Лора Себастьян – Звёздная пыль в их венах (страница 28)
– Дай мне плащ, – говорит она Леопольду, который слушал их разговор, нахмурив брови. Она задается вопросом, насколько уже пробит тот пузырь наивности, в котором он был заключен с рождения. Он без слов отдает плащ, и Виоли, срезав своим кинжалом рубиновую пряжку, передает ее Эфелии.
– Он настоящий, – говорит она. – Но подождите какое-то время, прежде чем пытаться его продать.
У женщины нет причин ей доверять, так же как и у Виоли нет причин верить, что Эфелия не попытается продать драгоценность в течение часа – хотя уже достаточно поздно, и Виоли подозревает, что большинство магазинов закрыто. Но когда Эфелия кивает, Виоли решает, что по крайней мере в этом ей можно доверять.
Они с Леопольдом поднимаются наверх в свою комнату – небольшое помещение с узкой кроватью, умывальником и потертым ковриком. Леопольд уже сказал, что будет спать на полу, и Виоли знает, что спорить с ним бесполезно.
– Они отравили их, – медленно произносит он.
Виоли кивает и садится на кровать, чтобы снять туфли.
– Совсем немного, – говорит она. – Через несколько часов они будут в порядке.
– Но зачем? – спрашивает он.
Виоли не знает, как это лучше всего объяснить.
– При темаринском дворе было множество куртизанок, – говорит она. – Ты когда-нибудь…
– Нет! – восклицает он, краснея. – Нет, я бы никогда.
– В этом нет ничего постыдного, – говорит она, пожимая плечами. – Моя мать – одна из них. Большинство ее клиентов порядочные люди, некоторые из них ей даже нравились. Но некоторые… ну, в общем, в таких случаях приходит на помощь порошок корня адеттеля. Берешь плату за ночь, наливаешь ему чай и добавляешь в него каплю порошка… Вскоре оказывается, что клиент слишком болен, чтобы продолжать встречу, и ему не до того, чтобы просить деньги обратно.
Леопольд смотрит на нее так, словно она ляпнула какую-то чушь и он не улавливает смысл ее слов. Виоли не удивлена, что он не понимает – как он может понять, учитывая, какую жизнь он вел? – но ей не нравится мысль о том, что он осуждает Эфелию и Гертель, ее мать и в каком-то смысле ее саму.
– Это выживание, – говорит она ему низким голосом. – Это некрасиво, аморально, несправедливо. Иногда лучшее, что ты можешь сделать, – это просто оставаться целым и невредимым.
На следующее утро, едва солнце поднимается над горизонтом, Виоли и Леопольд выходят из гостиницы. Леопольд ведет их по извилистым узким улочкам Гленакра к почтовой телеге, оставленной у небольшого белого здания, деревянная вывеска на фасаде которого гласит: «Главное почтовое отделение». Рядом с дверью стоит высокий деревянный ящик с прорезью для писем.
Леопольд платит кучеру тридцать астр, и они с Виоли забираются в телегу, окруженные стопками писем и коробок так, что едва остается место для движений. Виоли ставит между ними корзину с черствым хлебом, вяленым мясом и сыром, который она купила в гостинице на последние деньги.
Возница предупреждает, что по дороге в Элдеваль он сделает несколько остановок, но ни Виоли, ни Леопольд не возражают. К этому вечеру Виоли встретится лицом к лицу с принцессой Дафной.
Беатрис
Беатрис не сомневается – мать поселила ее в детскую комнату, чтобы наказать. И ей это удается, пусть и не совсем так, как предполагалось изначально. Отчасти Беатрис рада находиться среди привычных ей кремовых стен, розовых вещичек и изысканной мебели – особенно после гостиниц, в которых она останавливалась во время путешествия, и уж тем более после ее кельи в Сестринстве. Возможно, она даже предпочла бы эту комнату своим покоям в селларианском дворце, где так и не смогла почувствовать себя как дома.
Но ее угрожают свести с ума бесконечные напоминания о Софронии. Все началось с пятна на ковре в гостиной – его сложно заметить, если не знать, где искать. Но Беатрис знает. Она помнит, как Дафна, открывая бутылку шампанского в ночь их шестнадцатилетия, пролила немного на ковер и Софрония поспешила все вытереть.
Стоит ей закрыть глаза, и начинает казаться, что она вернулась туда, в ту ночь. Она чувствует запах духов Дафны. Она слышит мягкий голос Софронии:
Всякий раз, когда Беатрис садится на диван, ей кажется, что сестры тоже здесь, по обе стороны от нее. Как будто они могут прижаться друг к другу достаточно близко, чтобы их никогда не разлучили.
Но их разлучили, и даже если Беатрис доживет до своего семнадцатилетия, то без Софронии. И почему-то ей трудно представить, что этот день они с Дафной смогут встретить вместе, и такая мысль отдается в ее сердце новой болью.
Она не разговаривала с Дафной с тех пор, как они почувствовали смерть Софронии. Беатрис даже не знает, что сказала бы Дафне. Всякий раз, когда она пытается представить этот разговор, он получается полным гнева, злобы и обвинений. Если бы Дафна помогла им, если бы она набралась мужества и хоть раз в жизни выступила против их матери…
Но в глубине души Беатрис знает, что, даже если бы Дафна сделала все это, Софронии все равно бы уже с ними не было.
Когда на второй день Беатрис просыпается в своей детской спальне, то знает, что ей нужно сделать – что сказала бы ей Софрония, будь она рядом. Она откладывает это столько, сколько может: завтракает у себя в комнате, а затем встречается с Паскалем, чтобы показать ему дворец. Только после обеда она возвращается в свои полные призраков покои.
Она пересекает комнату, подходит к письменному столу, который теперь кажется слишком маленьким, и пишет письмо единственной сестре, которая у нее осталась.
Письмо получилось сентиментальным, и Дафна наверняка закатит глаза, когда его прочтет, но Беатрис оставляет все как есть. Пусть Дафна издевается над ней за это, если хочет. Есть много вещей, которые Беатрис хотела бы сказать Софронии, но уже никогда не сможет этого сделать, и второй раз она такую ошибку не совершит.
Возможно, ей следует более открыто рассказать об угрозе, с которой теперь столкнется Дафна. Она подумывает прямо назвать императрицу ответственной за смерть Софронии, но вовремя себя останавливает. Дафна ей не поверит – по крайней мере, без доказательств. Но вполне вероятно, что и с ними она отказалась бы принять правду. Нет, если Беатрис укажет на их мать, Дафна воспримет в штыки вообще все написанное. Пусть угроза остается неизвестной, но она будет начеку.
Беатрис складывает письмо в конверт и запечатывает его воском, давая ему застыть, после чего кладет конверт в карман. Если императрица прочтет письмо, то никогда не позволит ему покинуть дворец, а принцесса никогда не сможет придумать такого шифра, который мать не смогла бы разгадать. Но она может отдать его Паскалю, а тот – Эмброузу, чтобы юноша отправил его из городского почтового отделения, где куда меньше любопытных глаз.
Она входит в гостиную, и ее взгляд падает на каминную доску, ту самую, где изображены все их созвездия рождения: Шипастая Роза, Голодный Ястреб, Одинокое Сердце, Корона Пламени и, наконец, Три Сестры. Она подходит к нему и поднимает руку, чтобы провести кончиками пальцев по Трем Сестрам – звездам, которые расположены так, что напоминают фигуры трех танцующих дам. Хотя большинство созвездий всегда казались Беатрис слишком абстрактными, непохожими на то, что подразумевали их названия, Трех Сестер она всегда видела совершенно ясно. Она всегда видела в них себя, Дафну и Софронию.
Глядя на часы, висящие на стене над каминной полкой, она качает головой и опускает руку.
Сейчас почти закат. Через несколько часов настанет время для нового урока с Найджелусом.
Едва солнце заходит за горизонт, Беатрис входит в лабораторию Найджелуса, расположенную в самой высокой башне дворца. Она откидывает с лица капюшон позаимствованного у Паскаля плаща и оглядывает комнату – одно из немногих мест во дворце, куда ее нога никогда не ступала. Рядом с огромным окном стоит телескоп, а потолок сделан из стекла, чтобы отсюда можно было увидеть все звезды на небе. Стол, занимающий немалую часть комнаты, завален самыми разными вещами. Некоторые из них, например микроскопы и весы, Беатрис узнаёт, но есть и другие вещи, о предназначении которых она не догадывается: уложенные друг на друга сверкающие серебряные диски разных размеров; соединенные между собой кольца из золота и бронзы; десятки мензурок и флаконов с мерцающей жидкостью, которой она никогда раньше не видела.