Лорел Гамильтон – Багровая смерть (страница 42)

— А так я разве не всегда поступаю?

— Да, всегда.

— Позвони мне с ответом Дамиана, — сказал он и дал отбой.

— Блять, — сказала я телефону.

— Что не так? — спросил Натэниэл.

— Еще смерти в Ирландии. Очевидно, у одного из вампиров пристрастие к детям.

— Я не думал, что вампиры так часто нападают на детей, — сказал Натэниэл.

— Не нападаем, — откликнулся Жан-Клод.

— Их горло настолько маленькое, что хороший укус может перекрыть кровоснабжение, так зачем на них нападать? — спросила я.

— Попроси Эдуарда прислать снимки новых жертв. Если их глотки целы, а укусы достаточно изящны, то возможно, новые ирландские вампиры нарушили одно из немногих наших строгих табу.

— Ты имеешь в виду, создают новых детей-вампиров, — сказала я.

Жан-Клод чуть кивнул. Он не пытался скрыть злость на лице.

— Я король только Америки, но если они это делают, их нужно остановить. Запрещено обращать детей по любой причине.

— Как король Америки, ты не имеешь власти за ее пределами, правильно?

— Единственным правителем в Ирландии была старый мастер Дамиана. Если она не может контролировать новых представителей своей страны лучше, то что-то тут очень не так.

— Что могло так сильно навредить ее силе всего за несколько лет? — спросила я.

— Вы почувствовали ее силу на расстоянии, ma petite, Натэниэл. Я чувствовал лично. Я не могу ничего себе представить, что могло бы оставить ее беззубой и бессильной перед любым противником, кроме самой Матери.

— Похоже, это новые монстры, а не старые, — сказала я.

— Согласен, ma petite, но новички сильные.

— Не важно, старая это сила или новая, — сказал Натэниэл. — Мы должны остановить тех, кто это творит.

— Да, должны, — ответила я.

— Мы согласились, — резюмировал Жан-Клод.

Да, мы с этим согласились, и это прекрасно, но нам был нужен план. Эдуард просил о помощи, чего не делал почти никогда. Одна из жутчайших вампиров, похоже, потеряла силу перед лицом того, что происходит в ее стране, или может, ей плевать.

Я спросила Жан-Клода:

— Могла Та-Что-Создала-Дамиана просто насрать на все?

— Прости, ma petite?

— Она могла просто не заботиться о том, чтобы контролировать новых вампиров?

— Ты имеешь в виду, не могла ли она уступить?

— Я имею в виду, она достаточно стара, чтобы не двигаться во времени? Некоторые так поступают, верно? Они просто отклоняют изменения и как будто прячутся ото всего.

— Это случалось, но в прошлом совет не позволял этому нарушать обычную работу.

— То есть Мать Всея Тьмы отправила бы Арлекин узнать в чем дело и все исправить.

— Qui, это я и имел в виду.

— Мы убили Мать Всея Тьмы, а большая часть Арлекина работает теперь на нас.

— Это правда, ma petite.

Натэниэл переводил взгляд с одного из нас на другого.

— Делали ли они что-то, чего мы не делаем сейчас?

— Что ты имеешь в виду? — спросила я.

— Жан-Клод управляет новой структурой власти, но она не похожа на старую. Мы в основном только здесь, в Америке. Старый совет поступал иначе, верно? — сказал Натэниэл.

— Они имели связь с большей частью мира, чем мы, — сказал Жан-Клод.

— Мы упустили тут что-то, Жан-Клод? Мать, Арлекин или старый совет делали что-то, чтобы сохранить Ирландию в безопасности, и теперь, когда мы уничтожили их власть, неужели мы каким-то образом стали причиной этого? — предположила я.

Он стал очень тихим. Я знала, что это значит, что он либо думает, либо прячет свои мысли.

— Я в это не верю, но если мы хотим узнать, что совет делал для сохранения статус-кво в Ирландии, у нас есть, кого спросить.

— Арлекин, — сказала я.

— Теперь — наша охрана, — поправил он.

— Разве Арлекин тебе не сказали бы, если было бы что-то важное, что ты должен продолжать делать? — спросил Натэниэл.

— Все Арлекин старше, чем я, а в определенном возрасте появляется что-то, что дает тебе более широкий взгляд на вещи.

— И что бы это значило? — спросила я.

— Они могут не воспринимать это как достаточно важное, чтобы поделиться, пока это не превратится в проблему.

— Даже если это будет стоить жизней? — спросила я.

— Вампирам Арлекина тысячи лет, ma petite. Они не воспринимают человеческую жизнь настолько ценной, как мы.

— Тогда их отношение должно измениться, — сказала я.

— Я бы согласился, чтобы они делились всеми важными тайнами, пока они не превратились в проблемы.

— Мы не знаем, что они скрывают что-то касательно Ирландии, — сказала я.

— Да, это правда, но старый совет распущен. Их власть уничтожена и включена в основание нашей власти, и вдруг в стране, которая работала безупречно в течение тысячелетий, начинаются беспорядки. Мы должны усомниться в совпадении, по крайней мере.

— Если это совпадение, — добавила я.

— Не бери в голову, ma petite. Не все, что идет в мире не так, нас касается.

— Да, но если мы правим американскими вампирами, то кто сейчас правит в Европе?

— Если я попытаюсь распространить власть на весь мир, у нас будет куча битв. Одной из причин, что все прошло так гладко, стало то, что я не боролся за возможность править всем миром.

— Я не хочу вампирскую мировую войну, но кто-то должен управлять вами, ребята.

— Мы управляли собой дольше, чем люди узнали, что существует мир, которым можно править.

— Но все это время Мать Всея Тьмы управляла всеми вами, так?

— Qui.

— А теперь — нет, потому что мы убили ее.

— Размышляешь, что вампирская мышь делает теперь, когда кошки не стало, да, ma petite?

— Да, — ответила я.