Лорел Гамильтон – Багровая смерть (страница 79)

Охранник у двери проводил мужчину и без всяких просьб закрыл за собой дверь. Новые парни становились все лучше и лучше. У нас были те, кто отлично справлялся в части боя и защиты, но недопонимали тонкости, как провести того, кто пришел исправить водопровод или что-то еще, в дом и из него. Быть хорошим телохранителем для нас в некотором смысле было ближе к тому, чтобы быть вышибалой; ты тоже должен был знать, как работать с дверью.

Я стиснула руки вокруг талии Жан-Клода и улыбнулась в темно-синие глаза.

— Я бы хотела секса под названием «До свидания, я улетаю в другую страну».

Он рассмеялся таким закрытым, почти мычащим смехом, какой редко от него услышишь, ради которого стоило постараться. Он прижал меня ближе к себе, перебирая мои волосы, прижимая мою щеку к груди.

— Ma petite, как я могу отвергнуть столь очаровательное предложение?

Я подняла голову, чтобы увидеть его лицо. Оно все еще светилось смехом, отчего я улыбнулась сильнее.

— Я буду по тебе скучать.

Его лицо посерьезнело почти так же медленно, как и у человека, но если честно, старым вампирам трудно удерживать удивленное выражение лица. Они склонны возвращаться к тому, к чему они себя приучили — их нейтральному выражению. Я была озадачена этим, пока не повстречала достаточно вампиров, которые когда-то имели власть над ними всеми. Любая эмоция может быть использована против них, и, вероятно, так и будет. У копов было нейтральное лицо, за которым они прятались. Никто не прятался так хорошо, как старые вампиры, но у них было больше практики, чем у большинства человеческих копов.

— Я тоже буду по тебе скучать, ma petite, — он склонился и должен был расслабить руки, чтобы я смогла встретить его поцелуй. Я постаралась вложить в этот поцелуй как можно больше языка тела, но он отодвинулся, прежде чем я смогла нас слишком отвлечь. — Я еще не питался сегодня, ma petite.

— Я тоже, — сказала я и попыталась вернуться к поцелую.

Он поднял голову так, что я не могла дотянуться и сказал:

— Я должен взять кровь, прежде чем смогу заняться с тобой любовью.

— Ты берешь кровь в качестве предварительной игры, и мы этим наслаждаемся.

Он улыбнулся и покачал головой:

— Увы, ma petite, я думаю, ты должна сохранить свою драгоценную кровь для трех вампиров, которые поедут с тобой. Они не могут позволить себе питаться от ирландцев во время столь важного дела.

— Это почти в точности то, что сказал Дамиан.

— Он стал мудрым.

Я вздохнула и внезапно почувствовала себя не так сексуально.

— На самом деле, и да, и нет.

Он чуть нахмурился:

— Что значит — и да, и нет?

Я начала было ему объяснять, что произошло, но потом поняла, что трачу время зря. Я открыла связь между нами чуть сильнее; если я думала о воспоминаниях, он мог видеть их со мной вместе. Когда мы только начали заниматься подобными вещами, я не слишком умела передавать избранные воспоминания, но практика помогает. То, что могло потребовать минуты, заняло секунды.

— Похоже, наш котенок стал котом, — сказал Жан-Клод.

— Ты имеешь в виду Натэниэла?

— Oui.

— Можно и так сказать, — кивнула я.

— Дамиан поможет тебе контролировать новую силу.

— Ага, и Натэниэл станет более осторожным, я полагаю.

— Я надеюсь, ты права.

Я изучала его лицо.

— Ты не вполне уверен, иначе ты бы не стал плотно закрывать метки снова. Ты не хочешь, чтобы я знала, о чем ты думаешь.

— Ты спрашиваешь, озабочен ли я тем, что Натэниэл позволит новой магии вскружить ему голову. Разумеется, это так. Но мы должны доверять друг другу, потому что мы выстроены звено за звеном в цепь, которая вместе сильнее, чем куча отдельных звеньев.

— Ты же знаешь, как говорят: прочность цепи определяется ее самым слабым звеном.

— Думаешь, Натэниэл — наше слабое звено?

Лишь на секунду я об этом задумалась, а после покачала головой:

— Нет. Нет, не думаю.

— Хорошо, — улыбнулся он. — Не сомневайся в нашем котике сейчас, когда он отрастил коготки, но радуйся дополнительной силе, которую это принесет всем нам.

— Разве если что-то дает нам больше силы, то все в порядке?

— Не всегда, но сила часто представляет собой баланс между полученными выгодами и рисками.

— Я понимаю.

— Прекрасно, но тебе нужно накормить ardeur до посадки в самолет, ma petite.

— Если я не могу давать кровь, ты можешь по-быстрому перехватить?

Он ослепительно улыбнулся:

— Я уже давным-давно не перехватывал свою пищу, ma petite.

Я нахмурилась, не выдержала и снова улыбнулась.

— Ты знаешь, о чем я.

— Знаю, но кто бы ни предложил мне свой источник жизни, заслуживает намного лучшего обращения, чем как к быстрому перекусу.

— Я понимаю, но не хочу упускать шанс заняться с тобой любовью перед отъездом.

— Как и я, но ответ прост: мы включаем донора, который может быть частью нашей предварительной игры, так что питание будет включено в секс.

— Значит, это будет кто-то, кто даст кровь тебе, и на ком я накормлю ardeur?

— Oui.

— И кого ты имеешь в виду?

28

Он имел в виду Никки; меня это устроило, поэтому мы отправили одного из охранников найти его. Затем я осознала, что у нас есть сотовые. Он спросил:

— Что ты делаешь, ma petite?

— Пишу Никки.

— Non, ma petite, со столь деликатным предложением лучше обратиться лично.

— Никки не такой уж официальный парень, — ответила я.

— Он влюблен в тебя, ma petite, но не в меня. К тому же, Никки совсем недавно был моим донором. Я предпочту проявить излишнюю заботу, нежели нанести оскорбление.

Я нахмурилась:

— Это значит — либо он нравится тебе сильнее, чем я думала, и ты не хочешь попасть впросак, либо ты боишься оскорбить его по другой причине.

Он улыбнулся.

— Ты влюблена в него, ma petite, и все же он не потребовал, чтобы его включили в расширенную церемонию со всеми нами. Я очень ценю, что Никки не испытывает трудностей с этим.

— Ты имеешь ввиду, в отличие от большинства вертигров? — спросила я.

— Да.