Лора Вайс – Мой Орк. Другая история (страница 11)

— Прошу прощения, гэл Фарата, а я могу покидать покои?

— Можешь, — подошла к дверям, — в сопровождении. Тебе полагаться прогулки в саду.

После чего покинула комнату. Эйва в свою очередь припала головой к резному столбику, что поддерживал балдахин.

Петь для этого зверя и петь до тех пор, пока у него не закончится терпение. Вчера ночью он уже был готов взять ее, собирался, если бы не Фарата. В этот момент так захотелось обратно в кухню к Макоре. И бедняжка не сдержалась — расплакалась. Кархем настоящее чудовище, орк в своем истинном воплощении — воин, убийца, захватчик, варвар. Сколько в нем метров росту? Два с лишним? Огромный монстр, который умеет только одно — убивать. Весь его вид буквально кричит о сущности зверя — серо-зеленая кожа, острые клыки с насечками, выбритые начисто виски и длинная тугая коса, что начинается ото лба. Тарос против него как арнакский мул против торийского быка.

В это самое время среди наложниц покоя так же не наблюдалось. Налия рассказала всем о девчонке, которую вожак принес с собой, рассказала и о том, как выгнал ее среди ночи, не позволив даже одеться. Альмари слушала новенькую с особым вниманием.

— И кто она такая? — села рядом с Налией.

— Служанка. Её две недели назад привела охрана, а Фарата сослала её в кухню. Эйва, кажется.

— Значит, скоро девицу приведут к нам, — задумалась. — Но виду у нее никакого. Может, после сегодняшней ночи мы вообще эту мышь лиманскую больше не встретим. Дождемся служанок, у них и выспросим все, что нужно. Кстати, — покосилась на Налию, — как у тебя прошла первая ночь с хозяином? Какой он был?

— Грубый, но я думала, будет хуже. Он ведь мне позволил на ночь остаться. Если бы не эта, — процедила сквозь зубы.

— Ну, ничего. Мы здесь друг о друге заботимся, — приобняла ее за плечи, — справимся.

— Тебе хорошо говорить, ты любимица бэр Кархема.

— Просто я тут давно и хорошо знаю, как и что он любит, — сейчас же выпрямилась. — Так что, девочки, — снисходительно кивнула новеньким, — держитесь меня, если хотите кататься как сыр в масле.

— Да, да, — показалась Мелатис, — мы друг за друга горой. Главное, слушаться Фарату и быть услужливой с хозяином. За элак да баруш (большое удовольствие) бэр Кархем всегда дарит подарки. Что тебе на этот раз перепало? — обратилась к Альмари.

— Браслеты, — потрясла рукой, и на запястье зазвенели ровно двадцать браслетов из золота тончайшей скрутки.

— А мне кулон, — Налия коснулась пальцами золотой капли с россыпью самоцветов.

— Хороший кулон, — улыбнулась Альмари. — Ты молодец. Видно, понравилась Кархему, — после чего подмигнула Мелатис. — Дорогая, не поможешь мне с прической?

— Конечно, Альмари, — подскочила та с места.

Когда девушки уединились в купальной, где обычно наводили красоту, Альмари со злостью сунула Мелатис щетку в руки:

— Чеши.

— Как тебе Налия? Мне кажется очень милая.

— Очень, даже слишком, — прошипела.

— В смысле?

— Кархем в первую же ночь ей подарок сделал. О чем это говорит?

— Что она ему понравилась, — принялась расчесывать светлые локоны.

— Вот именно. А нам такие здесь ни к чему. Но бес с ней, сейчас важнее узнать об этой Эйве. Чем она так привлекла Кархема.

— Мне кажется, ты зря волнуешься, — взяла в руку прядь и снова повела по ней щеткой. — Всем хватит места в постели хозяина.

— Да что ты говоришь? Как показало время, Кархему достаточно пяти хорошо обученных наложниц. А сейчас нас сколько?

— Семь, — ответила на выдохе.

— Верно и еще одна на подходе. Однозначно от кого-то Кархем откажется. И главное тут, чтобы отказался он не от нас.

— Но мы уже год здесь. Тебя и вовсе он вызывает чаще остальных.

— Это так, но что будет, если наш дорогой хозяин вдруг возжелает Налию? Она хороша собой и моложе нас, между прочим.

— Я тебя поняла.

— И все же для начала надо разузнать о той оборванке с кухни.

Вдруг раздался скрип дверей, а следом голос смотрительницы, приказавшей всем собраться.

— Я привести к вам портниху, — оглядела девушек. — Бэр Кархем желать, чтобы его наложницы каждый вечер посещать его в новых нарядах. Агарья снять мерки с каждой и показать вам ткани.

После чего Фарата отправилась дальше — к Эйве. Нашла ее, сидящей на подоконнике.

— Риа приходить? — закрыла за собой двери.

— Да, гэл Фарата, — сразу спустилась на пол.

— Скоро я привести к тебе портниху, она снять мерки для платьев. Сегодня бэр Кархем хотеть тебя видеть, за ужином. Ты петь, пока он есть. А коль нарядов пока нет, вот, — пожила на кровать несколько платьев, — я взять самые маленькие, должны подойти. Вожак любить зеленый цвет.

— Благодарю.

— Я за тобой прийти после заката.

А когда орчанка ушла, раздался скрип второй двери, за которой была собственная купальная.

— Ушла? — выглянула Риа.

Глава 14

— Угу.

— Уф-ф-ф, чуть не попалась, — подошла к небольшой тахте, что тянулась вдоль окна. — Знаешь, это хорошо, что ты будешь петь для него, — присела на самый край. — Все ж не постель.

— Это временно, Риа.

— Не важно. И потом, вдруг ему так понравится твое пение, что он не захочет делать тебя наложницей? Одна из девушек, которую Кархем отпустил, умела танцевать. Она радовала его несколько месяцев, а потом случилось несчастье — повредила ногу. И Кархем подарил ей свободу.

— Что же мне себе повредить тогда? — печально усмехнулась.

— Мы что-нибудь придумаем, — поманила подругу к себе, а когда Эйва села рядом, достала из кармана передника три пирожка, — это тебе от Макоры. Представляешь, она переживает за тебя. Очень.

— Передай ей большое пребольшое бэригет, — взяла теплые пирожки в руки и едва не разрыдалась. — Макора хорошая. Это с виду она такая, а внутри…

— Знаю. Ворчит, может подзатыльник дать, но потом всегда пожалеет. Только к тебе она особенно прониклась. Видела бы ты, как Макора разозлилась, когда узнала, что тебя забрал Кархем. Часа два гремела посудой так, что уши у всех заложило, и даже похлебку для стражи переперчила.

— Даже так?

— Ага. Но, — закусила губу, — разозлился и еще кое-кто. Я бы сказала, взбесился.

— Тарос? — широко распахнула глаза.

— Да. Головой одного из своих стол сломал. Он когда в ярости, страшнее не сыскать существа.

И почему-то Эйве сразу вспомнился аромат рошки. Теперь запах этой травы всегда будет рождать образ Тароса перед глазами. Как бы то ни было, а Риа права, уж лучше петь. Кто знает, вдруг вожак действительно не захочет большего и однажды подарит свободу.

А спустя час после того, как Риа ушла, в комнату пожаловала молодая орчанка:

— Меня звать Ирхат, — вышла вперед. — Я сопровождать тебя, если ты выходить из покоев. Сейчас хотеть гулять?

Одеждой орчанка ничем не отличалась от здешней стражи — такие же кожаные штаны и жилет, на ее бедре были закреплены ножны, в которых покоился кинжал, в ушах поблескивали кольца, даже в носу было кольцо, татуировки резкими линиями пестрели на руках, голове, шее. А главное, это волосы, собранные в высокий хвост, но виски были выбриты. Оказывается, в воинах у хаватов не только мужчины, но и женщины.

— Да, хотела бы.

— Тогда одеваться. Я ждать за дверью.

Одеваться! Знать бы во что. На улице знойно, а у нее только закрытое платье да те наряды, которые принесла Фарата. Но наверно лучше закрытое, безопаснее будет.

Эйва натянула на себя уже привычное платье, быстро повязала платок и поспешила на выход. На улицу хотелось нестерпимо, раньше и дня не было, чтобы она не прошла пару километров от дома до торговой лавки отца и обратно. Он торговал тканями — хорошими, прочными. Из них люди шили себе постельное белье, шторы, балдахины.

Пока спускались на первый этаж, пока шли по парадной зале к дверям, Эйва без конца оглядывалась, так и казалось, будто за ней следят.