Лора Лей – Путешествие в Древний Китай (страница 74)
Фан Юйшег же чувствовал, что что-то с этим исчезновением явно было не так, тем паче, что в клуб перестал приходить юный Бай, а по городу некоторое время бродил слух о внезапной болезни его сестры, вынудивший братьев отправить девушку на излечение в какой-то дальний монастырь.
Второму господину Фану это «ж-ж-ж» показалось подозрительным, и он начал собственное расследование, собирая по крохам информацию о Бай Руо, ее жизни, взаимоотношениях с семьей, слугами и прочее. И однажды смутные догадки стали для следователя очевидностью: барышня Бай и есть его таинственный массажист! Открытие потрясло молодого человека и обрадовало одновременно, поскольку категорически опровергало крамольную гипотезу о его ненормальной увлеченности парнем и доказывало, что он, Фан-гунцзы, влюбился в девушку, выдававшую себя за парня!
Испытав вначале неимоверное облегчение, молодой человек вскоре серьезно напрягся, потому что новостей о беглянке так и не было на протяжении нескольких месяцев.
Генерал Бай Шан, по сведениям Фана, предпринял (в тайне) попытку поиска якобы уехавшей в монастырь сестры, тогда как Бай Юн сократил до минимума общение с внешним миром и старшим братом, в том числе.
Чжао Ливей тоже проявлял признаки тревожности, но упрямо хранил молчание о её причинах, пока однажды Юйшенг не напоил приятеля и не вытащил из него информацию о действительной пропаже девушки и двух работников, а также о том, что Бай Ниу является автором многих патентов, совладельцем нескольких прибыльных лавок, родоначальником нового городского транспорта и имеет заслуги в усовершенствовании процесса книгопечатания, сделавшего Пан Шена знаменитым.
Свалившаяся на голову Юйшенга новостная куча еще раз подтвердила догадки молодого человека о необычности и оригинальности его возлюбленной: он выбрал правильного человека! «Такую женщину стоило ждать всю жизнь, лишь она достойна его любви» — самодовольно думал господин Фан, пока наутро после пьянки не осознал, что пока он гордится собой, никто так и не представляет, где Ниу-гунян может быть в настоящий момент, и что с ней там происходит?! То есть, девушка и два парня отправились незнамо куда незнамо насколько, и вероятность их возвращения их сводится к..?
Тут Фан Юйшенг резко одернул себя и приказал выбросить из головы любые мысли о невозможности увидеть возлюбленную живой снова. Нужно просто постараться отыскать зацепки об их передвижениях и настроиться на положительный исход их авантюры. Не может столь необыкновенное создание раствориться без следа, она обязательно где-то, но окажется у кого-то на виду, значит, надо спрашивать, слушать, искать даже маленькие, даже незначительные детали о троице парней (в том, что барышня Бай выдаст себя за мужчину, он не сомневался), путешествующих по стране. Слишком колоритная компания, чтобы о ней не заговорили хоть как-то.
И Фан Юйшенг снова занялся сбором информации. Благодаря связям в среде торговцев, ученых, военных, он методично и скрупулезно выискивал упоминания о необычных пассажирах, гостях, охранниках, лекарях, которые встречались путникам на дорогах Великой Сун. О своих изысканиях молодой человек никому не говорил, и никто не догадывался о его тайной страсти.
Если Бай Юн был уверен, что сестра отправилась бродить по миру, потому что знал ее мечту, то Фан Юйшенг об этом догадался, проанализировав ее характер и подключив шестое чувство влюбленного мужчины, после чего сосредоточился на опросах торговцев, путешествующих караванными тропами во все стороны света.
Глава 3
За всеми треволнениями о судьбе пропавшей Бай Ниу второй молодой господин Фан пропустил события, происходившие в его собственном доме, поскольку не уделял особого внимания женщинам на заднем дворе, сбросив все семейные и хозяйственные дела на мать — старшую госпожу Фан.
Будучи продуктом своего времени и традиционного воспитания, молодой бизнесмен после свадьбы жил своей жизнью, как и прежде, и не считал подобное поведение ненормальным. Новость о беременности супруги он воспринял равнодушно, отдарился дорогим подарком и перестал посещать ее спальню, следуя наставлениям старших (дабы не причинять беспокойства плоду).
Физическое удовлетворение он получал в объятиях постельных служанок (тунфан) и единственной, принятой им еще до свадьбы, наложницы — красивой и умелой малышки Мэйронг, третьей дочери партнера по бизнесу от наложницы же, сосватанной (считай, подаренной) ее отцом в качестве залога дружбы и сотрудничества между ними.
Девушка молодому господину Фан нравилась, он регулярно посещал ее двор, обеспечивал нарядами и прочими женскими штучками, к матриарху семьи та сумела подольститься и поладила со старшей госпожой, с остальными членами семьи Фан также была услужлива и внимательна. Короче, проблем не доставляла, как считал Юйшенг и прочие домочадцы.
Не интересовался хозяин закулисьем своего двора, а зря, поскольку кипели там нешуточные страсти, вылившиеся в грандиозный скандал накануне родов второй госпожи Фан. Причина, как всегда, банальна, но закономерна — ревность одной и амбиции другой женщины второго господина Фан.
Малышка Мэйронг, раздосадованная женитьбой супруга и скорым рождением возможного наследника, решила побороться за «место под солнцем»: она начала планомерную атаку на законную жену, интригуя против неё перед матриархом и по мелочи «драконя» избалованную и глупую Фан-фурэн (госпожу), аккуратно подталкивая к совершению ошибок в кругу семьи. Беременная молодая женщина, плохо переносящая свое положение, поддавалась на провокации, скандалила, роняя имидж терпеливой и воспитанной жены и подрывая нервными срывами своё и без того неважное здоровье.
Лекари предупреждали семью, что риск проблемных родов нарастает день ото дня, но хитрая наложница умудрялась избегать обвинений в свой адрес, уиело выставляя законную жену безответственной матерью, ревнивой невесткой, не заботящейся о процветании рода, грубой землеройкой, не уважающей старейшин дома и правила семьи Фан.
Последним аккордом разыгранной как по нотам пьесы стала драка жены и наложницы во время прогулки по саду, что привело к преждевременным стремительным родам и трагедии: спасали ребенка — роженицу вытащить не удалось. Так Фан Юйшенг стал вдовцом, отцом слабого потомка и обновленным призом на брачном рынке Шаосина.
Разозленный неприглядными обстоятельствами появления на свет наследника, мужчина решил разобраться в ситуации, и выяснил много интересного для себя: его водили за нос, использовали, да еще и навредили его наследнику! Мэйронг была отправлена в дальнее поместье без надежды на возвращение, все слуги во дворе, замешанные в попустительстве злыдне, наказаны или проданы, к младенцу приставлены кормилица и ответственная нянька, найденная Фаном-шаое лично. Старшей госпоже Фан, допустившей безобразие, в общении с ними было однозначно отказано (невзирая на почтение к сединам), а сам Юйшенг решил более наложниц не принимать — во избежание, так сказать.
К моменту, когда Ниу с ребятами оказалась в Венеции, у господина Фана скопились довольно четкие сведения об их маршруте и приключениях, еще более возвысившие девушку в его глазах и сердце. Привозимые торговцами слухи о необычных бойцах и умелом лекаре падали в руки очарованного мужчины мелкими жемчужинами, даря восхищение бесстрашием, предприимчивостью и силой духа избранницы и усиливая многократно желание увидеть ее целой и невредимой хоть когда-нибудь. Фан-гунцзы взял за правило периодически молиться в храмах за благополучие Ниу и спутников, чего не делал даже ради родителей, хоть и укорял себя (иногда) за такое несыновье поведение.
Время шло, возвращение возлюбленной откладывалось, наследник рос, и матриарх семьи, примирившаяся со своеволием сына, но не с его вдовством, начала компанию по его повторной женитьбе.
— Сынок, прошло три года, срок траура по несчастной Сюли завершен. Ты не можешь носить статус вдовца до конца жизни, еще и наложниц брать не хочешь! Ты нарушаешь главное правило семьи Фан, отказываясь выпускать ветви и раскидывать листья (
Фан Юйшенг вынужден был согласиться с инициативой матери, но активно противодействовал процессу, находя множество причин, чтобы отвергнуть предлагаемые кандидатуры. И основной в их череде был предлог известного статуса мачехи по отношению к его несчастному сыну.
К слову, Фан-гунцзы сам от себя не ожидал, что ребенок станет для него основным предпочтением в отсутствие барышни Бай. Мужчина привязался к сыну, проводил с ним много времени и занимался его воспитанием наравне с приставленной нянькой. Мальчик был слабеньким, но сообразительным, что грело душу отца.
Когда сын стал проявлять ранние способности к чтению, любопытство ученого и стремление подражать родителю, Юйшенг отвел его в школу Гао Ронга, пользующуюся растущей популярностью среди продвинутых горожан Шаосина.
Поначалу дела со спортивной школой для детей и подростков, открытой Гао, шли неважно, в основном из-за предубеждения старшего поколения, не видящего необходимости в массовом обучении отпрысков невиданным упражнениям и боевым искусствам, традиционно поддерживая индивидуальные домашние занятия с наставниками.