Лора Олеева – Как привязать дракона, или Ниточная лавка попаданки (страница 30)

— Я и сама могу.

Я попыталась сесть на постели и едва смогла это сделать: голова кружилась, примочки от боли пока мало помогли. Северин продолжал стоять рядом и пристально наблюдать за мной.

— Тина?..

— Я… сейчас…

— Я буду в соседней комнате, пока ты раздеваешься, — строго сказал Северин. — Чтобы прийти на помощь, если ты потеряешь сознание.

— Спасибо!

Герцог открыл дверь, и я увидела его кабинет, в котором была однажды. Видимо, вход в него был и из коридора, и из спальни. Северин деликатно прикрыл дверь, и я начала быстро раздеваться. Юркнула в постель.

— Я все! — крикнула чуть дрогнувшим голосом.

Герцог тут же вышел, словно ждал за дверью. По одному короткому взмаху его руки свечи погасли.

— Спокойной ночи, Тина! — спокойным голосом сказал мужчина.

Спальню затопила тьма. Лимонная долька луны качалась в густо-фиолетовом компоте ночи, и от нее на ковер и кровать ложились невесомые серебряные нити — магия ночи. Тени в углах зашевелились, и в мою душу снова проник страх.

— Не уходите! — воскликнула я невольно.

Герцог застыл, потом медленно закрыл уже приоткрытую дверь.

— Что случилось, Тина?

— Мне страшно, — призналась я, и слезы потекли у меня из глаз. — Боюсь остаться одна. Посидите со мной! Пожалуйста!

Я всхлипнула и закрыла рот рукой, стыдясь своей слабости. Северин подошел ко мне и неожиданно встал на одно колено рядом. Нашел мою руку и поднес ее к губам.

— Я не позволю больше, чтобы с тобой что-то случилось, Тина, — тихо, но с чувством сказал он. Поднялся на ноги. — Я буду работать у себя в кабинете. Дверь не закрою. А ты спи. Я буду охранять твой сон.

— Спасибо! — прошептала я, успокоенная, и закуталась в одеяло по подбородок.

Глаза смыкались. Герцог прошел снова в кабинет и зажег свечи. Через раскрытую дверь я увидела, как он уселся за стол, склонил голову над бумагами. Я облегченно вздохнула и повернулась на бок. Подушка пахла им — мужской и волнующий запах. Но сейчас он меня успокаивал, словно сам его хозяин обнимал меня и шептал, как минуту назад: «Я буду охранять твой сон». Луна медленно плыла в вышине, оплетала меня серебряными нитями, и я погрузилась в сон, спеленатая магией ее света.

ГЛАВА 30. Связь

К утру я почувствовала себя совсем здоровой. Только легкая слабость напоминала мне о вчерашнем происшествии. Герцога утром я, естественно, в комнате не обнаружила. Уверена, что он сбежал, едва обнаружил, что я заснула. Нет, это не жалоба, вовсе нет! Напротив, Северин начал открываться мне с другой стороны, и эта сторона оказалась не самой плохой. Но спешить с выводами не стоило. Я ему еще шантаж тетушкой не простила!

Завтрак мне тоже принесли в постель, а за спиной служанки с подносом маячило расстроенное лицо графини.

— Тиночка, родная моя! — запричитала Камилла, стоило нам остаться одним. — Я столько пережила!

— Ну уж поменьше, чем я! — заметила я и уселась, чтобы приняться за омлет и воздушные булочки.

— Ах, ты не понимаешь! — махнула рукой графиня. — Я всю ночь не спала, терзалась виной за случившееся.

Свежее личико Камиллы не наводило на мысль о бессонной ночи, но, положа руку на сердце, она не была ни в чем виновата. Не она же запирала дверь на замок и выпускала левляра.

Под щебетание графини, своей осмысленностью близкое к щебетанию птиц за окном, я позавтракала и оделась. Камилла помогла мне причесаться, прогнав горничную. Поразительную смесь разных качеств я обнаруживала в своей подруге. Эгоизм и при этом бескорыстное желание мне помогать, отсутствие снобизма и чуть ли не демонстративное корыстолюбие. И при этом она была одинаково искренна в проявлении как положительных, так и отрицательных черт своего характера.

Оставаться в замке я наотрез отказалась.

— Простите, ваша светлость, — твердо заявила я герцогу, — но у меня есть работа. И я отношусь к ней не менее серьезно, чем вы к вашей.

— У нас есть важный разговор, — напомнил мне Северин, — но знаешь что, Тина? Давай поговорим в карете, пока будем ехать в город.

Возражать мне и в голову не пришло.

Утреннее небо отливало всеми оттенками сапфира. Редкие, похожие на взбитые подушки, облачка неторопливо проплывали, любуясь своим отражением в голубой глади реки. Колеса прогрохотали по камням моста, пугая чаек, сидящих на перилах.

— Ты так сияешь, Тина, словно сбежала из тюрьмы, — заметил язвительно Северин.

Я повернулась к герцогу, который, оказывается, наблюдал за мной, пока я разглядывала отражение неба в реке. Кажется, хозяина замка задела за живое моя радость. Я сердито сощурила глаза.

— Да, сияю! — с вызовом сказала я. — Думаете, вчерашнее происшествие прошло для меня без следа? Да, я радуюсь, что оно осталось в прошлом. Радуюсь хорошей погоде! Радуюсь тому, что увижу тетушку! Что скоро открою лавку, и ко мне придут мои покупатели. Или я не должна этому радоваться?

Северин поморщился.

— Не так выразился. Видимо, за последние месяцы я утратил полностью способность радоваться. Вот меня и удивляет чужая.

— А вот это неправильно! — с жаром сказала я. — Надо радоваться мелочам. Ведь они придают вкус жизни. А вы как закуклились в своих проблемах, так и перестали жить.

— Я что сделал? — поразился мужчина. — Закуклился?

— Ну в самом деле! Я понимаю, как вам тяжело. Какая ответственность на вас лежит.

— Вряд ли ты это понимаешь, ведьма, — холодно возразил Северин.

Ну вот и ледком потянуло. Как с таким холодильником общаться?

— Если вы будете меня постоянно обзывать ведьмой, я буду вас драконом обзывать, — заметила я.

— Ну-у-у… Если не боишься наказания за фамильярность при общении с твоим повелителем, то называй.

— Нет, — мстительно сказала я. — Буду называть ящером. Старым, колючим, вредным и хмурым ящером. Который направо и налево пыхает пламенем. Причем, без малейшего повода…

— Тина! — осадил меня герцог, и его глаза опасно полыхнули.

Ой! Опять с огнем играю.

— Простите, ваша светлость!

Северин откинулся на спинку сиденья. Ноздри его прямого носа чуть раздувались. Сердится? Я посмотрела на вновь замкнувшегося в себе герцога, и жалость пронзила мне сердце. Как же он одинок! И действительно замкнулся в себе, не желая ни с кем делить свою ношу. И свою вину.

— Вы о чем-то хотели поговорить со мной…

— Хотел, — вздохнул Северин, снова обращая ко мне взгляд своих красивых глаз.

Интересно, а почему у герцога нет жены? Или невесты? Почему такой роскошный мужчина один? Или у него есть любовница, поэтому он и… Как бы узнать? Надо будет попытать Камиллу…

— Я в полном вашем распоряжении, — сказала я и порозовела: что-то я не то ляпнула, как-то двусмысленно прозвучало. — Эм-м… готова вас внимательнейшим образом слушать.

— Это хорошо, Тина, — Северин вздохнул. Его лицо снова затуманилось: — Ко мне приходила ночью Мадлен…

Ну точно, у него любовница есть! А я-то, дура…

— Мадлен? Кто это? — стараясь не показать своего разочарования, спросила я.

— Я же тебе рассказывал. Та ведьма, которая ходила третьей за грань.

Ох! Я действительно дура.

— А-а… Стоп! Как приходила? Она же…

— Да, мертвая. Призрак.

— Ой!

— Мадлен сказала мне, что я могу пойти с тобой в тень.

— А дракон может попасть туда?

— Я о таком никогда не слышал. Но Мадлен сказала, что это возможно. Но нам надо установить друг с другом связь. И тогда я смогу пойти с тобой. Жерар уже несколько дней ищет в книгах упоминание ритуала такой связи. Сведения неточные и неясные. Если не найдем другого, то используем то, что нашел маг.

— Эй! Я не согласна, чтобы на мне экспериментировали.