Лора Олеева – Я подарю тебе тьму (страница 54)

Не знаю почему, но боль в душе становится слабее. Хотя, вроде, ничего нового я от Марсия не услышала. Мне надо свыкнуться с новым положением дел. И заняться своими. В свете новых открытий я еще больше жажду независимости: как материальной, так и социальной. Брак с Льереном снова начинает казаться мне ошибкой. Что ж, я помогу магу, пройдя обряд, который снимет с него проклятье. А там видно будет. Хрустальное будущее, которое я навоображала себе, дало трещину, и я осталась с пригоршней осколков в руках. С кучей ранящих сердце осколков.

Глава 48

Решение

У Зоулии я задерживаюсь часа на два, не меньше. Там меня заставляют завтракать второй раз (и я не возражаю) рисовой кашей с печеной тыквой и пирожками с капустой. Хозяйка то и дело бегает обслужить покупательниц, которые прибывают изо дня в день. А потом снова набрасывается на свою работу. На болванках висит несколько незаконченных или приготовленных для украшения шляпок. Я сижу у окна рядом с рабочим столом Зоулии, и с моего лица не сходит улыбка. В доме тепло от горящих дров в очаге. Сына муж шляпницы взял сегодня с собой в лес, так что никто не мешает ей работать. Я с удовольствием наблюдаю, как ловкие руки женщины кроят, шьют и украшают. Из бесформенных обрывков и кусочков возникает такая красота, что я готова захлопать в ладоши. Где же прячется эта красота, как не в человеческой душе, невольно думаю я. Только кто-то может ее извлечь оттуда, а кто-то нет.

— Надо будет тебе нанять продавщицу, — говорю я, когда женщина в очередной раз возвращается в мастерскую.

— Надо. Но пока я справляюсь. Думаешь, надо начать искать?

— Пока подожди. У меня есть человек на примете, — уклончиво говорю я.

— Мне обещали дать адрес очень талантливой кружевницы, — говорит Зоулия, откусывая нитку зубами. — Говорят, что у нее почти все кружева напрямую выкупают поставщики и перепродают уже в столицу. Но меня по знакомству обещали свести с ней.

— Как интересно! — загораюсь я. — Надо обязательно с ней подружиться. Мне тоже нужны кружева на одно изобретение.

Ну конечно! Зонтики ведь изначально делали от солнца и использовали для них кружево.

— Если хочешь, Астра, я возьму тебя с собой, — предлагает Зоулия.

— Хочу! Хочу!

Женщина улыбается. Сколько мы с ней знакомы? Без году неделя! А такое чувство, что знаем друг друга всю жизнь. Если у меня и есть подруга в этом мире, то это Зоулия.

— Ули, — смущенно интересуюсь я и собираю пальцем крошки на тарелке в одну кучку. — А если бы у меня не было дома…

— Что случилось? — встревоженно вскидывает на меня глаза шляпница.

— Ничего. Я просто спрашиваю. Если бы мне некуда было идти. И если бы…

Я хочу спросить: если я не смогу накладывать чары, — но вовремя замолкаю.

— Астра, — серьезно говорит Зоулия. — Если тебе нужна помощь. Если тебе нужна будет крыша над головой… Короче, двери нашего дома для тебя всегда открыты.

— Спасибо! — отворачиваюсь я и смахиваю с ресниц слезы.

Сегодня у меня странное настроение: боль и грусть мешаются в душе с верой в то, что как-нибудь все устроится. Но как?

— И куда это ты убежала без завтрака, Астра? — недовольным басом выговаривает мне Арвета, едва я вхожу в дом. — Ну-ка марш на кухню!

Она стоит в холле руки в боки и хмурится.

— Я сегодня уже завтракала два раза, — оправдываюсь я. — Не сердись! Мне надо было, честное-пречестное, уйти на рассвете.

— Короче, через два часа обед, — угрожающе говорит Арвета. — Будешь есть до отвала.

— Я согласная, — улыбаюсь я.

— И там тебя ждут в твоей комнате, — собирается вернуться к своим делам экономка.

— Кто?

— Как его… Ивар, что ли, зовут. Сын столяра.

Я радостно устремляюсь в свою комнату. Как же хорошо, что у меня снова кабинет.

Парень стоит и разглядывает мой стол, на котором разложены инструменты. Мебели еще мало, но очаг горит — Арвета пытается хорошенько просушить и протопить комнату. Пахнет свежим деревом и воском от пола. В углу стоит свежеизготовленная кровать — большая, светлая, с ажурно вырезанной спинкой.

— Ивар! — улыбкой приветствую я гостя, не отрывая восхищенного взгляда от своей новой кровати. Любовно провожу рукой по резьбе, и парень сияет.

— Госпожа Астра! А я тут вам принес, как обещал, разные образцы материала для вашего изобретения…

Ивар тянется в мешку, стоящему в углу, из которого торчат разные прутики и палки.

И мы начинаем перебирать материал, снова рисовать чертеж зонтика, обсуждать технические детали.

В итоге, Ивар остается на обед. Долго отнекивается, но я затаскиваю его в кухню, и Арвете не остается ничего, кроме как накрыть еще на одного человека.

Льерен появляется в конце обеда, слишком рано, на мой взгляд. Ивар, смущенно вскочив, сразу же уходит, обещав мне вернуться, как только хорошенько продумает систему складывания спиц и сделает пробный образец. Я тепло прощаюсь с парнем. И успеваю поймать тяжелый взгляд мага, брошенный вслед гостю. Ух ты, да Льерен ревнует!

Сажусь назад за стол и смотрю, как суетится Арвета, обслуживая своего любимца.

— Я так понимаю, что ты продолжаешь свою деятельность, Астра? — напряженным голосом говорит маг после нескольких минут еды в полном молчании.

— Продолжаю, — с вызовом говорю я. — Продолжаю и буду продолжать.

Наши взгляды скрещиваются. Я вижу, что Льерен многое хочет мне сказать, даже было открывает рот, но тут же поджимает губы. Кажется, он не считает себя вправе больше мной управлять. Ничего себе! Даешь аболюционизм среди попаданок в Холлин! Готова записаться в волонтеры! Арвета встревоженной наседкой снует рядом, готовая защищать нас друг от друга. Я вижу, как Льерен стискивает вилку, и по прибору пробегают зеленые искры. А вот не надо на меня искрить! Я это и сама делать умею прекрасно!

— Нам надо поговорить, — сквозь зубы цедит маг.

— С превеликим удовольствием, — говорю и встаю из-за стола. — Я буду у себя в кабинете! — важно добавляю я и гордой павой выплываю из кухни.

Но когда остаюсь одна, бравада слетает с меня, а вместо этого наваливается грусть и апатия. Я некоторое время жду, прислушиваясь к каждому звуку за дверью. Но маг выходит из кухни, а затем ступени лестницы скрипят под его ногами. Ах вот как! Ну и не больно хотелось.

Я рывком двигаю стул. Раскладываю на столе книги и тетрадь. Сажусь писать лестраль. Сначала рука у меня дрожит от раздражения, но постепенно руны становятся все более и более аккуратными. Я увлекаюсь работой и не замечаю, как день подходит к концу. Зажигаю лампу и продолжаю писать.

Ужинаем мы порознь. Маг приказывает Арвете принести ужин ему в кабинет и вниз не спускается. Я ем одна, и кусок не лезет мне в горло. Нет, так дальше тянуться не может. И я решительно поднимаюсь в кабинет мага. Стучусь.

— Входи, Астра!

У Льерена измученный вид, и мне сразу же становится стыдно. У него и так куча проблем в жизни, а я ему еще и нервы мотаю. С одной стороны. С другой стороны, не вытащи меня в этот мир его брат, и у меня проблем бы было поменьше.

— Ну что Похититель душ, Льер? — миролюбиво спрашиваю я. — Не удалось его поймать?

— Он не оставляет следов, Астра, — мрачно говорит маг. — И мы по-прежнему не знаем о нем ничего, кроме того что это мужчина и что он темный маг. Приезжий? Мои люди прочесывают постоялые дворы. Но как они поймут, что он маг, если он скрывает это? В прошлый раз такой обход ничего не дал! — Льерен раздраженно швыряет перо на стол.

— А зачем он это делает? Зачем ему человеческие души? Что он с ними делает? Да еще и разделяя их на части.

Меня передергивает от воспоминания о девушке, которая тогда пострадала и в которую Тиэрен вливал душу. Интересно, выздоровеет ли она.

— Не знаю, Астра, — говорит Льерен. — Человеческая душа — это огромная энергия. Не представляю даже, в каких экспериментах ее можно использовать.

Маг хмурится и о чем-то задумывается.

— А раньше такого не было?

— Знаешь, в древние-древние времена был, кажется, темный бог, который питался человеческими душами. Но это лишь страшная легенда. Не думаю, что такое возможно.

Я невольно кошусь в темное окно, где бродит ледяная ноябрьская ночь и где на небе блестят кристаллы звезд.

— Что ты решила, Астра? — вдруг спрашивает Льерен. — Я же вижу, что ты хочешь мне что-то сказать. Говори! Жду приговора.

Губы Льерена кривятся. Маг сидит в напряженной позе, и мне снова становится его жаль.

— Льер! — мягко начинаю я. — Я не возьму назад слова и выйду за тебя замуж. Когда это надо сделать?

— Последний день осени, я же тебе говорил.

— Хорошо. Это уже скоро. Мы проведем этот обряд, а потом… — мужчина молча и внимательно смотрит на меня, и его рука невольно сжимается в кулак. — Я помогу избавиться тебе от проклятия, но потом… Потом я уйду.

Льерен невольно вздрагивает. В его глазах на миг мелькает боль, но он тут же берет себя в руки и спокойно говорит:

— Я понимаю.

— Понимаешь? — восклицаю я. — Да что ты понимаешь! Ты не представляешь, как это ужасно, как больно думать, что человек, которого ты… который тебе дорог, оказывается, всего лишь призрак. Который может в любой момент исчезнуть, уйти. А мне что делать потом прикажешь?

— Да я все понимаю, Астра! — говорит глухо маг. — Я был идиотом с самого начала, когда пытался тебя удержать. Не понимаю, на что надеялся Тиэр. Зачем все это затеял.