Лорд Дансени – Человек, который съел Феникса (страница 25)

– Почему? – удивился ветер.

– Потому что западный ветер самый веселый, – объяснила девочка. – Северный ветер очень сердитый, а восточный ветер никому не нравится. Будь лучше западным ветром, ладно?

– Ну, я подумаю…

– Или южным.

– Там видно будет, – важно сказал ветер.

– А ты будешь сильно дуть?

– Фью! Еще как!

– И погонишь листья прочь?

– Сначала я сделаю так, чтобы они кружились и танцевали в воздухе, – сказал ветер. – А потом, когда я вырвусь из леса, я заставлю их лететь очень быстро.

– А что еще ты можешь? – спросила Эмили.

– Х-ха! – ответил ветер, и весь лес зазвенел от его ликующего возгласа.

– А ветки ты можешь заставить летать? – поинтересовалась Эмили.

– Что ветки! Я могу швырять целые деревья, – сказал ветер. – Но и это еще не все!

И тут весь лес понял, что его тайна гораздо больше.

– Ты, наверное, можешь отнести на юг всех диких гусей? – попыталась догадаться Эмили.

– Не только.

– И прогнать айсберги далеко в море?

– Ха-ха! – сказал ветер. – Еще лучше.

И пока Эмили сидела и думала, сквозь огромную тускло-синюю фигуру проскочила снизу вверх какая-то мерцающая искра, похожая то ли на звездный свет, то ли на смех. Лес притих. Впрочем, ветер казался Эмили довольно веселым… и тут ей на ум пришла восхитительная мысль. Правда, она не была уверена, что ее догадка верна, и решила, что лучше спросить.

– Что же еще ты можешь делать? – медленно проговорила она.

– Я отправлюсь в города! – торжественно сказал ветер.

– И чем ты там займешься? – спросила Эмили, чьи веселые подозрения еще больше окрепли.

Мерцающие искры снова пробежали по огромной фигуре ветра, и как раз тогда, когда казалось, что он больше не в силах хранить свою тайну, девочка снова спросила:

– Что ты будешь делать в городе?

И в глубокой лесной тишине прозвучал громкий ответ ветра:

– Я буду срывать с людей шляпы! – воскликнул он во все горло.

– Я так и думала, – сказала Эмили.

– Срывать шляпы и катать их по улицам! – прокричал ветер.

– Вот будет весело! – согласилась Эмили, и оба вприпрыжку побежали к западной окраине леса.

Тигровая шкура

Мистер Альфред Джерк работает в магазине, который больше, чем просто магазин. Говорят, там можно купить все что угодно – и я почти склонен в это поверить. Однажды, рассказывает Джерк, пришел к ним покупатель приобрести стол. С тех пор минуло уже два года, но Джерк отлично помнит, как было дело, потому что стол требовался весьма необычный. Покупатель назвался Тейверсом. Ему нужен был стол вроде бильярдного. «Вообще-то, как раз бильярдный стол подойдет лучше всего», – заявил он. Но только определенного размера.

Джерк, полагая, что для полноразмерного стола у покупателя не хватает места, показал ему несколько бильярдных столов поменьше; но ни один не подошел. Как выяснилось, стол нужен был самую малость покороче стандартного; собственно, Тейверса устроил бы стол и обычной длины, но только на фут пошире. Типовой бильярдный стол – шести футов в ширину, и, конечно же, мистер Джерк пообещал, что именно такой и подберет – ни дюймом меньше. Но нет; Тейверсу требовалось ровно семь футов, и не иначе. Очень скоро мистер Джерк понял, что торговому дому «Хэтби энд Гейтер» придется заказывать стол по индивидуальным размерам.

Продать то, что фабрика поставляет сотнями, куда проще, чем изготавливать вещь на заказ, поэтому Джерк попытался убедить клиента взять стандартный стол. Но тот ни в какую не соглашался. Как выяснилось, стол был ему нужен не для того, чтобы играть в бильярд, – что, самоочевидно, свело на нет все доводы мистера Джерка, основанные именно на таком предположении. Но нет: Тейверс собирался расстелить на столе шкуру.

Что за шкуру? – уточнил мистер Джерк. Да тигровую шкуру. А какого в точности размера? Здесь мистер Тейверс затруднялся с ответом. Где-то десять-одиннадцать футов в длину и до семи футов в ширину. Он собирался разложить шкуру на столе, где на нее никто не наступит, никто об нее не споткнется и ее не истопчет. Тут-то и выяснилось, что шкуру мистер Тейверс еще не добыл, но как раз собирается в Индию, чтобы подстрелить тигра.

Продавец и покупатель немного потолковали о том, что Индия – это вам не Англия, и как же до Индии далеко, потом вернулись к тому, что стелить тигровую шкуру на пол – дело гиблое, стоит пройтись по ней в обуви – и все, пиши пропало. И вот стол был заказан – решительно и бесповоротно, семь на одиннадцать с половиной футов, и в придачу – стандартный набор шаров и кии. А еще мистер Джерк получил заказ на длинную и короткую киевницы – призвав на помощь всю свою деловую хватку, ведь играть в бильярд покупатель со всей очевидностью не собирался.

В Индии Тейверс обнаружил, что черные антилопы встречаются куда чаще тигров. По правде сказать, тераи[12], где он разбил свой лагерь и получил разрешение на охоту, находились в пятидесяти милях от ближайшего места, где за последний год видели тигра. Так что Тейверс стрелял себе черных антилоп; иногда попадались и болотные олени, и один раз – антилопа нильгау. Охотник добыл несколько превосходных голов и, удовольствовавшись ими, о тигре почти позабыл.

А между тем фабрика в Лидсе выполняла трудоемкий заказ для торгового дома «Хэтби энд Гейтер»: бильярдный стол, семь на одиннадцать с половиной футов.

Примерно тогда же кое у кого проснулся аппетит. Трудно сказать, откуда берутся вкусовые пристрастия; трудно сказать, почему нам внезапно хочется сыра, или баранины, или ананаса. Лично мне кажется, что эти предпочтения для нас – что-то вроде подсказок; сдается мне, когда нас потянет на сыр, баранину или ананас, это значит, что сыр, баранина или ананас для нас полезны, а наше нёбо просто сообщает нам о какой-то глубокой внутренней потребности.

Как бы то ни было, всем нам такое знакомо: будь то в здравии или в болезни, вдруг неотвязно захочется чего-то такого, необычного, зачастую пустяка какого-нибудь, а вот поди ж ты! Так случилось в ту пору с одним тигром в джунглях далеко от холмов: ему вдруг ужасно захотелось отведать плоти белого человека, и тигр тотчас же покинул свое логово. Вела ли его случайность или тот же самый инстинкт, который и пробудил в нем такое желание, но только тигр отправился прямиком в тераи.

Всю ночь могучий зверь спешил через джунгли на неслышных лапах, пофыркивая себе под нос. Он проходил индийские деревни, не обращая на них никакого внимания; когда рассвело, ему стали попадаться индусы: мужчины рубили деревья в джунглях, женщины мыли медные миски в ручьях, но нападать на них зверь и не думал. Тигр был голоден и все-таки обходил невкусных индусов стороной.

Эти вкусовые пристрастия – когда до смерти хочется чего-то определенного, – не подчиняются разуму, когда речь идет о нас; и уж тем более в случае тигра. Тигр добрался до заросших тростником низин, где водятся болотные олени, он миновал стада черных антилоп, все еще изнывая от голода, – и все-таки ни одну не загрыз, так сильно хотелось ему европейского мясца: роскошный тигр, все одиннадцать футов от носа до кончика хвоста!

В магазине «Хэтби энд Гейтер» стол простоял больше года. И вот однажды явился очередной покупатель, и мистер Джерк понял, что вот он, его шанс. Покупателю нужен был бильярдный стол, и обслуживал покупателя как раз мистер Джерк.

– Вам нужен стандартный узкий бильярдный стол, сэр? – спросил он.

Покупатель сам не знал.

– У нас есть замечательный стол семи футов в ширину, – сообщил мистер Джерк.

Покупатель уже был готов согласиться.

– Может, конечно, у вас места недостаточно, – предположил мистер Джерк.

Что за мастерский ход! Ибо покупатель не так давно приобрел большой новый дом и ужасно им гордился. И все-таки он нерешительно мялся и не говорил ни да, ни нет.

– Мы вам его уступим за сорок фунтов, сэр, – предложил мистер Джерк.

Это решило дело. И тогда – ведь даже продавцы порою говорят правду, главное – выбрать нужный момент, – Джерк пояснил:

– Бильярд новехонький, сэр; на нем никто еще никогда не играл. Его заказал один джентльмен, который уехал в Индию и был съеден тигром.

Как был обнаружен мистер Джапкенс

Едва мистер Мерблтуэйт увидел мистера Джапкенса на улице между Пикадилли и Стрэндом[13], он сразу понял по тайному знаку: вот тот, кто ему нужен.

На протяжении сорока инкарнаций разыскивал он мистера Джапкенса и, обладая сверхъестественным долгожительством, поиски вел вот уже больше трех с половиной тысяч лет. Мистер Мерблтуэйт взял за правило, выбрав страну, прочесывать ее из конца в конец, нигде подолгу не задерживаясь и не теряя даром ни дня, пока его не начинало подводить зрение, – однако и тогда он продолжал бродить от места к месту, не сомневаясь, что если обнаружит знак, то распознает его даже затуманенным взором; когда же подступала слепота, он обыкновенно умирал и реинкарнировал чуть западнее. Так за девять инкарнаций он обыскал весь Китай.

Количество жизней мистера Мерблтуэйта было ограничено, а поскольку от успеха его поисков зависела участь богов и людей, он частенько доживал жалкие остатки дней своих до самого конца, лишь бы сэкономить инкарнацию. Вообразите же его облегчение, когда, после всех своих скитаний, он повстречал наконец мистера Джапкенса.

А с богами дело обстояло так. Они приводят в движение планеты во имя целей, кои здесь не уточняются, и в их идеальной уравновешенности находят гармонию, которая доставляет им радость, так далеко превосходящую радости, ведомые нам наяву или хотя бы в воображении, что и о ней тоже не пойдет речи в моей истории. Однако ж хотя радость, которую боги извлекают из безупречного равновесия небесных сфер, не может быть занесена ни в какие летописи, однако понять и осмыслить само равновесие дано и на земле, пусть лишь отчасти, немногим избранным из числа тех, что не обмирают от ужасов математики.