Лора Олеева – Как привязать дракона, или Ниточная лавка попаданки (страница 39)

И он тоже расхохотался.

Эта маленькая сценка подняла мне настроение, и я уже веселей стала смотреть в окошко.

Мимо проплывал Зальден, ставший мне родным за эти несколько недель. Моя земная жизнь казалась мне сейчас далекой и гораздо менее реальной, чем сидящий напротив меня дракон (хотя окончательно я в это поверю, лишь когда увижу перевоплощение Северина в ящера) и магия в моей крови (во что я уже поверила окончательно и бесповоротно). И жизнь у меня здесь насыщенная, волнующая. И чего я так жалела, что попала в Нур? Вон сколько здесь всего интересного! А природа какая красивая!

Я невольно залюбовалась сверкающим белоснежным замком на холме и его отражением в реке. Карета прогрохотала по камням моста и стала подниматься на холм. Замковый парк предстал передо мной во всем блеске весенней, еще свежей листвы. Тюльпаны, растущие вдоль дорожек, игривыми поклонами жарко-карминных и солнечно-желтых головок приветствовали карету. Она весело подкатилась к лестнице, где лежали уже знакомые мне каменные левляры. Сердце снова кольнуло беспокойство, но Северин тихо спросил:

— Пришла в себя, Тина?

И я, кивнув, уверенно вложила пальцы в крепкую руку мужчины, который помогал мне выйти из кареты.

В холле нас встретило сразу несколько людей.

Жерар вскочил с кресла, где он сидел, развалившись, явно в ожидании своего господина. А вот для хмурого Натана и повисшей на его руке Камиллы наш приезд стал сюрпризом.

— Госпожа Тина! — бархатно промурлыкал Натан, бросая невесту, чтобы склониться к моей руке. Угрюмо кивнул герцогу. Было очевидно, что между братьями пробежала черная кошка.

— Тина, дорогая! — просияла Камилла, абсолютно не задетая ни тем, что жених бросил ее, ни холодным поклоном Северина. — Как здорово, что ты приехала! А мы с Натаном как раз собрались погулять. Дорогой, ты не против? — ласково проворковала она, касаясь плеча жениха.

— Конечно, — протянул Натан. — С удовольствием.

— Боюсь, что Тина пока занята, — сухо сказал Северин.

— Занята делом или занята… тобой? — со смешком уточнил Натан.

Северин лишь коротко взглянул на него, и брат поднял руки ладонями вперед, обозначая свою капитуляцию.

— Ваша светлость! — заискивающе защебетала Камилла. — Ну хоть на часок. Погода такая чудесная.

— Нет! — отрезал герцог, и мордашка графини стала умилительно-грустной.

Она бросила любопытный взгляд на завернутую в ткань шкатулку, которую держал Северин, и сдалась:

— Ну тогда потом увидимся, когда мы вернемся с прогулки, — обратилась ко мне: — Тина! У меня для тебя есть подарок.

И Камилла попыталась жестами мне на что-то намекнуть, тыкая себе в грудь, беззвучно что-то шепча и приподнимая брови.

Но Натан уже поспешил увести невесту, и графиня успела лишь бросить мне последний жалобный взгляд через плечо. Я с грустью помахала ей на прощание рукой.

— Хочешь подкрепиться, Тина? — спросил герцог, сразу меняя суровое выражение лица на любезное и помогая мне снять легкий плащ.

Я покачала головой.

— Разве что водички попить, — жалобно попросила я. — А мы вот прямо сейчас… — голос у меня сорвался.

— Да.

Короткое слово прозвучало жестко. Северин кивнул слуге, и уже через пару минут передо мной оказался серебряный поднос с графином. Я выпила какой-то ягодный напиток, даже не чувствуя его вкус. Молча подала руку герцогу, и он повел меня куда-то, практически потащил, потому что ноги у меня все же подгибались.

Мы прошли через комнаты первого этаж, повернули в незаметный коридор, который окончился тупиком. Я недоуменно оглянулась на Жерара, замыкающего нашу маленькую компанию. Маг ответил мне твердым взглядом. Северин нажал на круглую розетку на одной из деревянных панелей, что украшали стены. Раздался щелчок, и панель отошла от стены, явив щель, зияющую чернотой. Потайной ход! Ничего себе!

Северин толкнул створку и первым шагнул внутрь. Взял со стены факел, и тот тут же зажегся, озаряя уходящую вниз винтовую лестницу.

— Нам туда? — засомневалась я. — А куда мы идем?

— Увидишь, — коротко сказал Северин, даже не оборачиваясь.

— Прошу! — сухо сказал маг, предлагая мне следовать за хозяином замка. В его карих глазах мелькнуло то ли неодобрение, то ли предупреждение.

Я подавила в себе тревогу, невольно всколыхнувшуюся в душе, кивнула и переступила через высокий порог, подобрав юбку. Потом, держась рукой за каменную стену, стала спускаться вниз за Северином. Жерар последовал за мной. Щелчок возвестил, что панель встала на место, и мы втроем оказались отрезаны от мира.

Перил не было, а крутая лестница с высокими ступенями все вилась, и я полностью сконцентрировалась на том, чтобы не споткнуться и не полететь вниз на герцога, который явно имел привычку передвигаться по таким лабиринтам, потому что шел уверенно, прижимая к груди шкатулку. Но вот мои мучения закончились, и мы вышли под своды подземелья. Мертвая тишина и ледяной холод пахнули мне в лицо. Но зачем мы здесь?

Северин повернул направо по коридору, миновал закрытые двери, которые могли вести куда угодно — в сырые камеры или ловушки. Толстая дубовая дверь открылась со скрежетом, и хозяин замка предложил мне жестом войти первой. Я замешкалась на пороге, но глаза Северина опасно блеснули, и я подчинилась. Нет, ну а что бы я сделала против них двоих?

Зал, куда мы вошли, был жарко натоплен, и я сразу перестала мерзнуть. В большом очаге горели дрова, распространяя вокруг тепло и уютный запах горящего дерева. По мановению руки Северина зажглись свечи, и я увидела, что зал разделен на две части толстой решеткой, в которой не было ни двери, ни другого прохода. Там стояла кровать, а углы камеры тонули во мраке.

— Жерар! — коротко бросил Северин.

Маг взмахнул рукой, и толстые прутья изогнулись, образовывая проход. Герцог шагнул в него первым и оказался в камере. Поставил шкатулку на кровать и развернул ткань.

— Тина! Иди сюда! — приказал он мне.

С бьющимся сердцем я шагнула за герцогом в проход между прутьями, и они тут же сомкнулись за моей спиной. Я с содроганием увидела, что по железу пробегают голубые искры. Не простое железо, а магическое.

— Но зачем? — недоуменно повела я рукой.

— Подойди ко мне! — глухим голосом велел Северин, когда я оказалась с ним за решеткой. — Ближе! Еще ближе!

Ох не нравится мне это. Сердце забилось, чуя какой-то подвох. Но глаза герцога сверкали, приказывая мне, и я не могла не послушаться. И — ну опять же — не драться же мне с ним. Не надо было вообще сюда ехать, подумала я с запоздалым сожалением.

Я послушно встала в шаге от мужчины. Герцог взял мою руку, и вдруг я почувствовала холод на запястье. Вскрикнула от изумления и дернулась, но было поздно — моя рука была заковала в железный браслет. От него отходила цепь, приделанная к скобе в стене.

— Что это? — в ужасе вскричала я, пытаясь сдернуть с руки оковы, но они были заперты на ключ, который герцог держал в своей руке. — Зачем вы это сделали?

— Так надо! — сурово нахмурился герцог, и в душе у меня захолонуло.

Предательство! Только оно так леденит грудь. Только оно так метко разит в сердце. Только от него так сильно кровоточат и болят раны. И только оно способно в один миг убить мечты и чувства. И я сама, своими руками вложила нож в руку предателя.

Я смотрела на человека, которому я имела глупость поверить, и слезы текли по моим щекам.

ГЛАВА 38. Тень

Я ожидала удара, да чего угодно, но ноги почти сразу уперлись в землю, так что я даже не успела сильно испугаться. Северин крепко держал меня за талию, не давая упасть.

— Ты в порядке, Тина? — спросил мужчина.

— В полном.

Шкатулка давила мне в грудь острым краем, и я высвободилась из мужских объятий. Оглянулась.

Стояли мы посередине замкового холла, только все здесь выглядело иначе. Замок наполняла вязкая тишина, очертания предметов были неясными, да и сами предметы казались хрупкими и нереальными. В высокие окна заглядывали острые звезды.

— Разве уже ночь? — поразилась я.

Рука сама потянулась к ручке дверей. Северин поспешил опередить меня. Распахнул высокие створки, и мы вышли на ступени крыльца. Я оглянулась по сторонам, привыкая к новым краскам.

Над черным замком стояла чернично-синяя ночь. Звезды болезненно вспыхивали, посылая мне неведомые сигналы. Огромная луна нависала над землей. Мне казалось, что я могла, встав на цыпочки, дотянуться до нее и ощутить руками ее дынную тяжесть. Но небо было мертво, и мир был неживым. Он был странен, этот мир, так похожий на настоящий, но чем-то и отличающийся от него. Но я пока не могла уловить, в чем была эта странность.

— Говорят, что ведьмы черпают свои силы от луны, — задумчиво сказал герцог, тоже поднимая голову к небу.

— А драконы?

— А драконы от солнца. И, умирая, мы возвращаемся к своему источнику силы.

— И куда же?

— Драконы на солнце. Ведьмы на луну. Мы разные.

В его голосе мне послышалось недовольство. Или грусть? Я задумчиво сошла по ступенькам в заросший сад, даже лес, потому что ни мощеных дорожек, ни стриженого газона здесь не было. Здешние деревья никогда не знали ножниц, и их гигантские стволы уходили в самую гущу неба. На всех лужайках в низкой траве качались на длинных ножках крупные голубые тюльпаны. А над ними кружились серебристые мотыльки. Я присела на корточки и наклонилась над цветком, но тюльпан не пах ничем.