Лорел Гамильтон – Страдание (страница 45)

— Ты пытаешься игнорировать Дамиана, Анита, но он твой вампир зова. Он твой вампир-слуга, и ты обменялась четырьмя метками с ним и Натаниэлем.

— Случайно, — буркнула я, и даже для меня это прозвучало, словно я защищалась.

— Неважно как, важно только что это случилось. Я знаю что Жан-Клод ждет, не начнет ли Дамиан стареть или прекратишь ли стареть ты, до того как он заведет разговор о разделении четвертой метки с тобой и Ричардом.

— Обычно, ты можешь иметь четыре метки только от одного вампира. Ты можешь быть человеком-слугой только одному вампиру.

— Обычно, но ты человек, не вампир, и у тебя есть вампир-слуга, а не человек. С тобой ничего не бывает «обычно», Анита.

— К чему ты ведешь?

— Ты первый истинный некромант за последнюю тысячу лет. Правила тебе не писаны, Анита.

— И что? — Мой вопрос прозвучал угрюмо. Я подавила желание сгорбиться на сидении. Мне хотелось забрать руку от Натаниэля и просто надуться. Я боролась с этим желанием, но даже то, что оно возникло, значило, что он задел меня за старое больное место. Не уверена какое именно, но то, что я хотела перестать касаться Натаниэля значило, что именно из-за этого что-то раньше мешало мне любить его и остальных людей в моей жизни.

Я заставила себя сесть прямо и продолжать касаться Натаниэля, но его рука в моей как-то застыла. Я заставила себя сделать ровный, глубокий вздох и медленно выдохнула:

— Ты к чему-то клонишь, Арэс?

— Триумвират Жан-Клода с тобой, как человеком-слугой и Ричардом Зееманом, как его волком зова не удается, потому что Ричард не может взять себя в руки и стать таким Ульфриком, который нам всем нужен.

— Он стал лучше справляться.

— Как Ульфрик, наш царь волков — да; но как третий из триумвирата Жан-Клода он просто отстой. Он использует вас с Жан-Клодом ради секса и скучает по доминированию над Ашером. Он может это отрицать, но у него есть потребность истязать Ашера. Я думаю, Ричард скучает по играм в доминирование с Ашером, так же сильно, как ты и Натаниэль. Он просто в этом никогда не признается.

— Я все еще жду к чему ты все это ведешь. А пока ты выкладываешь только то дерьмо, о котором мне и так все известно.

— У тебя есть триумвират силы с Натаниэлем, как твоим леопардом зова, и Дамианом, как твоим вампиром-слугой.

— Опять же, эта хренотень мне известна.

— Правда? — спросил Арэс. — Потому что все то время, что я на вас работаю, я бы так не сказал. Ты почти никогда не общаешься с Дамианом.

— У него моногамные отношения с Кардинал, и я это уважаю.

— Я имею в виду не только секс и кормление ardeur-а на нем, Анита. Я имею в виду использовать его для настоящего триумвирата силы, такого, о котором мечтает Жан-Клод.

— Не понимаю к чему ты клонишь.

Он снова посмотрел в зеркало заднего вида, но теперь не было встречных машин, чтобы осветить его лицо, так что я видела лишь очертания.

— Натаниэль, она лжет мне или себе?

— Хотел бы я сказать, чтобы вы меня в это не впутывали, но… — Он тяжело вздохнул.

Я посмотрела на него:

— Что не так?

— Я чувствую, как ты привязана к своим зверям зова и Жан-Клоду. Я знаю, как крепко мы связаны метафизически, но Дамиан всегда остается на задворках. Мне недостает его, Анита. Я не могу описать это по-другому, но иногда, когда ты призываешь силу, с ним чувствуется связь, но ее нету. Она… — Он посмотрел в окно, словно в поисках вдохновения.

— Она что? — подтолкнула я.

Он повернулся ко мне и даже в темноте, я могла почувствовать силу его взгляда:

— Она сломана. Не знаю как, но она повреждена, и это повреждение удерживает нас троих от того, какими сильными мы могли бы стать.

— Дело не только во мне, — сказала я и попыталась отнять руку, но он удержал ее, а я была недостаточно расстроена, чтобы продолжать попытки. — Дамиан не хочет быть связанным с нами еще ближе. Он боится, что его поглотит ardeur и он почти гомофоб.

Никки резко усмехнулся:

— Гомофоб, серьезно? Забавно.

— И чем же?

— Тем что если ты не чувствуешь себя, по крайней мере, комфортно, когда делишь Аниту с другими мужчинами и спишь потом в большой кошачьей куче, тогда тебе чертовски не повезло.

— Лондону не нравятся другие мужчины, и зрители, — сказал Натаниэль.

— Поэтому его отправили посмотреть другие территории вампиров? — спросил Арэс.

— Отчасти, — ответила я. Ни я, ни Натаниэль не стали говорить нашим двум новичкам, что Лондон пристрастился к обоим видам ardeur-а и получал силу после каждого кормления. Бель Морт, Красивая Смерть, основатель кровной линии Жан-Клода, подсадила Лондона, а не я. Он освободился от ее власти и отказался от нее, сбежав в Англию. Потом он пришел к нам и старая привычка вернулась. Для меня Лондон был идеальной пищей, но он уже был Мастером вампиров и на несколько веков старше Жан-Клода. Тот факт, что он достиг таких уровней силы, питая меня, значило, что он мог быстро достичь уровня силы Жан-Клода, так что мне пришлось отступить. Мы послали его осмотреть четыре территории за пределами штата, надеясь, что он найдет хорошее место и сможет стать чьим-нибудь заместителем. Он был достаточно силен, чтобы стать Мастером собственной территории, но Лондон не очень хорошо справлялся с современной политикой. Он все еще не вернулся из своего последнего пробного визита. Я даже не могла вспомнить, в каком он сейчас штате.

— Дамиан не может присоединиться к нам настолько сильно, насколько мог бы, почти по тем же причинам, по которым сопротивляется Ричард.

— Думаю, если бы ты взяла на себя инициативу, Дамиан чувствовал бы себя комфортней в постели с двумя из нас и с тобой посередине. Он не такой сильный, как Ричард. Думаю, он не смог бы отбиться он нас, как Ульфрик.

— Ты практически просишь меня запудрить Дамиану мозги и усилить триумвират между ним и нами, даже если это в каком-то смысле метафизическое изнасилование.

— Если представлять все так, то это звучит неправильно.

— Это не только звучит неправильно, — возмутилась я.

— У тебя не возникло проблем, когда ты проделала это со мной, — заметил Никки.

— Ты и твой прайд похитили меня, а ваши снайперы чуть не убили Натаниэля, Мику и Джейсона. У меня не было выбора, когда сделала тебя своей Невестой.

— Если тебя это утешит, я никогда не был так счастлив, — сказал он.

Это немного успокаивало, но вслух я сказала:

— Для того, чьим единственным желанием должны быть мое счастье и комфорт, ты говоришь одни из самых неприятных вещей.

Он пожал плечами, насколько ему позволили мышцы и ответил:

— Иногда то, что тебе нужно услышать, и есть неприятное.

— Хочешь сказать, что говоришь мне то, что мне нужно услышать?

— Иногда.

— Отчего мне становится неприятно, а тебя беспокоит, когда мне неприятно?

— Вроде как.

Я нахмурилась и не знала, достаточно ли хорошее у него ночное зрение, чтобы это увидеть, но я должна была нахмуриться:

— Не уверена, что действительно поняла, кем именно должна быть Невеста Дракулы.

— Мы именно те, кем ты хочешь нас видеть, — ответил он.

— Из-за того, что ты действительно так думаешь, — заметил Арес, — я рад, что Анита не может призывать гиен.

Никки повернулся и сказал Аресу:

— Мастер вампиров превращает обычных людей в Невест Дракулы. Теоретически, это и на тебе сработает.

Арес вздрогнул так сильно, что я заметила это даже в темной машине:

— Давайте не проверять эту теорию, хорошо?

На машине Эла вспыхнули красные стоп-сигналы и он свернул на узкую грунтовую дорогу. Я думала, что уже было темно, но когда деревья стали расти прямо у дороги, я поняла как ошибалась. Здесь было темнее и я знала, что под самими деревьями будет еще темнее. Я выросла в деревне, ходила в походы и на охоту с отцом. Я бывала ночью в лесу. В детстве я никогда не боялась ночного леса, а дома ночью было страшно. Монстры в моем воображении прятались под кроватью и в шкафу, а не среди деревьев. Повзрослев, я узнала, что есть вещи и похуже, чем выслеживать диких оборотней или вампиров в лесу. Я просто была рада, что сейчас мы не на охоте. Я понимала, что если уж на освещенной звездами и лунным светом дороге сейчас было темно, то под самими деревьями темень будет хоть глаз выколи.

Не только я подумала об этом, потому что Арэс произнес:

— Под деревьями будет как в жопе.

— У вас ночное зрение лучше, чем у меня, — сказала я.