Лорел Гамильтон – Рафаэль (страница 31)

Это была высокая ограда с колючей проволокой наверху.

— Время на исходе, Жан-Клод. Если у тебя есть какой-то совет, самое время его озвучить. — Я сказала это вслух, потому что мне было уже наплевать.

Он не стал тратить время на слова — просто показал мне свои знания и навыки управления сверхъестественными силами. Жан-Клод полагал, что века практики смогут мне помочь. У меня перед глазами замелькали воспоминания на эту тему, но они были как колода карт, которую ты тасуешь — ты видишь лишь подсказки и картинки вместо карты целиком, но я вдруг как будто бы смогла запомнить эти карты. Если что-то из того, что он знает, может мне помочь, я это что-то найду. Тут все дело в практике, потому что метафизике мы обучаемся точно так же, как и физическим навыкам. Все происходит не так формально, и группы поменьше — больше упора на индивидуальную подготовку, но мы еще никогда не были так хороши в этом деле, если забыть про Ричарда, который был для нас недостающим кусочком паззла. Я отмахнулась от этой мысли и поняла, что она не моя — это была мысль Жан-Клода. Потеря Ричарда сказалась на нем сильнее, чем на мне, потому что я нашла себе тех, кто заменил мне его в сердце и в постели, а Жан-Клод по-прежнему искал способ заполнить те дыры, которые оставил ему наш отсутствующий вервольф. Жан-Клод втянул свои чувства и мысли обратно, после чего осторожно закрылся от меня щитами. Он неплохо поднаторел в выборе тех вещей, которые разделял со мной метафизически. Я же по-прежнему ненароком сливала ему то, чем не собиралась делиться.

«Я рядом, если понадоблюсь, ma petite, а если нужда станет невыносимой, то буду рядом во плоти»

«Не вздумай рисковать собой»

«Я буду сама осмотрительность, ma petite»

Охранники, стоявшие у ворот, открыли их для нас, после чего внедорожник проскользнул внутрь, и поток силы вновь выбил у меня дыхание из груди.

«Помни о том, чему ты научилась, ma petite, je t’aime» (я люблю тебя, фр. — прим. переводчика)

«Je t’aime»

Только я успела об этом подумать, как у меня так сильно перехватило дыхание, что я с трудом сглотнула. Мы проехали сквозь магический круг из числа тех, что создавали мои друзья виккане и ведьмы, когда работали с магией, и, как все подобные круги, он был предназначен для усиления энергии и наполнения ею. Я словно очутилась внутри гигантского бьющегося сердца — сила была вокруг меня и ощущалась, как гудящая машина, но я знала, что она не была реальной. Магия подобна эмоциям — и то, и другое ощущается реальным до тех пор, пока ты не попытаешься объяснить их другим людям, и в этот момент они теряют всякий смысл.

— Для чего здесь постоянный магический круг? — Спросила Пьеретта. Она смотрела наружу сквозь затемненное окно внедорожника так, как будто искала источники угрозы или того, кто создал этот круг.

Я ответила ей, и мой голос прозвучал с придыханием, как будто я бежала.

— Чтобы удерживать силу внутри него.

— Мы же говорили тебе, что это наше место силы. — Сказала Клодия.

— Лупанарий ощущается иначе.

— Волки сильны здесь, в этом городе, но они — не мы. Родере ни разу не покоряли. Мы никогда не были разбиты настолько, чтобы забыть, кто мы такие — мы стояли единым фронтом на протяжении тысячи лет. — Клодия ответила с такой гордостью, и учитывая тот ревущий пульс силы, в котором я купалась, ей было чем гордиться.

Я ощутила, как глаза наполняются слезами, и не совсем поняла, почему. Я повернулась к Пьеретте и вцепилась ей в руку. Это дало мне своего рода якорь под напором прибоя из магии.

— Так вот что ты имела в виду, когда говорила, что все мы здесь, в Сент-Луисе, сломлены?

— Да. — Ответила она.

— Родере не сломлено. — Сказала я, и ощутила, как первая слеза непрошенной горячей дорожкой скатилась по моей щеке.

— Нет, они сильны и едины.

— Мы все должны ощущаться вот так?

— Я ничего не знаю про всех, но — да, это то, как должно быть.

— А леопарды могут стать такими?

— Только если мы вновь обретем наших волшебников.

— Волшебников?

— Без наших бруха мы бы не были родере. — Пояснила Клодия.

— Я ни разу не встречала ваших колдунов. — Удивилась я.

— А с чего бы? Ты не была здесь раньше, а они тебе не телохранители.

Я почувствовала себя такой маленькой под напором этой силы вокруг меня, как будто я должна была иметь в себе мощь, чтобы ответить, но ее не было. Мои звери зашевелились внутри меня — не как если бы они попытались подняться, а как будто они поняли мою мысль. Где же наша магия?

Гиена уставилась на меня своими карими глазами со зрачками-щелочками. Я посмотрела в них и поняла, что только сегодня узнала о том, что гиены тоже никогда не теряли свою магию. Какого хрена произошло со всеми остальными?

15

Когда я выбралась из внедорожника, Клодия была с одной стороны от меня, а Пьеретта — с другой. Водителю и штурману не разрешили остаться с нами — вернее, со мной. Они должны были отъехать и убраться с главной дороги вместе с остальными машинами. Мы ведь не хотим, чтобы полицейские, которые совершают объезд, засекли слишком много припаркованных тачек в складском районе.

Нас троих окружили огромные здания складских помещений, а за нашими спинами остались ворота и ограда. Совершать необдуманных действий я не собиралась. Мой взгляд скользнул в сторону реки, мимо тех немногих людей, которые остались за пределами склада. Сент-Луис слишком большой город, чтобы здесь было по-настоящему темно, но я бы почувствовала реку даже без дополнительного освещения. Миссисипи настолько огромная, что ее невозможно игнорировать на таком расстоянии. Ее энергия, поток — звук был слабым, но отчетливым, и шум воды был таким, как это бывает, когда ты точно знаешь, что неподалеку раскинулось большое озеро или, может, даже океан. И река создавала именно такое ощущение.

Я вдруг поняла, что ритм и скорость течения энергии были как-то связаны с рекой. Может, маги родере, их бруха, как-то использовали реку при создании своего защитного круга, или, может, река просто текла под боком, и у них не было выбора, кроме как использовать ее? Некоторое вещи слишком могущественны и огромны, чтобы их игнорировать. Думаю, это что-то из разряда вопроса про курицу и яйцо, и над этим не стоит особо заморачиваться. Пульс силы использовал реку, как поток крови, чтобы биться. Она была подобна огромной метафизической батарейке.

— Анита, ты в порядке? — Спросила Клодия.

Я кивнула.

— Магия… очень громкая.

Пьеретта взяла меня за руку, и, поскольку мы обе были правши, ей пришлось пожертвовать той рукой, которой она стреляла, потому что она знала: я своей не пожертвую. Не здесь и не сейчас, когда повсюду эта странная магия, и некоторые уже начинают коситься в нашу сторону.

— Она бьется в твоем теле вторым пульсом. — Заметила Пьеретта.

— И твое прикосновение не слишком помогает. — Сказала я.

— Я ощутила энергию и раньше, но теперь ее больше. — Ответила она.

Я стиснула ее ладонь и отпустила.

— Если тебе это мешает, а мне не помогает, я лучше оставлю тебя с ясной головой.

Пьеретта встретила мое решение без единого вопроса. Мы были любовницами, но в первую очередь она была моим телохранителем, и никогда не забывала об этом — это была одна из причин, почему мы могли встречаться. Небольшая группа незнакомцев косилась на нас, стоя у дверей ближайшего амбара. Я должна была почувствовать их энергию, понять, люди они или оборотни, но я не могла. Магия окутала меня настолько плотно, что я была слепа ко всему, что было хоть немного меньше нее.

Клодия уверенно прошла мимо группы незнакомцев в сторону первого амбара, и мы изо всех сил старались излучать ту же уверенность — дескать, у нас тут дела, и нет времени на разговорчики, но один из мужчин окликнул ее:

— Эй, Клодия, ты чего кошку в наш дом притащила?

Я затупила на секунду, а потом поняла, что он говорит о Пьеретте, или, может, он имел в виду нас обеих. Хотя, нет — тогда бы он сказал во множественном числе: «кошек». Клодия ответила ему на ходу:

— Рафаэль в курсе, что она придет.

Я ощутила, как энергия среагировала подобно потревоженной воде. Я знала, что кто-то из них двинулся в нашу сторону. Он был похож на неуклюжего пловца, который создает слишком много волн, или на парня, который пытается незаметно пробраться сквозь чащу, но по пути ломает кусты, как слон. Озвучивать свои мысли я не стала — просто развернулась и встретила его до того, как он смог коснуться Пьеретты. Она тоже к нему повернулась. Ему не удалось к ней подкрасться, а энергия вокруг нас будто бы заставила его двигаться медленнее, или, может, меня — быстрее.

Этот парень считал, что его скорость хороша, потому что он явно удивился, когда мы обе уставились на него. Роста он был такого же, как мы, и выглядел утонченно для мужчины, а его типаж напоминал скорее азиатский, нежели испанский, как у Рафаэля.

— Никаких драк у дороги, Денни, и ты это знаешь. — Произнесла Клодия, нависая над нами.

— Я ведь не достал нож. — Возразил он.

— Только попробуй, и отправишься в ямы на разогрев. Таковы правила. — Отрезала она.

Этого правила я не знала, но дождалась, пока Денни отойдет назад и присоединится к группе своих друзей, и только потом обратилась к Клодии, понизив голос:

— Есть еще какие-то правила, которые бросят нас на съедение волкам, крысам, или кому там еще? — Спросила я.