Лора Маркхэм – Правила спокойных родителей. Как воспитать ребенка без наказаний, истерик и стресса (страница 5)

• А что делать, если, несмотря на все старания, вы все же сорветесь на крик? Поначалу так и будет – причем неоднократно. Но это перестанет быть ошибкой, если вынесете урок. Каждый эпизод, когда повели себя не лучшим образом, используйте как возможность что-то изменить – в своих привычных действиях, в своем подходе, в заботе о себе, – чтобы в следующий раз справиться лучше. Чтобы дать себе возможность меняться, поддержите себя.

ТРЕХМИНУТНЫЙ ПРОЦЕСС ПЕРЕКЛЮЧЕНИЯ С РАССТРОЙСТВА НА СПОКОЙСТВИЕ

Доктор Лора… Вы говорите, чтобы избежать крика, надо подождать, успокоиться, а потом попробовать начать разговор с сыном заново. Но, выйдя из себя, я успокаиваюсь не так быстро. На попытки успокоиться у меня может уйти целый час. А ведь сын действительно совершил проступок, и я должна призвать его к порядку. Как быть?

Джен, мать одного ребенка

Процесс «умолкнуть, отстраниться, подышать» опирается на предпосылку, что вы способны достаточно быстро успокоиться, чтобы попытаться устранить фактор, действующий вам на нервы. Но когда тело входит в режим «бей или беги», организм накачивается нейрохимическими веществами, которые велят вам атаковать. Ребенок кажется врагом, и вы ощущаете настоятельную потребность «призвать его к порядку».

Однако телу не нужен целый час, чтобы успокоиться, если только вы не столкнулись с тигром. Честное слово! Что бы ни сделал ребенок, на самом деле это не чрезвычайная ситуация. Если требуется больше пары минут, значит, дело в том, что вы не объяснили организму, что тревога ложная. Тело по-прежнему работает в режиме «бей или беги», а разум по-прежнему стоит на тропе войны, поэтому вам и требуется целый час, чтобы его «отвлечь».

Что бы ни натворил ребенок, можно реагировать на его поступок конструктивнее с позиции спокойствия. Вот трехминутный «ага! – момент», который поможет взглянуть на вещи иначе и утихомирить реакцию «бей или беги».

Минута первая: какая мысль вас расстраивает?

• Проговорите эту мысль про себя. Например, «он не признает мой авторитет… я должна придушить неуважение в зародыше» или «он просто манипулирует мной!».

• Учтите, эта мысль, которая движет вашими расстроенными чувствами, почти наверняка порождена страхом. То есть не так верна, как интерпретация ситуации с позиции любви.

Минута вторая: осознайте, что у любой истории всегда есть оборотная сторона

• Учтите, у ваших родителей, несомненно, появлялись такие же мысли о вас, причем неоднократно, но вы выросли неплохим человеком. И ваш ребенок тоже вырастет.

• Рассмотрите ситуацию с точки зрения ребенка. Например: «Сын демонстрирует мне, как расстроен… Он имеет право испытывать свои чувства».

• Подумайте, как заставляет вас обращаться с ребенком ваша неприятная мысль. И как будете реагировать на ребенка, если освободитесь от нее?

Минута третья: помогите телу «сбросить» эти чувства

• Мягко постучите по акупунктурной точке на ребре ладони, одновременно глубоко дыша.

• Продолжая постукивание, скажите себе: «Хотя я расстроен(а), мне ничто не угрожает. Я могу успокоиться и исцелить эту ситуацию».

• Если поймаете себя на том, что зеваете, – отлично: значит, тело расслабляется. Чем чаще проделывать это упражнение, тем быстрее станет успокаиваться тело.

Теперь вернитесь к ребенку и начните разговор заново с позиции любви. Вам кажется, это трудно? Действительно трудно, поскольку, когда нас охватывает гнев, мы захлебываемся «атакующими» гормонами. Но стоит немного изменить точку зрения – и можно добраться до сути подхода, который провоцирует нас на крик, и изменить его. Любая мысль порождается либо страхом, либо любовью. Выбирайте любовь.

Обратите внимание: вы все равно можете давать ребенку наставления – только в уважительном тоне. Если выполнять это упражнение каждый раз, уже сорвавшись на крик или только собираясь раскричаться, вскоре вы разовьете в себе достаточную осознанность, чтобы успевать останавливаться до того, как первый вопль вырвется из ваших легких.

Когда у ребенка нервный срыв: как сохранить хладнокровие

Когда у моих детей случаются истерики, я ловлю себя на том, что просто хочется оказаться как можно дальше, сочувствовать им очень-очень трудно.

В силу неопытности и когнитивной незрелости дети часто расстраиваются. Именно наша способность оставаться спокойными в эти моменты, помогает им развивать нейронные пути для самоуспокоения.

Но большинству из нас трудно сохранять эмпатию, когда ребенок начинает срываться с катушек. Что-то внутри нас хочет крикнуть «нет!».

• Нет, сейчас у меня нет на это времени!

• Нет, ты меня позоришь; на нас люди смотрят!

• Нет! Что я делаю не так, раз у нее снова истерика?

• Нет! Почему он так со мной поступает?!

• Нет! Почему ты не можешь просто проглотить обиду, как делаю я?

И понеслось! Большинство в детстве усвоили, что наши чувства неприемлемы, даже опасны. Поэтому, когда у ребенка случается нервный срыв, он становится триггером для нашего внутреннего малыша. Мигают тревожные лампочки. Как всегда, при приближении опасности мы ощущаем панику. Нам вдруг просто хочется сбежать куда подальше (беги), или накатывает внезапная ярость и желание, чтобы ребенок заткнулся (бей), или впадаем в бесчувствие (замри).

Сочувственно держать ребенка в объятиях, позволяя выплеснуть все эти чувства? Принять его вспышку, пусть она и направлена на нас, при этом не считая ее личным выпадом? Для большинства родителей это непростая задача. Все благие намерения идут прахом.

И все же каждый ребенок многократно переживает страх, гнев, фрустрацию и печаль. Ему нужно выразить эти переживания и заставить нас их выслушать. Со временем этот опыт учит ребенка находить общий язык со своими эмоциями, чтобы ими можно было управлять. Более того, мы показываем ему пример, как это делается. Ребенок узнает, как регулировать эмоции и поведение, из наблюдений за тем, как мы регулируем наши эмоции и поведение.

Итак, что можно сделать с собственной глубоко укоренившейся реакцией на расстроенные чувства ребенка, чтобы не сбежать, а остаться рядом с ним?

• Признайте собственные чувства. Паника, которая охватывает нас при проявлениях сильных эмоций ребенка, – это проблема из нашего детства. Единственный способ искоренить ее – понять, как она помогала нам, когда мы были маленькими. Скажите нарастающей панике: «Спасибо, что стояла на страже моей безопасности, когда я был(а) маленьким(-ой). Теперь я вырос(ла). Эти чувства нормальны».

• Напомните себе, что это не чрезвычайная ситуация. «Это естественно, что я ощущаю подобные чувства, когда мой ребенок расстроен. Но, что бы ни случилось, я могу с этим справиться». Перед вами не угроза: а любимый ребенок, которому прямо сейчас нужна ваша любящая помощь. Если сознание упорно пытается включить тревожную сигнализацию, объясните ему, что разберетесь с его опасениями позже, не сейчас.

• Напомните себе: выражать чувства полезно. Ребенок будет переживать эти чувства в любом случае. Вопрос в том, дадите вы ему понять, что выражать их – нормально, или будете внушать, что они опасны. Когда он прочувствует собственные эмоции, они испарятся. (Кстати, как раз те, которые ребенок подавляет, внезапно вылезают на поверхность и побуждают его к «показательным выступлениям».) Даже если не можете от души сказать ребенку «да!», когда он начинает истерить, постарайтесь перейти от автоматического «нет!» к добросердечному «ну ладно», как делаете в другие моменты, когда ребенок нуждается в вас.

• Сбросьте давление. Не нужно ничего делать ни с ребенком, ни с ситуацией. Единственное, что от вас требуется, – это оставаться присутствующим. Ребенку на самом деле даже не нужна вон та «красная чашка» (или чего он там требует с криком и слезами): ему нужно любящее принятие – так примите его вместе со всеми запутанными чувствами. Разочарование, ярость, скорбь? Все это – нормальные чувства, все они пройдут, и не нужно ничего делать, просто любите его.

• Сделайте глубокий вдох и выберите любовь. Каждое решение, которое мы принимаем, по сути является шагом либо к любви, либо к страху. Пусть ваше неравнодушие к ребенку придаст вам мужества, чтобы выбирать любовь, причем не просто любовь к вашему ребенку, но и любовь к тому, которым вы были когда-то, и к тому родителю, которым являетесь сейчас. Просто продолжайте дышать и говорить себе: «Я выбираю любовь». Вы считаете, это слишком сентиментально? Исследования показывают: все работает. Но можно найти для себя другую эффективную мантру: «И это пройдет… Я благополучно дожила до своих лет, и моя дочь выживет… Я могу с этим справиться». Словом, любой вариант, который вам подойдет.

• Проявляйте терпимость к эмоциям, не переходя к действиям. Действовать можно и позже, если понадобится. Хотя бы через пару минут, когда успокоитесь. А пока позвольте себе прочувствовать свою эмоцию. «Вдышитесь» в нее. Дайте ей название, если это поможет. Ладно, пусть это «гнев». Но что таится под ним? Обида? Страх? Разочарование? Обратите внимание на то, как эта эмоция ощущается в теле.

• Не усложняйте. Ребенку нужно, чтобы вы свидетельствовали излияние его эмоций и дали знать, что по-прежнему любите его, несмотря на все «неаппетитные» чувства. Объяснения, переговоры, упреки, обвинения, советы, анализ причин, по которым он так расстроился, или попытки «утешить» («Ну-ну, не надо плакать, хватит!») – все это перекрывает русло естественного эмотивного процесса. Не заставляйте ребенка объясняться словами: у него нет доступа к рациональному мозгу во время сильного расстройства. Конечно, хочется «поучить» его, но с этим придется подождать. Ребенок не сможет учиться, пока не успокоится. И не нужно много говорить. Ваш любящий, спокойный тон – вот что важно. Например: