Лора Себастьян – Звёздная пыль в их венах (страница 54)
Дафну так сильно захватывают эти мысли, что она теряет счет времени и уже не понимает, прошли минуты или часы с тех пор, как они оставили лошадей. Но положение солнца, проглядывающего сквозь кроны деревьев, подсказывает ей, что прошло не так уж много времени. Тридцать минут? Сорок пять?
– Гидеон, подожди.
Ее мысли прерывает темаринская речь, и она замирает. В ее душе снова начинается схватка между трепетом и страхом. Она узнает этот голос. Рид. Они здесь. И что еще более удивительно… Рид не кажется испуганным или расстроенным. Его голос звучит так, как будто мальчик едва сдерживает смех.
– А теперь тише, вы оба, – говорит другой голос, тоже на темаринском и без малейшего намека на акцент. Голос мужской и незнакомый, но в нет признаков недружелюбия.
Дафна подкрадывается ближе, убирает кинжалы в ножны и, вытащив вместо них свой лук, взбирается на снежный гребень и натягивает тетиву, пригибаясь, чтобы ее не заметили.
Она окидывает взглядом открывшуюся перед ней сцену – небольшой лагерь с тремя палатками и пепелищем потухшего костра. Гидеон и Рид находятся на дальней стороне лагеря от того места, где прячется Дафна. Они бросают друг в друга снежки, а рядом на валуне боком к ней сидит молодой человек. Дафна видит достаточно, чтобы отметить, что он красив, но выражение его лица задумчиво и угрюмо. Дафна направляет на него свою стрелу – ей нужно будет убить его до появления мальчиков, но если она выстрелит сейчас, Гидеон и Рид закричат, предупредив остальных членов группы Дафны об их местонахождении, а она не может этого допустить.
– Сколько еще мы собираемся здесь оставаться, Ансель? – спрашивает Гидеон, прекращая игру в снежки, чтобы подойти к юноше.
– По меньшей мере день, – говорит он, качая головой. – Из-за непогоды корабли пока не отплывают. Никто не хочет рисковать, пересекая Вистельское море в таких условиях.
Гидеон громко вздыхает.
– Но Леопольд…
– Твой брат не хотел бы, чтобы ты попал в водоворот, и сможет подождать еще несколько дней, – говорит Ансель.
Когда до Дафны доходит смысл сказанного, у нее мурашки бегут по коже. Ансель, кем бы он ни был, лжет Гидеону и Риду, обещая отвезти их к Леопольду. Но почему они ему верят?
Она вспоминает, что Евгения упоминала Анселя. Это имя юноши, с которым Виоли якобы была в сговоре. Это он возглавлял беспорядки в Кавелле. В ней вспыхивает гнев, но все это по-прежнему не имеет смысла – с какой стати Гидеон и Рид ему доверяют?
– Лео!
Услышав голос Рида, она сначала смотрит на него, а затем на фигуру, выходящую на поляну с противоположной стороны леса. Леви, или, скорее, Леопольд. Одно и то же. Дафна переводит стрелу на него, затем обратно на Анселя. Секунда внутреннего спора, и она останавливается на этой цели.
– Встаньте позади меня, вы оба! – рявкает Леопольд. Его глаза прикованы к Анселю, а меч в его руках сжат так, что его костяшки пальцев побелели.
Широко раскрыв глаза, Рид делает, как он говорит, но прежде чем Гидеон успевает сделать то же самое, Ансель хватает его, удерживая как щит и прижимая лезвие кинжала к шее мальчика.
Дафна могла бы решить все это с помощью нескольких стрел: одна в Анселя, который в тот же момент наверняка перережет горло Гидеону, затем одна в горло Леопольду и, наконец, в горло Риду. Она не сомневается, что попадет в цель, но она не может выпустить три стрелы так быстро, чтобы никто не успел закричать. А тогда сюда прибежит остальная часть группы, и, увидев ее стрелы, у них появятся вопросы, на которые Дафна не сможет ответить.
Она шепотом отпускает проклятие. Пока что ей не остается ничего, кроме как ждать и наблюдать.
– Ты должен быть мертв, – говорит Ансель Леопольду. – Если бы эта сука не…
– Софрония оказалась умнее тебя, – перебивает Леопольд. При звуке имени своей сестры Дафна крепче сжимает лук.
– Лео, помоги, – хнычет Гидеон. Даже на расстоянии Дафна видит, как лезвие Анселя вонзается в кожу шеи Гидеона – еще не до крови, но почти.
– Отпусти его, Ансель, – говорит Леопольд удивительно ровным голосом.
– Нет, не думаю, что я это сделаю, – отвечает Ансель, делая шаг назад, затем еще один и увлекая Гидеона за собой. – Я собираюсь уйти с Гидеоном.
– Куда ты собираешься его увезти? – спрашивает Леопольд.
Дафна не понимает, зачем он задал такой нелепый вопрос, но Леопольд на мгновение переводит взгляд на нее. Он знает, что она там, и выигрывает время.
– Мой работодатель хорошо платит мне за то, чтобы я хранил это в тайне, – отвечает Ансель.
– Ты имеешь в виду императрицу? – спрашивает Леопольд, и Дафна сглатывает.
Нет, этого не может быть. Не потому, что ее мать не способна на похищение принцев, а потому, что она уже приказала Дафне убить их.
– Наши с императрицей пути разошлись, когда она послала своих людей убить меня после того, как я выполнил ее же приказ, – говорит Ансель.
– Ты имеешь в виду убийство Софи, – говорит Леопольд.
Кровь Дафны леденеет, и она понимает, что именно делает Леопольд. Он пытается не просто выиграть время, но и настроить принцессу против ее матери. Как будто она поверила бы словам этого незнакомца.
– Софи, – говорит Ансель, и его голос сочится насмешкой. – Хотел бы ты услышать ее последние слова? То, что она сказала после того, как ты ее оставил…
– Я этого не делал, – огрызается Леопольд, но Ансель игнорирует его.
– Она рыдала несколько дней. Была просто убита горем. Я почти был готов ее пожалеть, – говорит он.
Дафна настолько поглощена его словами, их бесконечной лживостью, что почти не замечает, как Ансель прячет свободную руку за спину, вытаскивая из ножен на бедре еще один кинжал. Он держит Гидеона под таким углом, что Леопольд вообще не видит этого движения, не понимает, что Ансель уже замахивается, чтобы…
Прежде чем Дафна успевает передумать, она выпускает стрелу, и та, просвистев в воздухе прямо над головой Гидеона, вонзается в Анселя. Прямо в шею.
Гидеон кричит, Рид кричит, но Леопольд и Дафна просто наблюдают, как Ансель падает на землю и, издав нечленораздельное бульканье, умирает.
А потом Леопольд смотрит на нее, а Дафна оглядывается и понимает, что времени нет. Она уже слышит, как с нескольких сторон приближаются быстрые шаги. Дафна карабкается по сугробу и бросается к юноше первой.
– Ты еще немного побудешь слугой Леви, – говорит она ему, прежде чем посмотреть на потрясенных Гидеона и Рида. – Вы должны притвориться, что не знаете его, хорошо? Совсем ненадолго.
Они кивают как раз в тот момент, когда Байр, Клиона и Руфус выходят на поляну.
– Что случилось? – спрашивает Байр. Его глаза, кажется, обшаривают каждый дюйм тела Дафны в поисках повреждений, и лишь потом он осматривается по сторонам. Гидеон и Рид живы и здоровы, а рядом, со стрелой Дафны в горле, лежит мертвец.
– Леви отвлек его, и я выстрелила, – говорит она, пожимая плечами, как будто это было совсем просто. В конце концов, технически так все и было.
– Отличная работа, – говорит Байр, кивая ей и Леопольду, а затем переводя взгляд на мальчиков. – Давайте отвезем вас двоих обратно во дворец и сообщим вашей матери – она ужасно беспокоится.
В этот момент взгляды Дафны и Леопольда снова встречаются, и она понимает, что последнее, что им нужно, – это чтобы Евгения была в курсе событий.
Когда они, наконец, выбираются из леса, Дафна понимает, насколько все было бы проще, если бы она позволила Анселю бросить кинжал в Леопольда, и лишь потом убить его. Леопольд умер бы, и, прицелься она как надо, Ансель успел бы убить Гидеона до того, как тот выбрался бы из его хватки. Дафне бы оставалось убить только Рида. Но она не может перестать снова и снова прокручивать в голове разговор между Леопольдом и Анселем.
Может быть, она все и усложнила, но теперь, по крайней мере, Леопольд проживет достаточно долго, чтобы ответить на ее вопросы.
Дафна
В ту ночь Дафна проникает в комнату Леопольда во дворце. Она слегка разочарована, что дверь не заперта, а ей не нужно демонстрировать свои навыки взлома. После праздничного ужина она спешит вернуться в свою комнату, позволяет горничной помочь ей подготовиться ко сну и лишь затем снова выскальзывает, чтобы оказаться в комнате Леопольда раньше него. Она пользуется возможностью, чтобы быстро обыскать комнату в поисках писем или чего-нибудь еще, что послужит ее цели. Но здесь нет ничего, кроме сменной одежды, поэтому она садится на край его узкой кровати и ждет.
Несколько секунд спустя дверь открывается, и он заходит внутрь, резко останавливаясь при виде девушки.
Мгновение они просто смотрят друг на друга, и Дафна пользуется еще одной возможностью разглядеть его лицо. Она хочет найти, что же такого очаровательного нашла в нем Софрония, что повернулась спиной к своей семье. Да, нельзя не признать, что он красив, но Дафна все равно не понимает.
– Даже не знаю, как теперь тебя называть, – говорит он через мгновение, закрывая за собой дверь. – Я буду чувствовать себя дураком, если буду называть тебя Ваше Высочество, когда ты знаешь, кто я.
Он делает паузу, но когда Дафна ничего не говорит, он продолжает:
– Софи так много о тебе говорила, что мне почти хочется называть тебя Даф.