мы должны были анализировать все, что мы говорим друг другу. Хорошее, плохое, неважно. Мы просто скажем все так, как есть.