Лора Таласса – Песнь экстаза (страница 62)
Сирены любят петь в рифму, подобно ведьмам, предпочитающим рифмованные заклинания. Возможно, это усиливает магию, не знаю; по крайней мере, для моего уха песенка звучит приятно.
Я оборачиваюсь к Десу. Он стоит, расставив ноги, скрестив руки на груди, расправив крылья – нечто среднее между рок-звездой и падшим ангелом. Впечатление усиливают кожаные штаны и рукав татуировок. Он пристально осматривает гробы, как будто ждет, что одна из женщин вот-вот проснется…
Я вздрагиваю и слежу за его взглядом, но нет, женщины совершенно неподвижны; с того момента, как мы сюда вошли, ничего не изменилось.
Снова поворачиваюсь к гробам и продолжаю петь:
Конечно, я с самого начала догадывалась, что мои чары не подействуют на спящих. Ведь все они – феи. Но, несмотря на это, в глубине души теплится искорка надежды.
Проходит минута, другая. Я жду, что спящие подадут хоть какие-то признаки жизни, но ни одна из женщин не просыпается. Я чувствую себя глупо. Стою и пою перед сотнями фей, которые уже несколько лет лежат как мертвые.
Я отворачиваюсь и иду к Торговцу, и эхо повторяет стук шагов.
Вдруг сзади слышится звонкий смех, подобный журчанию ручья.
Я замираю на месте и оглядываюсь. Но ничего не изменилось – по крайней мере, никто не пошевелился, не встал, не пошел за мной.
Стиснув зубы, я продолжаю идти. Это жуткое место наводит на меня ужас, и мне уже мерещится невесть что.
– Рабыня…
Я останавливаюсь как вкопанная, хмурюсь и встречаюсь взглядом с Десом. Он прикладывает палец к губам, давая мне знак молчать, а затем испаряется – в буквальном смысле – превращается в облако дыма. Вот черт. Куда он подевался?
Призрачное дыхание касается моей щеки, снова раздается негромкий смех, и я понимаю, что у меня большие проблемы.
Я резко разворачиваюсь, уверенная в том, что враг за спиной. Но там никого нет.
Смех доносится из глубины зала, и невидимка начинает напевать. Голос звучит одновременно из ниоткуда и отовсюду. Он окружает меня.
Я озираюсь, ищу взглядом того, кто поет, хотя и понимаю, что здесь действует незнакомая, недоступная мне магия.
Невидимая рука гладит мои волосы.
Пение смолкает, и снова воцаряется тишина.
– Вот засада, – выдыхаю я.
Пора убираться отсюда к чертовой матери.
Я бегу к выходу, в страхе оглядываясь на гробы, всерьез опасаясь, что спящие поднимутся и нападут на меня.
Путь преграждает темный смерч, обретает форму, и из мрака появляется Дес.
Крылья Торговца расправлены, когти опасно поблескивают, лицо ничего не выражает. Выглядит угрожающе.
Он в ярости.
– Как мило с твоей стороны вновь присоединиться ко мне, – ядовито замечаю я. Между прочим, я тоже в ярости.
– Я никогда не покидал тебя, – возражает он.
Я не задумываюсь об этих странных словах. Ситуация и сама по себе странная.
Дес несколько мгновений смотрит на стеклянные гробы.
– Если бы я не был таким мягкосердечным, я бы сейчас спалил это здание вместе с гробами, воительницами и всем, что здесь есть.
В другое время эта фраза шокировала бы меня, но теперь, когда я еще чувствую прикосновение невидимых пальцев к затылку, мне кажется, что оставить спящих в сердце Королевства Ночи – большая ошибка.
Глава 20
Моя комната в общежитии превратилась в музей нашей с Десом дружбы. Под потолком натянута гирлянда молитвенных флажков, напоминание о путешествии в Тибет. На полке у кровати стоит причудливая лампа, сувенир из Марокко. На письменном столе красуется раскрашенная тыква, привезенная из Перу. В ногах кровати лежит полосатое одеяло из Найроби.
Мы путешествуем по всему миру, в основном это деловые поездки, но иногда и просто ради развлечения. Думаю, ему нравится мой детский восторг. Каждое путешествие пополняет коллекцию сувениров.
На стенах, среди моих плакатов, теперь висят рисунки Торговца. В том числе пара моих портретов. Когда я заметила, что он рисует исключительно меня, я попросила его сделать хотя бы несколько набросков Иного мира. Вообще-то, я всего лишь хотела, чтобы он перестал меня рисовать, но потом пейзажи Иного мира заворожили меня.
И теперь мою комнату украшают изображения городов, выстроенных на гигантских деревьях, бальных залов, выдолбленных в подножиях гор, чудовищ, страшных, но любопытных, и созданий таких прекрасных, что невозможно отвести глаз.
– Калли, – зовет меня Дес, и я возвращаюсь к реальности. Он растянулся на моей кровати, и край футболки немного задрался, так что виден его накачанный пресс.
– Угу? – мычу я, раскачиваясь в компьютерном кресле.
Он молчит пару секунд.
– Если я сейчас спрошу тебя кое о чем, ты ответишь мне откровенно?
До этого момента мы вели легкомысленный разговор ни о чем, поэтому я, ничего не подозревая, отвечаю:
– Конечно.