Лора Рэй – Академия четырех стихий (страница 57)

Однако стихийником стало мало своих территорий и каждый из них претендовал на некогда нейтральную, в последствии занятую скритами. Потому, не имеющим дара пришлось научиться защищать себя. Делали они это с помощью трав и амулетов, а также с помощью грубой физической силы. Ночью ни один стихийник не сунулся бы к скритам, потому что иначе он был бы убит на месте.

Боги мало-помалу влияли на судьбы своих творений, однако их было всего четверо, а пьюров становилось все больше. Тогда они создали себе помощников, шиали, которые следили за порядком и нашептывали пьюрам во сне, что они должны быть более терпимы друг к другу.

Годы шли, а стихийники все больше отдалялись друг от друга, все разногласия решая кровопролитием, бесконечными войнами. Все погибшие возносились на небеса, где боги работали над их сознанием, чтобы отправить на перерождение и дать шанс прожить жизнь иначе.

После очередной войны, когда в живых осталось не так много пьюров, небеса оказались переполненными и души, живущие там, начали теперь делить их. Но небеса всегда принадлежали только богам, поэтому они не потерпели подобной наглости. От гнева богини, земля разверзлась, образовав огромную дыру, которая не имела дна. Разумеется, дно было, и находилось оно у центра планеты, но, страраниями бога воздуха, души, попавшие туда, никогда не достигали дна, они находились в бесконечном падении.

Эту дыру назвали Бездной, и отныне сталкивали туда тех, кто нарушал небесные правила, которые пришлось установить богам. Выбраться оттуда можно было лишь раскаявшись. Однако и это смогли обойти коварные создания, они лишь претворялись, а попав вновь в мир, где они могли ходить по земле, вновь пытались установить свои порядки.

Позже души стали находить и другие пути из Бездны, потому богам пришлось найти охранника, пьюра с чистым сердцем, чтобы не мог он поддаться никакому соблазну. Найдя такого, они поняли, что его сердце все же должно стать более черствым, потому что он прощал всех и довольно быстро отправлял на перерождение. Имя тому охраннику было Крах.

— Пока это все, что я смог найти об истоках всего этого, — устало потер виски Чарльз, прекратив читать. — Все летописи перепутаны, лежат не в том порядке, чтобы узнать продолжение истории, нужно искать продолжение в другой летописи.

— Ну, я нашла летопись, целиком посвященную жизни Краха, — Ханна подняла над головой одну из старых книг в кожаном переплете. Может это и есть продолжение? Точнее, это даже не летопись, а, похоже, дневник самого Краха!

Чарльз вырвал из рук девушки книгу и торопливо пробежался глазами по страницам.

— Это невероятно! Это на самом деле личный дневник! — с восхищением отметил он. — Продолжим чтение?

Мы все кивнули, потому как нам не терпелось понять, что же произошло с пьюром, у которого когда-то было самое чистое сердце. Понять, что происходило в его голове.

— Утро в тот день выдалось ненастным, словно небеса плакали вместе со мной, — начал читать Чарльз.

«Сегодня ночью моя любимая жена, Одетта, умерла при родах. Беременность протекала тяжело, но мы молились всем богам, чтобы ребенок молился здоровым. Только сейчас я думаю, что мы молились не о том. И я чувствую себя чудовищем за такие мысли.

Ребенок родился здоровым — это мальчик, но я не смог даже взглянуть на него, не то, что взять на руки. Повитуха смотрела на меня с осуждением, а я только и мог, что думать о моей милой Одетте, которую убил наш сын. Она была так молода…

Разумеется, он ни в чем не виноват. Как может ребенок быть повинен в таком? Но я все равно не мог отделаться от этой мысли.

Сегодня Рейву исполнилось три года, я даже сам, с трудом, но сам, приготовил ему пирог по рецепту Одетты. Ее пироги когда-то славились на всю округу! О, боги, как же он похож на нее! У него ее глаза и, кажется дар воздушника. Хотя я точно уверен, что он пользовался огнем, как я. Неужели он унаследовал оба дара? Но такого прежде не случалось.

Сегодня я вновь встретил Идрис. Она заставляет мое сердце замирать, но я не считаю это правильным, я словно изменяю Одетте. Я не могу позволять себе чувствовать подобное. Только не я.

Я не могу больше бороться с собой, чувства к этой девушке не поддаются никаким объяснениям. Я влюблен в нее, как мальчишка. И, страшно себе признаваться в этом, но, когда я провожу ночь с Идрис, то перестаю думать об Одетте…

Но с другой стороны, Рейву четыре года, он еще совсем дитя и ему нужна мать. Не могу же я обречь себя на одиночество до конца моих дней, а его на жизнь без материнской ласки? Но в свадебной клятве говорилось о том, что мы будем связаны до самой смерти и после нее. Я был уверен, что мы состаримся вместе с Одеттой, но ее нет рядом уже четыре года….

Сегодня я предложил Идрис стать моей женой, а она расплакалась. Оказывается, ее отец насильно выдает ее замуж! Что за варварство? В нашем мире никогда не было таких порядков! Договорные браки не признаются богами и все это знают! Ее отец не может не знать!

Я должен увезти ее как можно дальше. Туда, где семья не найдет ее. Сегодня ночью я выкраду ее, и мы уедем. Да. Сегодня ночью.

Идрис отказала мне. Она отказалась ехать со мной. Она сказала, что не может бросить семью. Но как же мы? Рейв стал называть ее мамой, и я видел, как она нежна с ним, как она любит его! Почему она готова похоронить нашу любовь?

Я должен что-то сделать, я должен…

Сегодня мне приснился странный сон. Ко мне пришел бог огня и сказал, что я должен убить отца Идрис, чтобы быть с ней. Но как он может просить о подобном? Это же грех! За это я попаду в Бездну!

Я перестал доверять богам, сначала они говорят, что убивать себе подобных — не допустимо, а затем каждый из них приходит во снах, чтобы сказать мне обратное. Сегодня я проснулся от того, что мне было неудобно, а обнаружил себя стоящим на кухне с ножом в руках. Неужели они пытаются управлять мной, пока я без сознания.

Я уже третью ночь не сплю, это непозволительная роскошь для меня. Если я засну, они вновь будут управлять мной. А я не хочу причинить никому вред.

По ночам я стал слышать, как Рейв зовет во сне Идрис. От этого у меня разрывается сердце, но я не хочу забирать ее силой. Это должен быть ее выбор и только ее.

Мне нельзя спать, иначе выбора лишится не только Идрис.

Боги издеваются надо мной, они то отнимают мой дар, то возвращают. Чего они хотят от меня? Почему из всех пьюров, населяющих нашу планету, они каждую ночь приходят только ко мне? Я разговаривал с парнями в таверне, они думают, что я должен исполнить их волю. А что, если и к ним во сне приходили? Что, если им велели так сказать?

Кажется, у меня начинается паранойя.

Я не смог больше сопротивляться сну, никакие зелья больше не помогали. А когда проснулся — мои руки были в крови! Рядом с кроватью я нашел длинный нож, который тоже был в крови. Я не ранен, а значит, она не моя. Неужели я…Неужели они…

Я не знаю, что я сделал. Что ОНИ сделали моими руками. Все, что я мог, очистить все от крови и ждать вестей от городского старосты. Если я убил кого-то, завтра утром об этом станет известно всем. А утро уже совсем близко.

Идрис пришла ко мне вся в слезах, она проклинала меня и весь мой род, она кричала и била меня. В тот момент я понял, что все же боги осуществили задуманное, отец Идрис был мертв. Я пытался объяснить ей все, но она не слушала. Она назвала меня чудовищем. Наверно так и есть. Я чудовище!

Рейва укусила змея, у него началась лихорадка, уже два дня я не могу избавить его от температуры. Я приглашал самых лучших лекарей, но они оказались бессильны. Пока мой сын уснул, я смог урвать немного времени, чтобы записать свои мысли. Все равно мне нельзя спать, я каждый час должен проверять дыхание моего Рейва.

Мою причастность к гибели отца Идрис не смогли доказать, поэтому меня до сих пор не казнили, но вот сама Идрис не верит мне. И правильно делает, я сам себе не верю. Однако девушка — последнее, что интересует меня сейчас. Я снова начал молиться богам, в надежде, что они исцелят его.

Сегодня ко мне во сне пришел бог огня и предложил сделку: они исцелят моего Рейва, а я стану хранителем Бездны, а также равновесия. Они наделят меня частью своей силы, я смогу влиять на пьюров, направлять их. Не так уж и плоха эта сделка, на мой взгляд. У меня нет выбора, я должен согласиться. Я уже потерял Одетту, не могу себе позволить потерять еще и сына, он все, что она оставила после себя.

Я дал свое согласие, и боги исцелили Рейва, теперь мой розовощекий малыш, как ни в чем не бывало, резвится на лужайке у дома и ловит бабочек. Я старался запомнить каждое его движение, каждую улыбку, потому что вскоре мне придется покинуть его. Хранитель Бездны должен находиться в ней. Это была необходимая жертва. Иногда я смогу навещать его, но сейчас должен подыскать ему хорошую семью. Наверное, глупо будет просить Идрис о том, чтобы она воспитала моего сына…

Я понял, что лучшей матери для Рейва, чем Идрис, не найти, тем более, что она любит его. Я решился попросить ее о том, чтобы она забрала его. Когда я пришел к ней, то увидел, что она ждет ребенка от своего мужа, который приходится ей каким-то дальним родственником. Это было дико для меня и в ее глазах я прочитал то же, но она всеми силами старалась улыбаться и все твердила, что любит своего мужа. Но я был уверен в том, что она ненавидит его, как ненавидит и то, что растет сейчас в ее утробе. Однажды я смогу спасти ее, но не сейчас.